Форум » Город » Элизиумская Площадь » Ответить

Элизиумская Площадь

Алмаз: Центральная площадь города.

Ответов - 122, стр: 1 2 3 4 All

Хариет: Из Синей Чашки вместе с Мэлоди Рано ли?.. – Мысленно протянула Хариет, крутя в руках опустевший бокал. - Не знаю, не знаю, Лорелея. Как бы не было слишком поздно… - Хорошо. – На бледных губах жрицы заиграла тёплая улыбка, она накрыла своей рукой кисть подруги и слегка её сжала. – Сегодня ветер принесёт с собой только веселье. На стойку с тихим звоном легло несколько мелких монет. Адель легко вспорхнула со своего сиденья и, потянув за собой Ассоль, направилась к выходу. - Самое время начинать. Стоило им пересечь порог кафе, как они оказались со всех сторон окруженными толпой по-разному разряженных мужчин и женщин, повсюду слышался заливистый смех и громогласные возгласы удивления. Музыканты брали первые аккорды, но пока что не торопились начинать играть в полную силу. Словно чего-то ещё ждали… Хариет едва заметно повела тонкой бровью, как развешенные на деревьях колокольчики залили элизиумскую площадь тихим, мелодичным звоном, а в тон ему тут же нежно запели медноголосые птицы. Богиня улыбнулась и заговорщически подмигнула своей наперснице.

Мэлоди: От долгих советов больше вреда, чем пользы. К тому же Минория и Алерия так заняты устроением личной жизни ЧибиУсы, что вряд ли выкроят время для спасения мира. Ну да пусть себе развлекаются. Уже на улице Лорелея улыбнулась подруге, глянув на зазвонившие колокольчики и продолжила вслух. - И мы тоже будем развлекаться так, как хотим. Музыка нежно звала людей веселиться, музыканты поднялись на помост и первая флейта со скрипкой завели мелодию. Лорелея схватила подругу за руку и потянула ее к ступеням, легко взбежала на помост и запела без слов, одними гласными, чуть покачиваясь в такт, как умела одна она. Море и небо - как две половины, невозможны одно без другого...

Хариет: Стоило Ассоль взять первые ноты своей песни, как Адель, быстрым движением руки выпростав из тяжёлых складок платья серебристую свирель, поднесла изящный инструмент к губам. Лёгкая, словно свежий воздух, мелодия окутывала песнь Лорелеи прозрачной вуалью, была её дополнением, её незаменимой частью. Светловолосая жрица мягко переступала с ноги на ногу, слегка покачивалась из стороны в сторону и не сводила своих добрых, наполненных чистым светом глаз с внимающих их импровизированному выступленью людей. Прочая музыка словно отошла на второй план, а песнь богини морей и игра богини ветра, сливаясь, трогали сердца каждого, кто в этот вечер умышленно ли или же по счастливой случайности оказался на главной площади, наполнял их души невиданной доселе радости, разгонял затаившуюся в уголках сознания грусть. А это ведь только начало.

Tiger: Из Синей Чашки Хоук подло смылся, оставив скорбного товарища без возможного собутыльника. Не то чтобы Тайгеру страшно хотелось напиться, но на пару бутылок пива он рассчитывал. А вот теперь...не поить же пивом хрупкую Герию с доверчивыми глазами, детским личиком и умопомрачительной собакой! За ястребом вскоре последовала Юнона, с трудом оторвав масляные глазки от Тайгера. Бедная девочка страдала по коллеге не первый месяц. Но упорно молчала и на прогулки под луной не соглашалась. Тайгер глубоко вздохнул и...и тут на улице грянула музыка. Над типичной какофонией "народных инструментов" воцарились свирель и женский голос. - Леди Герия, не хотите ли потанцевать? - медово улыбнулся телохранитель спутнице и потянул ее за собой в пестрый, беспокойный людской водоворот. Но в толпе держаться за руки неудобно. Даже королевскому телохранителю, не обиженному ни силой, ни ловкостью. Уже через пару минут Герию и ее невероятного питомца он потерял. Мелькнули в толпе огромные, удивленные глаза - и все, Тайгер остался один.

Хариет: Чистый, нежный голос Лорелеи звал за собой, увлекал в глубокие морские пучины, за далекие горизонты, заставлял слиться с неведомыми силами, будил в сердце страсть и чувственность. Раскрасневшаяся, уже слегка растрепанная богиня ветра, борясь с нетерпимым желанием распахнуть крылья и подняться в высь, убрала от губ серебряную свирель и, нежно улыбнувшись подруге, вмиг слилась с веселящейся толпой. Радостные лица горожан замелькали перед ней мириадом счастливых глаз и улыбок. Общее настроение праздника так и витало над центральной площадью города, и душа сама собой звалась в пляс. Перед глазами мелькнула золотоволосая макушка какого-то высого парня, его растерянный взгляд, словно он пытался кого-то разыскать в резвящейся перед ним толпе, и прежде, чем Адель сама поняла, что делает, она крепко схватила его за руку и потянула вслед за собой в самый центр толпы. Потанцуешь со мной? - говорили её светящиеся серо-голубые глаза, а звонкий, похожий на перезвон серебряных колокольчиков смех раскатывался вокруг, сливаясь с прочим шумом и гамом разгорающегося на площади торжества.

Tiger: Кто-то цапнул растерянного Тайгера за руку и потянул вперед. Парень поднял взгляд - до этого он пытался уберечь сапоги и, соответственно, ноги от каблуков - и встретился с ясными, смеющимися глазами. Решительных девушек он не очень любил, и вообще привык приглашать даму сам. Но карнавал, веселье заразительное, как простуда, светлые волосы, разметавшиеся по плечам, летящие на ветру... Забыв о беззащитной обуви, о потерянной Герии и о грядущей ночной смене во дворце, Тайгер догнал девушку, которая упрямо вела его в середину танцующей толпы. Шум был слишком громкими, чтобы спрашивать имя. Да и зачем? Телохранитель хитро, по-кошачьи прищурился и положил руки на тонкую талию девушки. Ты мне нравишься, - говорила довольная, лукавая улыбка. Музыка настаивала на том, что оставаться на месте непозволительно. И Тайгер, не споря с мелодией, уверенно повел незнакомку в танце.

Хариет: С партнером она явно не ошиблась... Один мимолётный взгляд на его ауру безошибочно выявил золотые узоры Мэлориновой печати. Значит средь прочего скопления народа ей посчастливилось выловить подопечного любвиобильной богини... Какая удача! Девушка игриво подмигнула молодому человеку и приблизилась чуть ближе, поудобнее устраивая тонкую ладонь на твердом плече своего кавалера. Похоже, он с готовностью принял ее игру и ни о чем не спрашивал, ничего не пытался сказать... по-крайней мере, словами. А того-то ей и было нужно... Адель слегка выгнула спину, склонила голову и мягко сжав ладонь незнакомца, закружилась с ним в головокружительном вихре божественного танца.

Tiger: Девушка двигалась, как служительница Мэлоди. Не то чтобы столичных барышень можно было назвать поголовно неуклюжими, но в этой было что-то особенное...может, особенно приятный запах? Тайгер с трудом подавил желание заурчать, когда прохладные ладошки устроились на его шкуре. Шкура хотела стать тигриной, чтобы девушка с ласковыми руками погладила. У ног такой не жалко и клубком свернуться. Телохранитель представил себя гигантским полосатым клубком и рассмеялся. На всякий случай помотал головой партнерше - дескать, не о тебе. Говорить не получилось бы - музыка. Девушка летела невесомым перышком, ветерком, запутавшимся в занавеске. Тайгеру было весело. Люди толкались, но парой мощных таранов спиной парень очистил место перед помостом музыкантов. Теперь там были только он и его партнерша. Музыка неуловимо изменилась. Теперь это был какой-то старомодный танец, которого боец и гуляка Тайгер не знал. Он изобразил на лице отчаяние и посмотрел на девушку.

Хариет: Девушка в ответ только слегка пожала плечами и, заговорчески улыбнувшись, подтянулась на носках и чмокнула Тайгера в уголок губ. Прикосновение было лёгким и неуловимо-прохладным. Девичья ладошка соскользнула по плечу к широкой мужской руке и потянула за собой, куда-то в сторону от сцены и от продолжавших танцевать людей. Они обогнули помост с музыкантами (Адель даже успела поймать понимающий взгляд Мэлоди) и юркнули в полумрак тихой, узкой улочки. Здесь она его руку отпустила и, развернувшись к нему лицом, отошла на пару шагов назад и окинула своего кавалера заинтересованным, озорным взглядом. Похоже, увиденное её вполне удовлетворило. На губах заиграла лукавая улыбка. Девушка тихо рассмеялась и прокрутившись вокруг своей оси, одним движением руки сняла с головы тяжелый золотой обруч. Тонкие косички, в которые были заплетены длинные светлые волосы, шелковистым водопадом разметались по плечам. Девушка качнулась и снова оказалась рядом с Тайгером. Сосредоточенно прикусив губу, она чуть потянулась застегнула обруч на голове своего случайного партнера. - В благодарность, – неслышно прошелестели ее губы у самого его уха. Адель мягко улыбнулась и, ловко обогнув рыжеволосого красавчика, направилась обратно, к разношерстной толпе веселящихся горожан.

