Форум » Библиотека » Цепочка » Ответить

Цепочка

Алмаз: Большие драбблы пишутся медленно и редко. Мало! Предлагаю попробовать писать маленькие, но много.)) Условия: размер драббла - от одного предложения до трех. Написали - даете задание (слова, персонажи, ситуация - что-то одно или все вместе). Тот, кто придумает, как это обыграть - пишет следующий драббл. Фэндом, если не задан - любой. Победитель, видимо, тот, кто придумает такое задание, которое будет никому не по зубам)) Первое задание. Ситуация. Рассвет, поле, где-то вдалеке гудит паровоз.

Ответов - 36

Сирена: *разглядывая задание*Интересно. А фандом - он любой))?

Алмаз: Абсолютно.

Джей Хоук: А готовые здесь размещать или где все остальные драбблы?

Джей Хоук: Из несколький предложений, как и требовалось... Рассвет занимался слишком быстро и от этого его план мог не сработать. Где - то вдалике уже гудит паровоз. Человек быстро поправил узлы на веревках своей жертвы и заглянул в наполненные ужасом глаза девушки. - Не стала моей, так не доставайся никому - прорычал он и скрылся в кукурузном поле, чтобы из далека наблюдать за претворением в жизнь своего злодеяния. Башня, вино, большой рыжий кот.

Алмаз: Здесь)) Я твой перекидываю.

Алмаз: Бокалы прозвенели, вино метнулось по хрустальным стенкам. Волдеморт посмотрел вниз, прикидывая высоту башни, о его ноги терся большой рыжий кот. - Эта годовщина - лучший праздник...да, Артур? Желтый, круг, кабинка.

Джей Хоук: Его лица коснулся желтый платок танцовщицы. Она выступала только для него, в специальной кабинке для особых клиентов. Ее бедра завершили круг и она упала, в финальном телодвижении к ногам мужчины. Костер, лягушка, ожег.

Юджил: Всегда задаюсь вопросом можно ли склонять заданные слова...) В густом лесу живой огонь костра Родит теней узор пугливый, Лягушка квакнет сиротливо, Охотник вздрогнет изумлен, А пламя, что коварным станет, Ожог на коже вмиг оставит, И леса будет сон отмщен... шиповник, пианино, горы

Джей Хоук: Юждил

Джей Хоук: Ароматный шиповник оплетал все: окна, стены, потолок, мебель затянутую тканью, впитавшую в себя вековую пыль. Не знаю как я согласился поехать в это поместье, которое досталось мне по наследству. Присев на край резного стула и опустил руки на клавиши пианина и звуки полились по пустынным комнатам, по двору, вылетели наружу, по направлению к высоким, темным горам, которые окружали дом моего деда, словно "ведьмино кольцо". Закат, река, зонтик.

Юджил: Угасал холодный закат, Отражаясь в унылой реке. Зонтик плыл по алым волнам, Покорный своей судьбе... И еще Колыбельная (по времени уж очень актуально))) Угас давно закат багряный, Затихли шорохи в саду, В реке уж месяц будто пьяный Рябит и дремлет на ходу. И в этот час полночный, темный, Когда ты сладко, мирно спишь, Придет пусть старичок веселый, Он не простой, поверь, малыш. С собой он носит яркий зонтик, Его раскроет над тобой, И сказка добрая приснится, Хороших снов тебе, родной. Камин, гобелен, охота

Джей Хоук: Юджил -Да, славная была нынче охота... - протянул Карл, подбрасывая поленья в камин. Веселое пламя, с готовностью подхватило их и начало усиленно пережевывать. - Как ты думаешь, - немного расстроенный охотник обратился к своему другу, - Эстер очень разозлиться если узнает, что мы завернули оленью тушу в любимый гобелен ее матери. Карл громоподобно рассмеялся, представив физиономию госпожи Девер, когда она узнает о их проделке. Шоколад, покрывало, грязь.

