Форум » Деревня » Улицы деревни » Ответить

Улицы деревни

Сапфир: Широкие улицы опрятной деревеньки. По бокам - деревянные домики, аккуратные заборчики, покрытые вьющимися растениями. Вдоль дороги растут полевые цветы, земля под ногами прохожих сухая и утоптанная. По главной улице в землю вкопали брусья, чтобы почва не расползалась от дождей. Резные окошки, разноцветные домики, яркие петушки и вычурные флигеля на крышах - опрятная, приятная глазу зажиточная деревенька. Ее жители - работящие люди, щедрые на совет и улыбку. Смешливые, с добрыми глазами, мастера на все руки.

Ответов - 15

Сейя: Сейя топал по живописным тропинкам деревни, и что-то насвистывал себе под нос. Вслед доносились кокетливые смешки мимо проходящих провинциальных девушек, которые по достоинству оценивали длинный толстый, свисающий сзади хвост (из волос, имеется ввиду)высокого по-городскому одетого парня. Сейя остановился и почесал затылок -Где же находится эта поляна.... - вполголоса проговорил он, уже который час наматывая круги по деревне в порыве заранее посмотреть место проведения грядущего праздника. Вдали упоенно мычала корова, и гавкал местный Серко. Привычно попахивало сеном и навозом. - М-да... -скептически протянул Сайя, переводя взгляд на погрязшиe в дорожной грязи новенькие туфли, - Ещё пару часов поисков и всё...вместо восходящей звезды Сейи Коу останется деревенский чумазый болванчик...

Фан: Телепорт откуда-то. Фан не помнил, как он здесь оказался. Не помнил, что было вчера. Да и позавчера укатилось в мутную мглу румяной ватрушкой, аппетитно подпрыгивая и виляя румяным поджаристым боком. Такие пекла мама... Фан понял, что голоден. И что изо рта у него что-то торчит. Пожевал. Фи, трава какая-то! Сено. Мальчишка выплюнул сухие травинки. Тут стог, на котором он лежал, неожиданно поехал, и Фан свалился уже второй раз - ноги кверху, подбородок прижат к дороге. Ужасно болела челюсть. Нос чего-то касался. Мальчик разлепил один глаз. Чего-то черного и лакированного. Второй глаз последовал за первым - чего-то черного, лакированного и ужасно грязного к тому же. Ноздри брезгливо сморщились. Похоже, это туфель. Фан задрал голову, насколько ему позволяло его поза рогаликом - вкусным, хрустящим рога... над Фаном стоял черноволосый юноша и недоуменно хлопал ресницами. Как оказалось, шут ткнулся носом в туфли именно этого парнишки... - Э-э... привет, - улыбнулся с земли Фан незнакомцу.

Сейя: Сейя чуть не выронил из рук драгоценную тетрадку с песнями (с которой он никогда не расставался): - Ты что такое? - вместо взаимного приветствия запоздало взвизгнул он, наводя резкость на "говорящую грязь", плюющуюся сеном. "Небось, деревенский-чумазый-болванчик-которыми становятся-несостоявшиеся-звёзды!!!!!" - невесело про себя заметил Сейя и ещё раз помянул незлым тихим словом папеньку, который сослал его в эту дыру..

Фан: - Ты что такое? - спросил хвостатый парнишка, прищурившись и рассматривая Фана. Слепой он, что ли? А хвостик у него ничего, черненький такой, длиненький и блестящий. Так и хочется подергать... - Я не что, я кто, - отозвался Фан, усаживаясь по-турецки на земле - все равно уже отовсюду торчало сено. Даже из хвоста черного наглого. Презентабельный вид давно был утерян. И да, и у дураков бывает презентабельный вид - особенно у придворных дураков. - А "кто" - это шут Королевы! - гордо отозвался мальчишка. - А ты гороховый шут, что ли? - Фан прыснул в кулак. - Весь в соломе, и при лакированных туфлях - похож. Зато хвост у тебя красивый, - Фан ткнул пальцем в длинные черные волосы, потом не удержался и несильно дернул - убедиться, что настоящие. - Долго растил? Такие барду пошли бы... - мечтательно протянул придворный шут.

Сейя: Сейя онемел от нахальства незнакомца, который дёргал и трогал его хвост. Ни то чтоб это было совсем уж неприятно, просто...вот так вот...сразу! грязными руками! - С детства не стригся! - гордо вздёрнув подбородок, наконец ответил Сейя, - И я не шут гороховый - запоздало насупился он (от чего и без того смазливая мордашка приобрела какуе-то девичье-капризную красоту), - Я- звезда. Восходящая. Не пройдёт и года, как меня будут знать и в том и в этом Королевстве. Ну а потом гастроли, девки там всякие... слава - уверенно и без доли смущения объяснил Сейя, умильно хлопая ресницами. - И главное больше никакой селухи! - категорично подытожил он, подмигнув шуту.