Tiger: Говорят, где-то на далеких северных, закованных в лед островах кошки такие же большие и свирепые, как боевые псы, и на них приходится надевать ошейники. Когда девушка погрузила руки в густую шевелюру Тайгера и щелкнула замочком где-то в золотых кудрях, он как раз почувствовал себя таким котом. Даже проследил, не тянется ли от обруча ниточка поводка к запястью девушки. Но нет - ничего не было. Только браслеты звенели, тонко и насмешливо. Кончиками пальцев парень потрогал новоприобретенное украшение. Вроде, широкая полоса - судя по блеску, золотая - не должна была выглядеть глупо. - Спасибо, - запоздало сказал вслед девушке Тайгер, когда косички ее прически уже хлестнули его по груди. - Ты танцуешь, как богиня! Без мурлыкающих, глубоких обертонов он никак не мог обойтись. Не тот случай!

Хариет: Девушка так и не покинула этой темной улочки, где кроме их двоих никого больше не было... Прислушиваясь к голосу парня, она медленно развернулась и заглянула в хитро прищуренные, кошачьи голубые глаза. - Мммм... Я не только танцую, как богиня... - Копируя мурлыкающий тон Тайгера, томно произнесла девушка. - Например, еще я целуюсь, как богиня... - Невинные взгляд серых глаз никак не вязался с широкой, лукавой улыбкой. - Не хочешь проверить? Она снова оказалась в опасной близости от блондина. Тонкие женские пальцы скользнули от пояса вверх по атласной ткани форменного камзола, поднялись к плечам и замочком сомкнулись на шее. - Так что скажешь? - Светлые брови иронично изогнулись, богиня ждала ответа.

Сейя: Беседка -Ах, вот оно что, - понимающе кивнул Сейя, выйдя на Элизиумскую Площадь, где столпилась куча полупьяного, но веселого народа. Все ели. Хавки было дофига. Но Сейя гордо дожёвывал свой купленный на углу пирожок, даже не планируя присоединяться к акту коллективного жора. Не по-звёздному это. Справа доносился нестройный ряд гласных. "Что это? С немым хавкой не поделились?" - нахмурился он, и, как любой добропорядочный молодой человек с претензией на супергероя, пошёл разобраться в недоразумении. Пробираясь через танцующую толпу на звук, Сейя застыл, как вкопанный. "Сволочи," - всердцах подумал он, наблюдая за силуэтом немого, который взобрался на подмостки и, раскачиваясь из стороны в сторону, протяжно тянул гласные, глядя голодными грустными глазами на неотрывно жрущих людишек. Сейя, не задумываясь, поспешил помочь страждущему: -Хочешь пирожок? - миролюбиво предложил он, коснувшись плеча немой… девушки. Это была девушка. Вблизи он более подробно рассмотрел её очертания, после чего желание накормить красавицу стало просто неудержимым. Протяжный во...волнующие звуки утихли и на него уставилась парочка смутно знакомых глаз. - Слу...а это случайно не ты мне ту жемчужину впа...рила ...? - мысли невольно озвучились сами собой. Следующее что дошло до Сейи - перед ним та самая жрица. Которая не просто не немая, но и весьма крутого нрава. В ушах зазвенело, Сейя побелел. - Э...э - Сейе редко доводилось вести разговор со жрицами, потому он не сразу сообразил, что в такой ситуации принято говорить. Потому решил говорить прямо. Какая уже разница... - Вы..вы просто очаровательно пели! Просто..ну очаровательнейше! Но так как Вы меня всё равно теперь убьёте (даже несмотря на то, что я предложил вам свой единственный пирожок), разрешите и мне на прощание кое что забацать... И, не дожидаясь ответа, Сейя рванул на середину помоста и запел песню, написанную для Весты.... «Как жаль, что ты её так и не услышишь…» Послушать Сейю Послушать Сейю

Tiger: От партнерши пахло степным ветром. Вот теперь Тайгер узнал этот свежий, терпковатый запах. Будоражащий зверя, спящего где-то внутри беззаботного королевского телохранителя. - Я даже проверил бы, что еще ты делаешь божественно, - пряча меняющиеся против воли хозяина зрачки, довольно жмурился парень. Некоторые девушки находили взгляд оборотня притягивающим, но кто знает - как отреагирует эта девушка в платье жрицы, но с горящими глазами цыганки. Шею царапнуло какое-то украшение. И сразу вспомнился золотой дорогущий обруч. - Только как бы твоя охрана не оторвала мне голову, - засмеялся почти спокойно парень, в свою очередь обнимая свою недавнюю партнершу по кадрили или как оно там называется. - Мне, знаешь ли, уже случалось драпать от разозленных папенек и гневных мужей.

Хариет: - Боишься? - Негромко протянула девушка, поудобнее устраиваясь в объятиях Тайгера. - Так ведь еще не поздно отказаться... - Чуть царапая ноготком его кожу, она очертила пальцем линию волевого подбородка и спустилась по шее ниже к первой застегнутой на камзоле пуговице. Мгновение и ее пальцы уже потянулись ко второй... - Ну так как, мрр? - Девушка довольно улыбнулась и, вдыхая терпкий аромат какого-то одеколона, уткнулась носом ему в шею и сомкнула руки у него на спине.

Мэлоди: Мэлоди закончила петь, и только собралась сойти с помоста и заняться толикой обязанностей верховной жрицы - проверить, всем ли хватает угощения, доволен ли народ, не иссяк ли жемчуг в корзинах (хотя вот уж чего случиться не могло), как ей самым наглым образом заступили путь. Ассоль вскинула бровь с недовольным недоумением... и узнала давешнего наглеца. Он ее, впрочем, тоже. - Слу...а это случайно не ты мне ту жемчужину впа...рила ...? Ассоль смерила Сэйю (кажется, так его звали) насмешливым взгялдом. Вот ведь мнит себя парень шишкой на ровном месте! А жемчужины при нем нет... Потерял? Или выбросил? Неужели догадался? Сомнительно. Ну не верилось богине в проницательность молодого нахала. - А ты ее, я смотрю, потерял? Ай, как не хорошо... Богиня может обидеться. - Вы..вы просто очаровательно пели! Просто..ну очаровательнейше! Но так как Вы меня всё равно теперь убьёте (даже несмотря на то, что я предложил вам свой единственный пирожок), разрешите и мне на прощание кое что забацать... Парень был какой-то странный. Тем более, что ее ответа он дожидаться не стал, а полез петь на помост, оттеснив храмовых певцов. Но Мэлоди знаком приказала им оставаться на месте. Пусть мальчик споет. Раз уж он такой везучий. И ради праздника... Тем более, что за один грех два раза не карают. Или голоса его лишить? - Мелоди задумчиво накрутила на палец локон, потом отбросила, - Нет, не буду. Пусть уж будет праздник... А покарать я его всегда успею. Песню парня она слушать не стала, а спустилась вниз, к младшим жрецам. Угощения хватало всем, и дары не иссякали. То там, то здесь, за большими деревянными столами провозглашали здравицы в честь двух богинь... Мелоди поняла, что ей скучно. Хариет куда-то убежала, все жрецы и жрицы заняты делом... Одной ей, Лорелее, заняться нечем. Жрица в лазурных одеждах стала пробираться сквозь толпу к краю рынка, обижено закусив губу. Ну вот, лучшая подруга смылась с каким-то смертным, другой смертный наговорил гадостей, и всем, ну буквально всем плевать на меня! А эта Чиби Уса... Нет уж, дворец не получит и чешуйки от благодати праздника! так, с хмурой гримаской, Мэлоди шла через толпу, сама не зная куда. Богатое одеяние незаметно менялось, пока не превратилось в легкое голубое платье с верхней прозрачной юбкой из газа цвета морской волны. На груди вместо многоярусного жемчужного ожерелья теперь покачивались простые бусы из мелких раковин и серебряных монет. такие же монеты украшали и прическу, а в ушах закачались серебряные кольца с мелкими подвесками-чешейками. Они печально звенели в такт шагам.