Юджил: Хоук Эстер, наверное, очень разозлится Среди сладкого запаха терпких духов, Сигаретного дыма и шороха юбок Ты была словно нимфа из сказочных снов, И твой смех был, как звон тонких рюмок. Я безумно хотел сцеловать С твоих губ, что, как лук изогнулись, Шоколад... но шатнулась кровать, И ты ловко в тот миг отвернулась. Если б только я мог повернуть время вспять, Чтобы боль до тебя не коснулась... Никогда не забуду: покрывало, кровать... Ты на миг ко мне обернулась... И в глазах цвета нежной, весенней листвы Было тихое, робкое счастье. Ты шепнула легонько: "Милый, увы, Слишком много во мне было грязи..." Значение, дыхание, яблоко

Джей Хоук: Прошлое не имело значения. Смысл был лишь в его дыхании, горячем, просто обжигающим, от которого кружилась голова и хотелось все бросить и забыться в его объятьях. - Ну и пусть, что он простой продавец яблок, - думала графиня - главное, что он со мной, здесь и сейчас. Что-то меня потянуло, куда - то не туда Смех, смерть, звезда.

Юджил: Это меня все не туда тянет) Если замучала рифмоплетством, скажите, перейду на прозу Пусть смех не умолкнет Покуда горит Звезда- Светило наших надежд. Жизнь за победу - Не слишком большая цена, Лишь смерть остановит невежд. сталь, нежность, колокол

Джей Хоук: Большой колокол медленно, словно во сне, отбивал свои глубокие, протяжные ноты. Сталь катаны сумеречного самурая нехотя покидала остывающее тело господина Такитоси. Еще пара мучительных секунд и он упал в море нежности и тишины смерти. Вилка, собака, штора.

Мэллорин: Юджил вчера спросила, что бы я написала в 2-3 предложения на "Шоколад, покрывало, грязь" - и у меня сразу отключился интернет. Поэтому просто вне очереди выложу ^^' "-Ну кто, кто бросает недоеденный шоколад на свежевыстиранное покрывало в тридцатиградусную жару, не говоря уже про то, что это был МОЙ шоколад?! Она покраснела и в своей манере, смущённо и совсем не обнадёживающе, отвела взгляд. -Всюду беспорядок, как ты вообще живёшь в такой грязи; ты мне только скажи... почему я именно такой тебя люблю?" Кое-как, но 3 предложения ><

Юджил: Меллорин, уютно получилось Тихо качается светлая штора, Ветер еще не утих, Нехотя смолкли веселые споры, Ночь наступила для них, Ты все сидишь на крыльце одиноко, Тускло блеснуло кольцо, Где же девчонка та черноока, Что бы надела его? Лает собака, воет тоскливо, Вилка летит со стола. Это примета или забава? Все же - злодейка Судьба... проекция, метафора, амфора

Алмаз: - И бедра ее, как античная амфора, плавны и напевны...а, ч-черт возьми! Смятый лист со скорбным шорохом обрушивается на горку своих предшественников, таких же неудачных метафор и плохих рифм. Под горячим чаем дышит летним, теплым крымским ароматом можжевельника деревянная ладошка, левый тапок выглядывает из-под тахты, по потолку скользят проекции лип, вычерченные фарами... Свет, трагедия, колбаса.

Джей Хоук: Солнечный свет, веселыми зайчиками залил комнату, отражаясь от множества зеркал, который, будь они кривыми, превратили бы помещение в комнату смеха. Никто уже не помнил о чудовищной трагедии, которая случилась здесь прошлой весной. Именно тогда погибли две балерины, раздавленные огромной хрустальной люстрой, упавшей во время репетиции в танцевальный зал. Эти тела с неподвижными руками и ногами, которые приобрели цвет неокрашенной колбасы, волосы, в которых запутались кусочки хрусталя, моментально сделавшиеся алыми пачки - все забыто, но теперь, вместо люстры, по всему периметру потолка сверкают маленькие, яркие и безопасные софиты. Тряпка, страх, хризантема

Рубеус: Он сказал, что мы встретимся, когда опадёт последний лепесток хризантемы, и мне стало страшно. Но сейчас я улыбаюсь, протирая купол над цветком мягкой тряпочкой - тщательно, не оставляя ни пылинки, ни пятнышка. Я приклеила лепестки суперклеем. во бред среди ночи, а? пушистый, мурлыканье, глазёнки

Алмаз: Спишь, тварь пушистая? Спи-и-и...пока можешь, закрывай свои стеклянные глазенки и вырубай свое чертово электрическое мурлыкание, в последний раз. Кто мог знать, что плюшевая игрушка величиной с дом - самый опасный хищник и самый кровожадный враг для путешествующих между мирами? Ветренность, забор, повидло.