Фан: - Пра-авда? - Фана очаровали перспективы Сейи. То есть, всякие там гастроли, девки и слава - это скучно и неинтересно. А вот восходящая звезда - это действительно круто! Она же светится! - Ты правда умеешь сиять? - завороженно уставившисьна темноволосого глазами-блюдечками, спросил шут. - Покажешь?

Сейя: -Да без проблем - хмыкнул Сейя. - Пойдём на сеновал? Пара обворожительно синих глаз уставились на Фана, чувственный губы тронула соблазнительная улыбка: -Там темно...и сеяние лучше видно будет, - хрипловато-бархотным голосом заметил Сейя на ушко шуту. На какое-то мгновение в воздухе повисло неловкое молчание, прерываемое сбивчатым дыханием. -Только в душ бы тебя для начала, - внезапно отстраняясь, засмеялся Сейя. Откашлявшись он принялся листать тетрадку с песнями, подбирая подходящую для момента песню.

Фан: - На сеновал? А зачем на сеновал? Тут рядом есть будка, в ней тоже темно. Правда, там злые собаки, - скис Фан. - А что это? Шут аккуратно заглянул в тетрадку с другой стороны. Нахмурился, сосредоточенно водя глазками вдоль строк - Фан умел читать и любил, между прочим. - Ой, песни?- радостно спросил мальчик. - Ты умешь петь? Это было даже интереснее, чем звезда. Да кто в наше время звезд не видел, в самом-то деле? Их по ночам сто-олько - не сосчитать! А бардов Фан любил. - Раз умеешь, то спой мне лучше, пожалуйста! - начал выпрашивать мальчишка. - Мне нравятся люди, которые умеют петь. Очень нравятся! - да, пожалуй, глаза Фана сейчас тоже можно было бы показывать в темной будке или на сеновале - так они сияли...

Сейя: Петь Сейя умел и любил. Его никогда не приходилось долго упрашивать спеть, зато обратный процесс мог стоить немалых усилий. Маленький шут об этом не знал. А Сейя умел выгодно пользоваться ситуацией. - У тебя очаровательный глаза, малыш, - легко коснувшись щеки пока что единственного зрителя, проговорил Сейя, отшлифовывая своё мастерство соблазна на всём, что попадается под руки, - Я хочу посвятить эту песню тебе... Только... Слушай, как тебя зовут и откуда ты взялся у меня под ногами? - запоздало поинтересовался Сейя.

Фан: - Мне? Правда? - глазки блюдца заметно подросли - где-то до размеров глазок-супниц. - Классно! Спасибо, мне нравятся мои глаза! - Тогда пойдем на площадь петь? Чтобы все слышали песню для меня! Фан потянул Сейю за рукав куда-то вправо. Слушай, как тебя зовут и откуда ты взялся у меня под ногами?- спросил новый знакомец. - Фа-ан зо-овут меня, - затянул шут высоким писклявым голоском - слышно было побе стороны улицы - и петухи, что выделывал его голос, и фальш. - А мы-ы идем-идем на пло-о-оща-адь, что-бы спе-еть для меня, для меня песню-ю-ю! - Голосок у шута был громкий, а Сейю он бесцеремонно тащил за собой, пока они не пришли к пресловутой площади - пара шагов, и вот она любимая. Видите ли, в эту деревню Фана выбрасывало телепортом не раз. - Меня телепортировало к тебе под ноги, - неожиданно прекратил петь Фан - наверное, его устроил уже произведеный эффект. - Совершенно случайно. Честно-честно, - головка Фана усленно закачалась вверх-вниз в такт его словам. - Но поскольку это все заклятие удачи - или неудачи - я от тебя не уйду, пока не получу то или другое. Мальчик довольно улыбнулся. - А тебя как зовут? И как твои туфли у меня под носом оказались? - в тон черноволосому спросил Фан.

Сейя: Сейя и не думал сопротивляться. Петь на площади... хоть и на деревенской, всё же престижней, нежели посреди огородов. Фан ужасно фальшивил, но Сейю это не раздражало. Во всей этой провинциальной мишуре он страх как изголодался по вниманию. Нет, внимания от сельских девушек ему всегда хватало с головой, но вот внимание к его таланту, творчеству... здесь не имело места быть. Что не могло не расстраивать восходящую звезду двух Королевств и действующий секс-символ близлежащих деревень. -Сейя. Сейя Коу... Да не тащи ты меня так, рукав оторвёшь! ...А туфли мои... туфли мои просто любят маленькие очаровательные носики... типа твоего - плотоядно подмигнул Сейя. На праздничную поляну.