Tiger: - А...а о чем я говорил? - негромко рассмеялся Тайгер. Пробежавшиеся по чувствительной человечьей шкуре коготки будили самые мартовские инстинкты. Юноша воровато оглянулся. Темный переулок, хоть и выходил на вечно заполненную народом центральную площадь, был пуст и безлюден. А единственное светившееся над их головами окно даже добавляло романтики. Тайгер сделал шаг к стене, ненавязчиво передвигая свою спутницу к стене. Когда его пальцы уже подбирались к завязкам ее наряда, он вспомнил одну важную вещь. Если я дам Фишу повод опять издеваться, что я ведусь только на загадочных незнакомок... - Как, кстати, тебя зовут, крошка?

Ятен: Из храма Хитаеры. Одним из самых страшных воспоминаний детства Ятена была сельская ярмарка. Когда тысячи городских бездельников заполнили рынок и площадь, шум достиг даже кладбища, которое как раз тогда осваивал маленький некромант, спасаясь от старших братьев. Но хитрости и упорства младшего Коу хватило на полчаса - из-за угла склепа его за изящное маленькое ухо вытянула мать. Никогда и ничего не производило на Ятена такого гнетущего впечатления, как вид пляшущей и смеющейся толпы. Резкие цвета городской одежды, запахи жареной колбасы и тмина. Даже пыль была грубая, не похожая на тонкую, как пудра, кладбищенскую... Насильно выряженный в ядовито-васильковую курточку и зеленые штаны малыш вцепился в ладонь матери мертвой во всех смыслах хваткой - а как еще будущий повелитель Тьмы может вести себя, когда перед его идеальной формы носом трясут задницами какие-то великовозрастные балбесы? Один даже схватил тяпку и делал вид, что играет на ней, как на гитаре. Ятен молился Владычице Загробного мира о том, чтобы его горячо любимые братья не стали такими. Никогда и ни за что! Элизиумская площадь во время праздника очень напоминала ту ярмарку. И даже умудренный годами изучения Бездны потомок Падших вздрогнул. - ...поберегись! - разносчик рыбы толкнул субтильного юношу, сверкнул оловянными глазами и скрылся в толпе. Ятен отшатнулся в сторону и наткнулся на помост, с которого раздавалось режущее его чуткий слух пение. - Сейя, - по одному вскипающему внутри раздражению определил юный демон. Дождавшись, когда средний Коу наклонится поцеловать какую-то восторженную девицу, Ятен поймал разгильдяя за хвост и дернул - так, чтобы перед гляделками Сейи замелькали звездочки.

Сейя: Не успел средний Коу допеть, как на сцену полезло сразу несколько ошалевших новоиспечённых фанаток. Под влиянием успеха, Сейя совершенно забыл о грядущем наказании. Купаясь в лучах славы Восходящая Звезда максимально эротично склонился к одной из девушек и поцеловал. Послышался женский восторженный визг и фанатская "стена" уплотнилась. Сейя самодовольно улыбнулся и уже хотел спеть ещё одну песню на радость людям, но кто-то с силой дёрнуло его за хвост. - Ёп! - сдерживая готовое вырваться наружу более крепкое восклицание (которое несомненно могло повредить его звёздному имиджу Героя-любовника), воскликнул Сейя и оглянулся: -Придурок готичный, ты чё творишь? - продолжая профессионально улыбаться фанаткам, сквозь зубы процедил он при виде невозмутимой физиономии Ятена. - Я тебе за такое пальчики твои клептоманские повыдергиваю, чтоб знал, как любимому брату гадить в самый ответственный момент. С этими словами он ещё раз поклонился зрителю и слез со сцены. Настроение было испорчено. Дзен не достигнут. А не достигший дзена Сейя - хуже, чем выряженный в розовую робу Ятен. Этот факт был известен не только в семье Коу, но и во всей округе.

Ятен: Ятен ойкнул и вжал голову в плечи. Тьма тьмой, а средний близко, и стукнуть может со всей своей немалой дури. Поэтому пришлось временно забыть о величии Истинного Наследника и изобразить глубокое и искреннее раскаяние в отрывании самого ценного Сейиного органа - хвоста. - Да ладно тебе, - примирительно пискнул младший Коу. Но ясное (и чрезмерно смазливое) чело брата затянуло тучами невеселых раздумий. Юный демон какое-то время любовался редким явлением - серьезным Сейей, а потом страдальчески вздохнул, возвел бездонные изумрудные глаза к небу и предложил: - Может, поесть сходим? Вторым любимым занятием среднего (после девиц) было поедание всего, что попадалось в области досягаемости его здорового организма. Ятен готов был даже пожертвовать собой и пожевать какую-то светлую или, упаси Хитаера, свежую еду. Перспектива получить в лоб от хмурого Сейи совсем не казалась ему чарующей. - А где ты лопатника потерял?

Анна Сильм: Дом Анны и Эйла. Анне потребовалось не так много времени, чтобы добраться до площади, про которую писала Лимна. Ее подбросил соседский паренек, направляющийся на праздник в город. - Даааа... Людно же тут сегодня. Девушка растеряно оглядывалась в поисках хоть кого то отдаленно похожего либо на верховную жрицу, либо на Лимну. "И как же мне найти хоть кого-то знакомого в такой толчее? Увы, я не телепат и не могу находить людей по мозговым волнам! Ну дождется у меня эта девчонка! Я ей все припомню." Девушка недовольно морщилась и медленно шла к центру площади.

Мэлоди: Мелоди брела по площади, изредка всхилыпая. Маска на цепочке болталась у пояса, а руки занимала скрипка. Это было единственной причиной, почему Морская владычица до сих пор не разрыдалась в голос. Руки были заняты, как и все скамейки на площади, а плакать на ходу, да еще когда слезы катятся градом по лицу, и все это видят - ну уж нет. - Угорь! Копченый угорь! - Семга копченая с гренками! - служки и торговцы расхваливали дары моря, дары щедрой богини. А виновница торжества и щедрая покровительница брела, натыкаясь на людей и никого вокруг не видя от непролитых слез.

Анна Сильм: Анна негодовала, но данное бабушкой воспитание не позволяло ей встать посреди площади и заорать на всю округу о том, что она люто ненавидит бестолочь Лимну, которая никак не попадалась ей на глаза в этой чертовой толчее. - Хей, осторожней! - странная девушка чуть не сшибла ее с ног. Грустное лицо с глазами полными слез безразлично взирало на распаленную скрипачку. Да она же сейчас разревется, ей богу. Озлобленная на подругу Анна уже готовилась двинуться дальше, как взгляд ее скользнул по футляру со скрипкой. Эй! Она тоже играет? Подобная мелочь могла изменить отношение девушки к любому человеку - если он играет (не обязательно на скрипке), значит должен понимать сущность этого мира. А если же ей на пути попадались именно скрипачи, то девушка моментально теряла голову. - Простите, с вами все в порядке? - Анна дотронулась до плеча незнакомки. Футляр с драгоценной скрипкой был крепко прижат к груди - так обычно маленькие дети держат при себе любимые игрушки.

Мэлоди: Меньше всего Лорелея ожидала, что кто-то остановит ее. Да и кому придет в голову заниматься чужими проблемами вместо праздника и веселья. Потому вопрос явился для богини полной неожиданностью. - Угу, - ответила гордая Мэлоди, изо всех сил сжимая дрожащие губы, чтобы не разрыдаться окончательно. Хотя очень хотелось. Она даже сделала шаг назад, но извечное своенравие смешалось с обидой на свое одиночество и богиня остановилась. - Просто... мне грустно, - призналась Морская Дева и совершенно небожественно шмыгнула носом.

Анна Сильм: - Угу. - Губы незнакомки дрожали и выдавали вполне естественное желание зарыдать в голос. - Просто... мне грустно. Девушка шмыгнула носом и как то отрешенно уставилась на землю под своими ногами. Ну вот. Докатилась я до Мармезонского балета. И что мне теперь делать? Бросить ее и пойти искать Лимну или эту... ну как ее там... Ай, ладно. В таком состоянии эта девушка может попасть в какую нибудь нелицеприятную историю. Площадь буквально кипела от волнения и праздничного настроя, палатки со всевозможными товарами теснили друг друга, зазывалы буквально срывали голоса, стараясь докричаться до постоянно передвигающихся людей. Признаться Анна не любила подобные сборища. Она вообще не любила столпотворения, а толпа для нее начиналась с числа, превышающего значение двойки. - Что же довело вас до такого состояния? - Скрипачка довольно редко интересовалась проблемами других людей, но эта девушка явно была особенной - у нее же скрипка в руках! Хотела поиграть, а чую не выйдет. Меня ж потом совесть загрызет в виде моего непутевого братца. - Может мы с вами пройдем в какое нибудь менее людное место и там вы мне расскажете, что с вами случилось? Если хотите конечно. - Говоря все это, Анна руководствовалась собственным опытом - когда ей было грустно или просто плохо, Эйл уводил ее в какое нибудь уединенное место, а там уже с видом психоаналитика разбирал все ее проблемы и трудности.