Джей Хоук: Покуда ветренность моя Забор меж нами возводила. Все дальше уводя тебя В тенистый лес смятенья. Любовь старалась как могла, Чтобы сберечь огонь сердец И подливала в нашу жизнь - Павидла, меда и варенья. Да, заразился я от Юджил, хотя, как только слова увидел, сразу в строки сплелись. канделябр, метла, деготь.

Рубеус: Коридор плывёт-петляет, стены молятся Богам, На стене портрет троится и моргает в такт шагам... Канделябр, метла и дёготь, вместо кошки - каракал, Церезит Унылый понял - это лишний был бокал! чеснок, водка, Богиня Маори

Джей Хоук: Где-то внизу залаяли собаки и послышались ругательства. С крыши храма Богини Маори он хорошо видел своих преследователей. - Вот так честь для меня, - присвистнул Лин - а всего - то, сташил со стола начальника городской стражи бутылку водки, да чесночные пирожки, в которых, кстати, этого самого чеснока было явно многовато. Комар, шпала, пена для ванн.

Алмаз: Рабочий уложил шпалу, с трудом разогнулся и потер поясницу. Ну вот почему из-за сумасшедшей идеи принца Сапфира они должны тут горбатиться, в стужу и в жару, среди комаров и ящериц? Начальник смены потянулся, мечтая о хорошем виски, тонко нарезанном окороке и ножке проказницы Стрекозы, выглядывающей из белоснежной пены для ванны... Песец, виноград, творение.

Джей Хоук: Магко упал на пол песец, скрывающий хрупкие плечи Амелии. Девушка приблизилась к камину и присела у огня, приятно согревающего уставшее тело. Бегло осмотрев стол, она все же взяла немного вирограда и отправила сочные, готовые лопнуть от спелости " бусины" в рот. Профессор наблюдал как Амелия облазнула губы, на которых остался сок ягод. Поистине его творенье было прекрасно и соблазнительно, но что ни говори, это был всего лишь робот похожий, как две капли воды, на его первую любовь. Топор, платье, Богиня Хитаера.

Сапфир: sorry... Хитаера, подпрыгивая на одной ноге, пыталась вытащить из-за спины топор. Резная ручка зацепилась за широкую ленту банта, перетягивающего талию девушки. Каблук на босоножке хрустнул и треснул. Девушка закачалась и упала, умудрившись ловко попасть лезвием в землю, а спиной опереться о рукоятку. Пожав плечами, она призвала свою любимую косу, решив отковырять незадаливое оружие чем-то более длинным и острым, чем собственные ногти. Коса запуталась в тяжелой вышивке черного жемчуга, покрывающей подол платья. Обломанные ногти с красивым черным маникюром украшали пояс, фиолетовый атлас, пол вокруг. Хитаера призвала меч, пинцет, скальпель, нож, шпильку для волос... скоро она уже напоминала оружейную стойку в тренировочнорм зале. Экслюзив для готичных мужчин. Критически оглядев себя в зеркале и поместив сломавшийся каблук в эротичный вырез платья, богиня подмигнула своему отражению в зеркале, художественно размазала на губах темную помаду и распушила волосы. Кокетливо покачивая бедрами, она отправилась на прием в честь установленного перемирия между божественными силами Сильвер и Даймонд. морковка, вниз головой, Меллорин

Джей Хоук: Мэллорин шла по заснеженным улицам города, изредка останавливаясь, чтобы посмотреть на яркие окна домов, детвору играющую в снежки и лепящую снеговиков. Один особенно наглый снеговик подмигнул богине черным угольком глаза, шмыгнул носом- морковкой и помахал ей рукой. Меллорин засмотрелась и не заметила замерзщей лужи. И вот она уже летит вниз головой, прямо на животе по крутому берегу реки , который превратился в горку, туда где молодежь рассекает лед на коньках. ароматические палочки, глина, сердце.