Фан: - Спасибо! - заулыбался Фан. - Свой носик я тоже люблю! - Сейя, - сказал шут, старательно выговаривая все буквы - запоимная. - Сейя Коу, - кивнул сам себе. - А ты откуда? Я раньше ни тебя, ни твоих туфель здесь не видел... Фан внимательно посмотрел на рукав Сейи и довольно улыбнулся - цел. Этот Коу просто паникует - Фан не рвет вещи на лоскутки. Разве что когда Сейя стнет знаменитым, и Фану захочется какой-нибудь сувенир на память... - А вот и Поляна.... - промурчал шут себе под нос, когда они с Сейей завернули за угол. На поляну.

Ятен: Дом Минако У этой Минако слишком большая грудь и чересчур громкий голос. Девушка должна быть тонкой, как нетопырья косточка. И сдержанной, как улыбка покойника. А она… Сейя был бы в восторге. Он бы ее сразу оприходовал. Тайки она бы тоже понравилась – говорила бы с ним о косметике за бокалом картофельного сока… При чем тут я?! Не надо меня трогать, я служитель тьмы и хаоса, и блондинок терпеть не могу! Из домов выглядывали люди. Тыкали пальцами, толкали друг друга. Какой-то дед на завалинке от растерянности съел сигарету. Одинокий, отверженный (добровольно) и не понятый глупым деревенским обществом Ятен шествовал мимо зевак гордым черным пятном. Куда ушлепали эти дебилы? Кому, спрашивается, я тащил столько еды? У меня же пост вообще, мне их грубая пища не нужна… Хотя черную редьку – и этим неэстетичным волосатым раздолбаям?! Нет, ну все-таки…по бабам Сейя со старшим не пойдет. Это точно. Куда же они могли деться? Задумавшись о том, могут ли братья гулять по кладбищу и нужно ли это проверить, юный некромант устроился на какой-то невзрачной скамейке. После четырех подряд ночных церемоний в святилище Темнейшей, он начинал уставать еще быстрее, чем к тому располагала его субтильная комплекция.

Ятен: Размышляя о бренности бытия, Ятен рассеянно обрывал листья какого-то растения. С каждым падающим зеленым ошметком мысли его становились все более мрачными. За забором смеялись дети, солнце слепило глаза, а Сейя и Тайки где-то развлекались. Сволочи. На противоположную скамейку кто-то плюхнулся. Молодой демон соизволил поднять божественно изумрудный взгляд. Опять женщины…почему они не работают? Почему им не нужно срочно идти копать репу или эту…как ее…брюкву? Даже старший больше внимания уделяет своей картошке, чем эти бездельницы – своей работе! Не то чтобы Ятена беспокоили огороды местных…но вид невоспитанных селянок возмущал его эстетические чувства. Обе были краснолицые, крепкие. Одна из девушек грызла семечки, сплевывая под ноги шелуху, вторая постоянно дергала ее за косу. Полное отсутствие реакции подруги почему-то вызывала у девушки чистый, незамутненный сознанием восторг. Ятен морщился и кривился – истерическое хихиканье селянки превосходило самые писклявые ноты среднего. Вставать ему пока было лень. - Ну шо? – наконец первая девица открыла рот не только для извержения шелухи. - Та как всегда, - бодро отозвалась вторая. – Домыла, вытерла и поперлась домой. Грымза намедни добрая. - И шо? - Видела. Сказал, завтра вернется и пойдет с батьком говорить. И чтоб не один сарай давали, а с коровой. А то не зашлет сватов, - девушка дернула товарку за волосы со всей дури. – Петух хренов. - Та шо… - Ну да. Уже сговорились, да. Он вообще ничего… Надо Маори жертву принести, авось сладится. - А шо? - Так себе. Даже не знаю, чего тебе рассказать, - селянка выдернула из косы еще волосок. Ятен расстроился – жертва не орала. – Утром на кухне чуть не зашибли кондитера бараньей ногой…а, вспомнила! Видела от ворот, как какой-то дурак играл на лопате перед дворцом. Веришь, не? - Та ты шо… Ятен не дослушал. Кипучая волна справедливой ярости накрыла субтильного некроманта и толкнула ко дворцу. Такого от Тайки он не ожидал… А там, где водился старший брат, обычно обретался и Сейя. Придурки. Один с лопатой своей позорится, другой баб кадрит. Я даже не сомневаюсь! И это в то время, как я таскаю еду мешками! Во имя Хитаеры, я им устрою выездное жертвоприношение!! Лужайка перед дворцом

Время: Третий игровой день. Утро. В теме: никого.



полная версия страницы