Сейя: - Да ладно тебе, - моментом утеряв весь гонор пошёл на попятную Ятен. Сейя по натуре своей был парнем добрым, красивым, справедливым, очаровательным, привлекательным, умным, благородным, неподражаемым, талантливым и умопомрачительно сексуальным...короче, в силу истинно-звёздного характера долго обижаться он не мог. Но лишний раз попугать мрачным фейсом брата не мешало. И чисто в воспитательных целях, Сейя ещё сильнее сдвинул брови и посмотрел на Ятена из-под лобья. -Ладно мне?! После того, что ты сделал? А ну поворачивайся -снимай штаны- наклоняйся -пороть буду! - скороговоркой выпалил Сейя, демонстративно вытаскивая из брюк ремень. - Может, поесть сходим? - видимо намериваясь запутать следы, предложил заметно перетрухавший Ятен. -Может и сходим...хоть ты ничего кроме тухлятины не ешь…компаньон из тебя в этом деле хреновый... Вот бы Тайки сюда, картошки бы поели...жареной, - задумался средний Коу, возвращая ремень на место. Один шлепок увесистым кожано-металлическим ремнём мог выбить из тщедушного тельца Ятена не только дурь, но и душу. Чего папенька бы однозначно не одобрил. - А где ты лопатника потерял? - Загулял он...подлюка, - вздохнул Сейя, приобнимая младшего за шею и увлекая по направлению к лотку с пельменями. - Вот так вот вас холь, лелей, а вы либо в ответственный момент задницу показываете, либо сваливаете в неизвестном направлении…

Ятен: Ятен трагически всплеснул руками и зацепился манжетом за пояс какой-то из восторженных девиц, напевавших очередное творчество среднего. Услышав кроме привычных "птичка моя, я твой хвостик, дверка моя, я твой ключик" нечто необычное, пронзительно лирическое и даже душещипательное...определение для темной сущности юного демона настолько странное, что он вздрогнул и благополучно отцепился от пряжки Сейиной фанатки. "Чего это с ним? Жрать хочет? Или болит что-то? Или...о Темнейшая, неужели его опять побили!?" Младший Коу с тревогой всматривался в довольную рожицу среднего. Но видимых повреждений не было. А зря - пара синяков придала бы смазливому "орателю" немножко благородства, свойственного страдающим людям. Додумать Ятен не успел. Его сгребли в охапку и потащили к какой-то вонючей еде. По пути он заметил знакомый каштановый хвост. Но не мог даже пискнуть - предплечье Сейи надежно перекрывало ему кислород.

Тайки Коу: Лужайка перед дворцом Тайки шел медленно, неспешно, но тут его мысли о том, как же там его бедная картошечка без него, кто же ее пропалывает были очень грубо прерваны. - Ты вообще можешь смотреть куда ты идешь?! - Эм... а что случилось? - Ты еще спрашиваешь что случилось?! Посмотрите на него! Братья твои вон стоят, пельмени трескают!!!! - И что тут такого? Пусть себе трескают, тебе что жалко что ли? - Нет, но я тоже хочу, - когда вредная и драчливая, на данный момент выбравшая себе имя Ливинтина, внутренняя дама Тайки хотела есть она становилась не менее вредной, но еще и ноющей. - Долго ты, балбесина хвостатая еще тут стоять будешь? Марш-бросок к пельменям! Бегом! Поняв, что иного выхода у него нет, особенно разглядев аргументативно покачивающуюся в руках Ливинтины сковородку, парень быстрым шагом подошел к братьям, и пока те его не видели дернул их за хвосты. - Вот вы заразы, а мне пельменей не взяли, ну я вам это припомню, - Тайки надзидательно погрозил обоим пальцем. - Что вы тут еще успели натворить?

Мэлоди: - Может мы с вами пройдем в какое нибудь менее людное место и там вы мне расскажете, что с вами случилось? Если хотите конечно. От удивления Лорелея заморгала, роняя на щеки крупные капли. Затем замотала головой, поднимая ветер русыми кудрями. Нет-нет, она просто сейчас найдет какое-то уединенное место, и... Порыдает. Слезы решили, что ждали уже достаточно и покатились градом. Мэлоди вслипнула всем телом и упала на плечо незнакомой смертной девушки. - Я пришла на праздник, а никому тут не нужна-а-а-а-а-а... И мой голос им не нра... не нрав... вится. Наглые крестьяне, что они понимают в искусстве!!! Очередная порция слез обильно мочила платье собеседницы. - А Хари... Она меня бросила-а-а-а-а!!!!

Анна Сильм: На предложение Анны незнакомка активно замотала головой. - Я пришла на праздник, а никому тут не нужна-а-а-а-а-а... И мой голос им не нра... не нрав... вится. Наглые крестьяне, что они понимают в искусстве!!! Ну вообще-то крестьяне имеют свои, весьма устоявшиеся понятия о красоте - чем проще, тем для них красивее и лучше. Мысль скрипачки прервало неожиданное событие - незнакомка уткнулась носом ей в плечо. - А Хари... Она меня бросила-а-а-а-а!!!! Девушка больше не пыталась сдерживать водопад своих слез - ее плач можно было сравнить с настоящим наводнением, и рукав Анны достаточно быстро промок. Юное дарование стояло в растерянности - она в упор не понимала, что ей нужно делать в такой ситуации (слишком уж редко она обращала внимание на проблемы окружающих). Ну вот... Ищешь одно приключение, а находишь абсолютно другое. - Ну тише, тише. Все будет хорошо. - Анна погладила свою "находку" по волосам. - На вкус и цвет все краски разные. Одним не нравится, зато другие не смогут оторваться. А на нас уже косятся всякие странные личности... Интересно, о чем они думают? И действительно, на девушек как то странно косились проходящие мимо люди, а некоторые даже останавливались и начинали тупо пялиться. Неееет, дорогие мои, с этим надо что то делать. Анна обхватила незнакомку за пояс и спиной протиснулась между двумя палатками. Там, где они в итоге оказались, людей было гораздо меньше. Ну вот, теперь она может спокойно прорыдаться и ей никто не помешает. Тут Анна оступилась и стала падать куда то назад... Правда падение ее было до странности мягким. Слегка придя в себя, скрипачка вскочила и схватилась за футляр с драгоценной скрипкой (слава богу - тот был в целостности и сохранности). А сзади раздавалось мягко говоря недовольное ворчание. Девушка обернулась и увидела троих длинноволосых юношей, один из которых (темноволосый такой) сейчас поднимался с земли, параллельно стряхивая с себя пельмени. - Ох, простите, я не хотела! - По-видимому, на Анну так повлияла неизвестная девушка (раньше она никогда не стала бы извиняться в подобной ситуации, а лишь, гордо вздернув нос, пошла бы дальше). - Ну как ты? - скрипачка положила руки незнакомке на плечи. - Тебе полегчало? Как тебя зовут, кстати? Я Анна, Анна Сильм. - Анно мило улыбнулась, чуть склонив голову набок.

Мэлоди: - Не нравится? - от такой крамольной фразы Лорелея втала, как вкопанная, а за слезами, на дне зрачков, появился сгусток гнева. Как кому-то может не нравится песня Лорелеи? Божественная песня?! Песня, что идет от души к душе... Которая заставляла плакать пиратов, забывших и отринувших все человеческое, а приговоренных к вечному труду рабов - радоваться жизни. Может, потому богиня и не заметила, рядом с кем они остановились, вернее, на кого упала ее нежданная утешительница. А разглядев, чуть не разрыдалась снова от собстеной невезучести. Этот богохульник будто преследует ее! Жаль, что сейчас праздник... Иначе кое-кто нахлебался бы морской воды... А это идея... Пасс руками, и всех троих окатывает холодной морской водой. Пельмени после этого уж точно нельзя будет есть... - мелкая пакость подняла настроение, да и от чухого участия хоть чуть-чуть , но становилось легче. - Очень приятно, - называть свое имя богиня не спешила, хотя бы потому, что не придумала, каким назваться. Представляться верховной жрицей было невозможно, а новое имя в голове пока не всплыло, - Только давай... уйдем подальше отсюда.