Алмаз: На грубой глине курительницы обреченно тлели ароматические палочки, пытаясь заглушить кислый запах химикатов своим изысканным, нездешним ароматом. Человек в кресле внимательно смотрел на пробирку, в которой через минуту должно было образоваться чудодейственное средство - нестойкое соединение, способное вернуть умирающим жизнь. Левая рука покоилась на сердце, стеклянная палочка дремала в коченеющей правой. Вода, перец, заметка.

Джей Хоук: Главный повар открыл поваренную книгу на станице где делал вчера заметки. - Так, берем фазана, обливаем его горячей водой, смазываем сметаной, фаршируем яблоками, миндалем. В разрезы на кожице помещаем чеснок, посыпаем сверху перцем. Добавляем цианистый калий и в духовку. Два дня назад, лорд Немерод щедро отсыпал ему золотых, за особое блюдо для барона. Капли, красный цвет, лютик.

Рубеус: Меня на сюр потянуло оО Мне б сесть в скорый поезд, да так, без билета... Промчаться за город с печальным брюнетом - Дурная примета. Смеяться над солнцем, любить без ответа, Гулять с бледным чёртом в лугах до рассвета - Дурная примета. На лютиках капли столь красного цвета Оставить. Остаться. Заканчивать лето - Дурная примета. Раскрыть душу шире, впустить море света, И сдохнув от счастья, вернутся с приветом - Да ну их, приметы. Железный конь, большие усы, маленькая девочка.

Юджил: Спокойный плеск холодных волн в объятьях серого гранита, И юноша, что был влюблен, и молчаливая Анита, Садов прохладных тишина, проспектов шум, мостов молчанье, Блеск театров, церкви, господа и нежных дам очарованье. Как много лет прошло с тех пор, когда отдал приказ ты первый И создал город незабвенный... Железный конь несет тебя навстречу времени теченью, Вокруг вороны, провода, другие люди, увлеченья. Идет солидный господин, усы большие нежно гладит, а женщина коляску катит. Студент на пары поспешил, замучен сессией он скорой и словно проглотил аршин, Тот в банк бежит, та в магазин... А шумная толпа туристов галдит, спешит и портит вид, Где умирали декабристы, теперь ларек для них стоит. Но среди шума, гама, пыли, извечной жизни суеты Есть те, что помнят, не забыли величия и красоты. И маленькая та девчушка, что голову стоит задрав, Все ж знает сердцем своим русским, Что путь твой славен был и прав... пустая комната, стекло, шкатулка

Джей Хоук: Пустая комната недружелюбно заскрипела плохо смазанными петлями дрери и наконец впустила нежданных гостей. Внутри, на большом, старинном столе из мореного дуба стояла резная шкатулка. - Не трогай... - крикнула Альба, но было уже поздно, Герберт открыл ее. В тот же миг все люди в мире услышали душераздирающий крик и незадачливого охотника за артефактами окатил град разбитого стекла прозрачного купола. Ящик Пандоры был вновь открыт. Единорог, вулканический пепел, лед.

Юджил: Город великий, город разрушенный, Крики последние, смертью заглушены, И вулканический пепел, что сыпался, Вас сохранил, а им не дал выбраться. Лед на горе тает под пальцами: Фрески старинной краска лохматится. И на гербе гордо-поблекшем Единорог ступает неспешно... Часы, муравей, страх

Джей Хоук: Годы, дни, часы, минуты, мгновения - медленно протекали сквозь его глаза, волосы, ослабевающие руки и ноги. Он сидел здесь, прикованный к холодному, скользкому от воды камню, словно жалкий муравей, пред гневом Богини, на которую посмел поднять руку. Жизнь медленно утекала их него и по спине корабкался липкий страх, что даже смерть не спасет его от наказания. Яблоки, трюмо, тряпка.



полная версия страницы