Саюри: ++Из Обители Мэллорин++ Небо над головой раскрасил в синее и зеленое букет фейерверка, и люди, увлеченные зрелищем, не обратили внимания на девушку, вышедшую из пустоты. Ну а то, что ее платье из искристого в один момент стало просто шелковым, и что фасон его поменялся и вовсе вряд ли кого зантересовало. Сандра Инфинит оглянулась вокруг в поиках знакомой фигуры молодого лекаря. Нет, так она его не найдет. Если Алави здесь... - Алави... - негромко позвала богиня, - А-а-ала-а-ави-и-и, ты здесь? Если юноша не ушел, то услышит ее... и она увидит, где он. К чему использовать больше сил, чем нужно? Может, молодой лекарь не захочет с ней сейчас говорить?

Хариет: - Тссс. – Белокурая жрица легко приподнялась на носках и накрыла его губы своими, заставляя замолчать. Поцелуй был легким и очень нежным, словно Тайгер целовался с кем-то нематериальным… словно девушка была сном, виденьем, неуловимым ветерком или знакомым с детства запахом. Тёплые, мягкие пальчики, едва касаясь его разгоряченной кожи, плавно скользили по уже полностью обнаженной груди, по широким плечам… Тяжелый камзол юноши неслышно осел в пыль у его ног. И только тут до полностью поглощенного игрой с рыжеволосым незнакомцем сознания богини, наконец, в полной мере достучался зов Мэллорин… В этом даже был свой юмор – богиня любви, ненароком мешающая тому, чему, по идее, должна бы всеми силами способствовать. Впрочем, теперь уже Хариет казалось, что она немного увлеклась, поэтому, она тут же оторвалась от губ своей случайной жертвы и ловко высвободилась из его объятий. - Прости, мне уже пора. – Слегка припухшие от долгого поцелуя губы тронула нежная улыбка. – Прощай. В следующий миг девушка рванулась прочь из узкого переулка и в считанные секунды скрылась в людской толпе. Впрочем жрицы Адель Спираре уже не было и там, владычица Ветров направлялась в обитель дочери Афродиты. В обитель Мэллорин.

Ятен: И все-таки незнакомцем, очень похожим на старшего Коу, оказался, собственно, сам старший Коу. Ятен мог не оборачиваться - хватка, в которую попал его многострадальный хвост, была знакома ему с детства. Когда-то Тайки так же цепко поймал маленького демоненыша за недлинный тогда хвостик и, не жалея шикарных серебристых волос последнего, вытащил его из ямы. Ятен плакал, пинался и просился обратно "в преисподнюю". Сейя, как всегда, ржал. Вздрогнув от болезненного воспоминания, младший Коу запоздало ойкнул, когда мозолистая ладонь картошечника уже отпустила его волосы. - Ему припомни, - наябедничал Ятен, указывая изящным пальцем на "семейную звезду". - Это он меня притащил...это есть. Он никак не мог запомнить, как называлась эта странная еда. В памяти юного некроманта беспрепятственно размещались многостраничные заклинания, но никак не мог выучить все те глупости, которые выдумали вне храмов Темнейшей. На руку что-то упало. - Дождь идет, что ли? - мрачно пробормотал Ятен, глядя на прозрачную каплю. - Сейя, убери свою пищу, а то промокнет.

Джей Хоук: В преподнятом настроении Хоук вылетел на площадь, попутно подхватив какую - то даму и провальсировав с ней несколько шагов. Дама, судя по всему, не была против и ей даже понравилось, но для вида она воскликнула - Нахал! Джей улыбнулся ей и слегка поклонился. Может, еще в ювилирный заглянуть? - подумал он - Хотя, наверное, пока не стоит. Нельзя быть слишком навязчивым. Хоук бежал вперед, замечая то там, то тут знакомые лица, приветственно кивая на их окрики и... Что же это? Что же это... Этого не может быть - Джей закрыл глаза - нет... - открыл и опять закрыл - не может быть, это сон...Это кошмар! Она его богиня, его ВСЕ... Что она делает? Как больно... Джей смотрел на Адель немигающим взглядом. Тысячи мыслей роились в его взбудораженном сознании. Сердце бешенно отстукивало ритм, стремясь вырваться из окаменевшей груди и нещадно разбиться о мостовую, только что бы так не болеть. На его глазах Адель целовала другого и не просто целовала, как мимолетно касаются губами губ друга не прощание, а ЦЕЛОВАЛА...и целовала Тайгера... - Нет - прошептал Хоук. - Нет, ты не можешь так поступить, нет... - он до звезд в глазах сжал в ладони кинжал, для которого еще не успел купить ножны. Кровь заструилась по пальцам, отрезвляя и возвращая к жизни отказывающееся повиноваться тело. - Убью!!! - от его крика мирно дремавшие птицы испуганно сорвались с места и поспешили убраться подальше от этого сумасшедшего. Хоук, словно вихрь, пересек площадь и...нет, он еще не обезумел от ревности и не собирался никого убивать, он просто хотел сейчас побыть один или поплакаться кому - нибудь в жилетку, хотя никогда этого не делал... Королевский дворец. Восточное крыло...

Тайки Коу: - Ему припомни - как всегда пробузил Ятен и стал что-то лепетать про свои глюки с дождями. - Так, а на меня не взяли? Ну придете вы домой ужинать, ага... Сейя подвинься, - и не став ждать пока этот лентяй подвинется, парень сам подвинул нерасторопного братца. Получив большую миску пельменей Тайки довольно принюхался, - Эх вареников бы сейчас... с картошечкой... Пока старший мечтал проснулась его второе Я... и началось в колхозе утро! - Так, еще пару пельмешек и завязывай! Мне фигуру беречь нада!!! - Тебе нада, ты и не ешь... - Ах ты...- не успела она договорить, как во рту у барышни оказался пельмень. - Так-то лучше, а то бузишь и бузишь...

Сейя: Сейя увлечённо жевал пельмени, когда как минимум 55 кило треснули его с самого заду и завалили на землю. - Хкмк...! - Сейя закашлялся, подавившись пельменем, и претенциозно покосился назад. - Ох, простите, я не хотела! - пролепетали 55 кило, залитые в весьма недурные формы молодого женского тела. Вечер превращался в катастрофу - то Ятен, беспардонно прервавший его выступление, то явление Тайки, увенчавшееся традиционным дёрганием за самое нежное место - хвост, и вот на тебе...на закуску ошалевшие девушки не дают покоя. - Не хотела? - скептически изогнул бровь Сейя, поднимаясь на ноги и стряхивая с одежды остатки соуса. - Да ладно, иди поешь, там ещё осталось. - предложил он, указывая на полупустую тарелку пельменей. - Дождь идет, что ли?- меж тем послышался хрипловатый голос младшего. - Сейя, убери свою пищу, а то промокнет. И вправду, что-то подло ляпнуло на стол. Сейя оглянулся и заметил исчезающий в толпе хорошо знакомый ему подол платья. Проморгавшись он обескуражено посмотрел на братьев: -Она что...плюнула мне в пельмени?

Саюри: Алави ее или не слышал, или уже покинул площадь. Ну что ж... Все равно уже поздно. Пора было возвращаться... В обитель или в храм? Все равно завтра, то есть, уже сегодня ей надо во дворец, а в Обители столько книг, что легко упустить ток времени. Опаздывать же Саюри не любила. К тому же... возвращаться в обитель, где она будет совершенно одна... В то время, как в храме всегда есть люди. Решено. Прогулка сквозь толпу была не слишком короткой, но акатаву Инфинит это не слишком волновало. Спешить богине было некуда... и не к кому. ++в Харм Саюри++

Ятен: Пока старший и средний придурки выясняли отношения, Ятен смахнул со стола продавца вилку - совершенно нечаянно задел рукавом, а потом она чисто случайно оказалась у него в руке. То, что у вилки была ручка из черненого металла с нацарапанными символами, не имело к этому никакого отношения. Несмотря на убийственный запах вареного теста, что-то же было в этих маленьких сероватых комочках, если оба длиннохвостых негодяя пожирали их с таким энтузиазмом! Юный демон подцепил трофейной вилкой один пельмень и медленно поднес его к лицу. Тщательное изучение подтвердило - это действительно тесто, причем вареное в воде. Ятен оглянулся - котел с мутной жидкостью присутствовал, и продавец как раз вытягивал из него очередную порцию. Глубоко вздохнув, младший Коу набрался храбрости и, сведя тонкие брови на переносице, открыл рот. Вилка в руке подрагивала. начинающий некромант любил эксперименты только в алхимии. Предмет оказался соленым и скользким. Ятену стало не по себе, но он все-таки решился раскусить это. Он не знал, что его ждет. Когда в его нежное горло, привыкшее к черному хлебу, хлынул мясной сок, юный демон задергался и в панике замахал руками, молотя по спинам старших братьев. Из его груди рвался нечленораздельный вопль.

Анна Сильм: - Только давай... уйдем подальше отсюда. Выражение лица у девушки было такое, будто она увидела что-то не особо приятное или вспомнила нечто подобное. - Не хотела? - Парень поднялся на ноги, стряхивая с себя все то, что оказалось на нем во время падения Анны. - Да ладно, иди поешь, там ещё осталось. Пельмени? Пельмени?! Еда! Признаться из-за всей этой кутерьмы с запиской Лимны и поездкой в город, девушка несколько...проголодалась, но оставить без внимания просьбу своей спутницы не могла. А тут еще беловолосый юноша, по видимому друг хвостатого брюнета и еще того, другого, с виду такого серьезного, но тоже хвостатого, вдруг замахал руками и завопил что то непонятное. Сильм от неожиданности подпрыгнула на месте. - Ах, простите, мне трудно отказаться от столь любезного предложения, да еще после такого...не особенно приятного инцидента, но моя спутнице, по видимому, не нравится запах вареного теста... Ах, я еще раз извиняюсь... - затараторила скрипачка и, взяв, так и не назвавшую своего имени, "находку" за руку, понеслась куда то в противоположную от брюнета сторону. Только не понятно, кто кого тянул сильнее - Анна незнакомку или же незнакомка Анну.

Тайки Коу: Тайки аж подпрыгнул от такой наглости, мало того, что мелкий бил его культяпками по спине, так он еще и орал ему в самое ухо. - Слышь, Ятя, надеюсь, это что-то очень существенное, иначе я отправлю свое второе Я наводить у тебя в комнате порядок! - парень отчеканил каждое слово, медленно поворачивая голову к брату. - И прекрати ты паясничать, не маленький уже. - Ну все, даже если там что-то не очень существенное, я все равно разнесу всю его комнату.. - зловеще предвещала наше второе Я. - Ну может дадим ему шанс, а? - Нет! Я его терпеть не могу, а тут такой casus bella... - Какой-какой у тебя там казуз?! - Не казуз, а касус! Формальный повод к войне. Тайки ничего не успел ответить, его внимание привлекло нечто иное.

Тайгер: "Мрррр" заурчал довольный тигр, когда незнакомка вместо ответа прикоснулась к губам Тайгера. Будоражащая свежесть поцелуя, нежные пальчики, прикасающиеся к обнажённой коже. "Поиграем" Уверенное движение и девушка прижата к стене. Пальцы скользнули по шее под волосы, притягивая голову девушки ближе, и невесомость поцелуя сменилась еле уловимой и от этого ещё более страстной настойчивостью. Желтоватый кошачий огонёк в глазах оборотня уже не прятался в глубине. Знакомый запах, смешанный с яростью скользнул по краю сознания и исчез. "Джей?" Прямой угрозы не было и насторожившийся тигр расслабился и полностью отдался любовной игре. Объятие становилось все крепче, и пальцы с привычной быстротой выиграли борьбу с завязками платья, когда Адель внезапно высвободилась из объятий. "Что-то не так?" Тигр заворчал, приготовился к прыжку... Прости, мне уже пора. Прощай Мгновение и она уже скрылась из глаз. "Какого..." Ошеломлённый Тайгер, набросил на себя камзол. И вдруг расхохотался. "Провели, как мальчишку" -Мы ещё встретимся, незнакомка и тогда я узнаю, кто ты,- тягуче промурлыкал он негромко. -Обязательно встретимся. "Фиш и Хоук животы надорвут со смеху, когда узнают... Если узнают." Все пуговицы застёгнуты, волосы приглажены, юноша с ленивой улыбкой на губах и взглядом хищника вальяжно продефилировал сквозь толпу, ловя взгляды женщин, выискивая, но не находя... в храм Мэллорин.

Джери: «Новые»старые фееричные знакомые прытко рассыпались по углам, как мыши в погребе смущенные обнаглевшим человеком. Во всяком случи мыши думали, что это человек обнаглел к ним приходить, а не они поселившись в его погребе с едой. Одинокой, не успевшей найти вовремя норку или щель белой лабораторной мышкой (даром, что графиня) Джерри побродила по площади и близлежащим улицам. Деньги у нее украли быстро, их даже не спугнул наряд жрицы богини смерти – хулиганы сказали, что деньги им нужны в компенсацию за смерть мамочки…и двинули ей по лицу…или просто хотели толкнуть, но не рассчитали свои силы и отсутствие оных у девушки, отлетевшей, как пушинка, к стене.. Джерри уныло потерла свое личико, там где ей все таки досталось…потом потерла плечо с синяком, потом потерла красный след на запястье (там, где ее взял за руку грабитель) потом…потом не смогла вспомнить, где еще у нее, возможно, еще есть синяк. На колене кажется… Наверное, она бы посчитала приключение интригующие – быть на краю гибели, пройтись по краю – но выжить благодаря богине, символично потеряв все бренные деньги вместе с любимым кошельком… Если б не осознание – только ЕЕ могли ограбить те, кто, может, в прошлом и были бравые головорезы – но сейчас эти старички с заплывшими от пьянства лицами ходили с палочками, подволакивая ноги… ...и еще Джерри подумала, что у них странным образом не убитая алкоголем память, если они все еще помнят годовщину смерти своей мамочки… Когда ее кости давно истлели в пыль. Решив не уходить с площади ради собственной безопасности и догулять свой день на свободе, она попробовала сделать окружающих ее людей счастливыми, предлагая свою помощь бесплатно. - Хотите скажу, когда вы умрете? - Хотите скажу, попадете ли вы в ад? Хотите расскажу, как выглядит Хитаера? - Хотите расскажу, как правильно нужно уничтожить все свои деньги, чтобы богиня смерти это оценила? - А вы знаете, что обязательно нужно приносить в жертву Хитаере девятого ребенка, она девятая богиня и поэтому… Джерри реже посылали – чаще шарахались. Это говорило об высоком культурном уровне населения знакомого с гневом в ответ на неуважение даже таких странных богинь, как богиня смерти. В то место, где были музыканты и адепт тьмы Ятен (но он, судя по всему, скоро сменит класс на «вора) Джерри попала закономерно. Она облазила уже всю площадь, осталось только это место. Когда Ятен заорал, истошно – с правильно поставленным воплем мучительно умирающего …Джерри не могла не отметить его профессионализм и естественность звучания. Девушка загоревшись бескорыстностью как вторым дыханием - и оказалась рядом. И, не стараясь помочь, спросила у некроманта и Тайки: - Хотите скажу, когда вы умрете? Будет ли мучительна ваша смерть и поглотит ли мрак ваши души?

Мэлоди: Бег непонятно куда непонятно зачем - ведь не собиралась Лорелея рассказывать девушке всю правду, закончился совсем неожидано. "Лорелея, милая, не хочешь заскочить к Мэллорин на огонек? Кажется, тут назревает что-то интересное… это касается предстоящей свадьбы". Всего несколько слов, и обида на подругу забыта. Хариет зоет ее на что-то интересное! А в самом деле, что толку быть на этом празднике, если ей не весело? А свадьба... свадьба, это важно. Уже бегу! - мысленно крикнула богиня подруге и повернулась к своей утешительнице. - Кажется, поговорить не получится, - и извиняющееся улыбнулась, - Тем более, что я уже не плачу. Но все равно - спасибо. Мэлоди высвободила руку, быстро провела по лицу, стирая следы слез. Они скатывались в ровные, прохладные шарики жемчужин. Некоторые из них были каплевидной формы. - Вот, это тебе... на память. Мы с тобой обязательно поиграем вместе. Обещаю! - улыбка, быстрый бег... Обернуться, помахать рукой... - Я обещаю!!!! И шагнуть в портал, который рассыпается тцысячей слеящих брызг. ++ В обитель Мэллорин++

Анна Сильм: Матовые шарики жемчужин и ошалелое выражение лица - заслуга неизвестной девушки, на которую наткнулась Анна в скитаниях по площади и в поисках подруги детства. Вот те раз... Брызги и прощальный взмах руки - исчезла. Как будто и не было ее здесь. Я перегрелась...наверное. И все это - натуральная галлюцинация. Но то, что покоилось в ее ладони, рассеивало все сомнения на счет иллюзорности данной ситуации. Девушка задумчиво направила свои стопы туда, где заканчивалась площадь и начинались улицы города. Лето только начиналось и жар солнца еще не набрал полную силу, но закатные огни были по настоящему прекрасны. Жаль, что здесь сейчас нет Эйла... Это зрелище сподвигло бы его на какой нибудь ювелирный шедевр.

Ятен: Совместный пост. Пока Сейя размышлял, стоит ли есть обкапанные неизвестно чем пельмени, готичный клептоман спер у продавца вилку и попытался что-то съесть. Как всегда, от нормальной человеческой еды Ятена скрючило. Сейя еще улыбался фигуристой девушке, которая только что очень удачно на него падала, Тайки замер с умной мордой, что свидетельствовало об увлеченном внутреннем диалоге, а мелкого корчило и штырило так, что его руки опять замелькали в опасной близости от хвостов братьев. Звезде пришлось бросить пельмени (их тут же начали делить фанатки) и откачивать Ятена. - А ну выплюнь! Что ты сожрал? - сердито беспокоился Сейя, а юный демон пребывал в глубокой прострации, сраженный вкусом странного кушанья. "Лучше бы оно было отравленное," - с тоской думал младший Коу, болтаясь в руках среднего. Тайки в близкую гибель родственника не поверил. Что Ятен пообещал себе ему припомнить. Лопаты украсть, или червяков под одеяло насыпать... "Или порошок мандрагоры - в кофе, чтоб за ним двое суток гигантские жабы гонялись" Мелкий гот выпучил глаза и мотал башкой, отказываясь выплюнуть несчастный пельмень. Еще чуть-чуть - и братьев Коу станет два вместо трех. - Тайки, фигли ты стоишь? А ну стукни его по спине! Услышав это, младший Коу взвизгнул и полез вверх по Сейе, как по дереву. Уже там, на головокружительной высоте, его догнал проникновенный, как вопль банши, вопрос: - Хотите скажу, когда вы умрете? Будет ли мучительна ваша смерть и поглотит ли мрак ваши души? От восхищения Ятен плюнул половинкой пельменя куда-то в толпу и радостно заорал: - Хочу!! А меня возьмут в демоны? А если тьма со мной не с рождения? А у меня будут крылья?

Тайки Коу: Тайки слегка прифигел, от такого зрелица дамочка в белом бегает и орет о каком-то дурацком гадании о днях смерти, но покрутить пальцем у виска не позволяла вежливость, чего нельзя сказать об его втором Я: - Это что за чеканутая?! Я ей сама предскажу дату ее облысения!! - Ну тише ты, тише, мало ли что сней случилось... - Да знаю я, что с ней случилось, кроватка без дна, скользкие подоконники и сковородкой по башке! - Лучинния пресекла попытку ее успокоить. Парень благополучно решил, что не стоит ей мешать и вернулся в реальность, оставив внутреннюю даму бушевать в одиночестве: - Мелкий, уймись, - шикнув на младшего и одернув того за хвост, он обратился к даме, - Простите, с Вами все в порядке?

Джери: Джери сама чуть по Тайки не полезла, как по дереву, когда молодой некромант дернулся к ней с горящими, как котел чертей, глазами (горящими почему-то зеленым пламенем…но это не важно). Но идти было некуда, шаг назад - и она уперлась спиной в коленки ОЧЕНЬ высокого юноши. Откуда-то сверху, там, где находятся головы высоких граждан серебряного королевства и облака – донесся воспитанный, располагающий к себе баритон. - Нет-нет, прекрасный сударь, со мной все в совершенном порядке. И, перестав запрокидывать голову (шея начинала уже болеть) она перевела взгляд на белого, как Смерть, юношу. Было странным, что именно он откликнулся на ее благотворительный позыв души. Его глаза не были обрисованы черным карандашом, никаких рисунков скелетов и черепов, шипастых браслетов, черной кожи… или полосатых розово черных шарфиков, дикого количества цепочек и сережек и вечно мокрых от слез красных глаз…Джерри по внешнему виду определила парня в группу – безопасен, не сектант, извративший веру Хитаеры до…неприличия. Не фанатик из окраин столицы или еще хуже – каких деревень. Жрицы всегда старались обходить сектантов стороной – не вступая с ними в бесполезные идеологические споры о вере и обрядах… иначе все заканчивалось каким-нибудь жертвоприношением 12-рукой Хитаере-Кали. И в жертву приносили жрицу – несущую ересь. Вопреки слухам – жрицы богини смерти не имели ничего против того, чтобы жить долго. Вот и приходилось быть осторожными. Серьезно смерив парня взглядом: - Покажи свои руки, ладонями вверх. Там, где линии. Девушка вынесла вердикт. - Жить ты будешь еще год, два максимум. Потом линия жизни прерывается, ее пересекает линия судьбы – Сатурна. Это значит смерть или что произойдет что-то, изменившее тебя настолько, что это будет равноценно смерти. Ты станешь совсем другим человеком… но для этого нужно будет выжить. Причина нависшей над тобой опасности – эти линии с бугра луны – они все уходят вниз. Твои фантазии все больше уводят тебя от реальности, и истончают линию жизни. Из-за них ты доверишься предателю, приняв его за своего. Предатель… это близкий для тебя человек, может родственник? …но двуличный. Также эти линии на сгибе руки говорят о твоей миссии – противостоять … это будет мужчина… беловолосый… и ОЧЕНЬ опасный. В детстве и сейчас ты был непонят окружающими – это вот эти островки на линии жизни, ее ворсистость – и из-за этого в момент смертельной опасности с тобой никого не будет, чтобы спасти, придется самому сражаться. В тебе мало тьмы – и в демоны тебя не возьмут. Ты слишком мало видел смерть. Что бы стать демоном… Джерри отвлеклась и потерла переносицу, вспоминая… и тут ее глаза… побелели, исчезли зрачки и радужка, бельма, как у слепца, были в ее глазницах, а голос стал хрипловатым и холодно безразличным. - Нужно уничтожить Серебряный Кристалл. Тот, кто получит Серебряный Кристалл и бросит его в реку Стикс - тот станет демоном, и в аду у него будут огромные черные крылья и длинные вилы. Он будет обречен вечно пылать в адском пламени, мучая неверных. ...а чтобы обзавестись черными крыльями (но демоном ты станешь но далеко не сразу) нужно уничтожить лунную корону, алмазную корону, убить наследника... и пролить его черную кровь на алтарь.…. Глаза вернулись в норму. Побледневшая до цвета покрытого инеем трупа Джерри перевела дыхание, силясь вспомнить, что наговорила юному некроманту в самом конце … не получалось.

Тайки Коу: Тайки с опасением посмотрел на побледневшую девушку, и вежливо, но не спрашивая ее согласия, усодил на что-то похожее на стул: - Нам еще порцию пельменей, - обратился он к продавцу. - Леди, могу я узнать как к вам обращаться? Парень принципиально не смотрел в сторону брата, чья реакция была столь предсказуема, гораздо важнее было вернуть жрице более-менее человеческий цвет кожи. - Что ты с ней возишься? - да,да, угадайте кто. - А почему бы и нет.. - Да потому что, она жрица СМЕ-РТИ! - И что тут такого? Она тоже человек. - А то, что пусть ей Ятен помогает! Он же от нее фанатеет. - Ты что, ревнуешь? - Я?! Да что б к этой курице, только вставшей из непонято чего?! Да как ты посмел такое вообще подумать?! - "хрясь", Тайки не совсем успел увернуться от большой чугунной сковородки с нарисованными на ней ромашками. Взяв у продавца пиалу с едой, он протянул ее жрице: - Вам стоит поесть, кажется, Ваша речь отняла у Вас достаточно сил.

Мэлоди: Из обители Мэллорин, другая часть площади Они удачно приземлились в тени старого рынка, у пустующей скамейки. Парочка на соседней скамье была до того занята друг другом, что можно было не то что говорить спокойно, но даже облик не менять. Да и не хотелось Лорелее надевать облик Ассоль. Так что богиня просто сменила цвет волос с бирюзовго на русый, а платье само по себе превратилось в довольно скромный серый наряд вышивкой мелкими раковинами, что свидетельствовало об упадке духа Лорелеи и ее плохом настроении вернее слез и покрасневшего носа. Что меня огорчило? Да... да... да... Богиня шмыгнула носом и дернула себя за плядь волос, и еще раз. - Все ужасно! - заявила Морская дева категорично, - И... и... И ты меня бросила! И... и... почему мне так не везет?!! Только собственное благословение на этот вечер и ночь не позволило буре разразиться над Элизиумом немедленно. Зато в десяти миль от побережья начался настоящий потоп с постоянно меняющимся ветром.

Хариет: Их обители Мэллорин. Хариет, удивленно вскинув брови, одарила подругу недоуменным взглядом и, скорее почувствовав, чем поняв причину столь несвойственного морской богине поведения, громко расхохоталась. Звонкий, разливающийся серебряными переливами божественный смех медленно, но верно приобретал более низкие, бархатистые нотки, пока целиком не обратился во вполне человеческий, но все же явно мужской хохот. Рядом с одетой в скромненькое платье, русоволосой девушкой неожиданно оказался высокий, худощавый мужчина из тех зажиточных горожан, что ничуть не кичился своим богатством, умея одеваться хоть и дорого, но совсем не вульгарно и даже не броско. Из-под лохматой, но явно хорошо ухоженной пепельной челки сверкнул озорной взгляд чистых, голубых глаз. - Леди, вы танцуете? – Мужчина широко улыбнулся, обнажая ровный ряд белоснежных зубов и, чуть склонившись в вежливом поклоне, галантно протянул даме руку. За время их отсутствия город уже полностью погрузился в теплые сумерки, а площадь теперь была ярко освещена разноцветными огнями и фонариками, что еще днем тут и там развесили по всему ее периметру. В толпе горожан уже начали появляться люди в ярких масках и веселых костюмах. Маскарад медленно, но верно набирал обороты. Поэтому, незаметно поправив воротник темно-синей рубашки, мужчина жестом фокусника из ниоткуда достал две простые, но изящные маски. Одну, темно-синюю (в тон рубашки) с серебристой вышивкой по краю он одел сам, вторую, цвета морской пучины протянул все еще шмыгающей носом девушке. А где-то в стороне музыканты заиграли спокойную, мелодичную, полную скрытой нежности мелодию. Такую, что даже занятую друг другом парочку на соседней лавке тот час же потянуло танцевать…

Мэлоди: Мэлоди прикинула длину вступления... И гордо отвернулась, прихватив маску. Демонстративношмыгнула носом в последний раз и замерла, выпрямив спину. Краем глаза богиня посматривала на ... кхм... поклонника, всеми силами скрывая улыбку. Но сдаваться и идти танцевать своенравная натура Лорелеи не позволяла. И новое платье под маску придумать надо. Причем - срочно!

Хариет: Демонстративное пренебрежение гордой богини могло обмануть кого угодно, но никак не ее лучшую подругу (путь сейчас она и походила больше на «друга»)… На срытом маской лице на мгновение отразилось явно наигранное сожаление, но всю картину совершенно точно портил хитрый прищур обрамленных светлыми ресницами глаз, так что, благоразумно бросив мимолетную идею поддержать Мэлоди в ее игре, мужчина весело усмехнулся и, ни капли не интересуясь мнением дамы, подхватил ту на руки и решительно направился в самый центр танцующих. Мягкие, растянутые в теплой улыбке губы едва коснулись пахнущих морской солью волос и, спустившись чуть ниже, запечатлели легкий поцелуй у основания аккуратного женского ушка. Поставив девушку на ноги, мужчина тем не менее не дал ей даже мизерного шанса вырваться из нежных, но крепких объятий и уверенно закружил партнершу в медленном танце. «Ну же, Лорелея, улыбнись мне». Полный открытого обожания взгляд голубых глаз ни на миг не отрывался от чуть порозовевшего лица русоволосой девушки. Казалось, мужчина вообще никого не замечает вокруг. Здесь и сейчас существовали только он, она и эта тихая, приятная мелодия, окутывающая их легким, неуловимым покрывалом. Теплый ветерок то и дело касался мраморной кожи морской повелительницы, согревая и оберегая, даря ощущение уюта и защищенности. А светловолосый мужчина все продолжал улыбаться - открыто, искренне и лукаво. Он совершенно точно знал, как развеять её печаль.

Мэлоди: - Ай! - Лорелея беспомощно дернула ногами в расшитых туфельках, с радостью погружаясь в новую игру. - Поставь меня! - разумеется, Хариет ее не послушалась... Вернее, не послушался. Но на этого парня невозможно было вердиться долго. Даже за короткие интрижки со смертными. Тем более, если этот парень - лучшая подруга. Или друг. «Ну же, Лорелея, улыбнись мне». Окончательно запутавшаяся и развеселившаяся, Лорелея приложила к лицу маску и уже сознательно влилась в танцевальный шаг. Полурастрепанная прическа как-то сама собой улеглась в длинные локоны на спине, которые по бокам поддерживали два гребня в форме раковин. Тускло-серое платье наливалось цветом и пышностью, будто вспенивалось под легким солнечным ветром хмурое море. И улыбка на лице Морской Девы была сродни лучу позднего ласкового солчца, которое вышло из-за туч над морем.

Хариет: - Так то лучше. – Промурлыкал мужчина, проводя невесомой рукой по роскошным волосам танцующей с ним девушки. – Ты прекрасна. – Рука опустилась ниже, чуткие пальцы прочертили прямую линию позвоночника и замерли на тонкой талии, пододвигая ее чуть ближе. Полукруг, шаг вперед, назад… Ветер ощутимо трепал её платье, то и дело оголяя красивые, точенные лодышки и лаская нежную кожу. В искусных руках мужчины девушка прогибается назад, длинные волосы почти касаются пыльной мостовой, а в следующий миг они продолжают кружиться дальше. И где-то на затворках сознания начинает биться до поры до времени забытое беспокойство. Он продолжал улыбаться своей партнерше, когда она уже искала причину такого неожиданно неприятного и раздражающего чувства… А музыка тем временем незаметно стихала.

Мэлоди: - Ты тоже... - здесь и сейчас, в минуту праздника, в вихре танца она почти любила своего кавалера, и будет вспоминать этот вечер с радостной улыбкой, и кружиться над волнами или в залах Обители легко и радостно. Потому что это была маленькая сказка. Но у всякой сказки есть конец. Он наметился не в затухающей музыке, не в сбившихся шагах... Просто она слишком давно знала Хариет... или Хара? знала и видела, как наметилась тень отстраненности и беспокойства в голубых глазах. Едва заметно... и ветер тоже поменялся. Едва заметно. - Что случилось, милый? - спросила Лорелея, до последнего продлевая сказку.

Хариет: Мужчина моргнул, мысленно возвращаясь к своей даме, и виновато улыбнулся. - Прости, Лорелея. Я сам еще не совсем понял… - Подхватив девушку под руку, он вывел ее из круга танцующих и, усадив на оставленную лавку, остался стоять рядом. Взгляд голубых глаз стал покрываться тонкой корочкой льда, пока незаметно не поменял цвет на более привычный глазам ветреной богини серый, стальной оттенок. Правда, других метаморфоз в облике светловолосого мужчины пока не происходило. Передернув плечами, он поднес к тонким губам неизвестно откуда взявшуюся серебристую свирель и заиграл короткую, печальную, пробирающуюся до костей мелодию. Неожиданно поднявшийся холодный порыв ветра стих с последней резкой нотой, гонгом раздавшейся в наступившей тишине. Мужчина оторвал от губ свирель и в следующее мгновение в его руке вместо серебряного инструмента оказался удивительно красивый, тонкий кинжал, острое лезвие которого было неровно заляпано пятнами запекшейся крови. В том, что это была именно кровь, у богини не возникло даже тени сомнения. И она уже даже знала, чья… Светлые брови почти сошлись на переносице, широкий лоб прочертила глубокая складка. Выражение глубокой озабоченности на лице не смогла скрыть даже маскарадная маска. - Лорелея, - беззвучно прошептали неожиданно побледневшие губы. Она знала, подруга поймет. Должна понять. Кто, если не она… Мимолетным движением коснувшись губами прохладной кожи изящного запястья замершей на скамье девушки, мужчина решительно направился прочь с площади. Облик высокого, уверенного в себе франта покрылся рябью и под защиту наступающей ночи вступил совсем другой человек… светловолосая девушка. И только маска все еще скрывала половину её лица. На лужайку перед дворцом.

Мэлоди: - Лети, Ветер... - игра в сказку кончилась. И Морская дева не могла не отпустить подругу, и обижаться тоже не могла. Все будет хорошо, - выдохнушла она вслед. Конечно, Мэлоди ничего не знала и не могла знать, она же не повелевает судьбами, но хоть как-то успокоить, поддержать подругу. Все у нас будет хорошо. Обязательно. Вот вам! И свадьбы не будет, и праздник у них прекрасный получился, и... И она может съесть сколько угодно суши, копченого угря и пирожных, не потолстев ни на грамм! Тем более, что музыка закончилась, и огни вокруг ближайшего помоста погасли. Зато так забавно и гостеприимно качаются белые и зеленые фонарики с подвешенными серебряными рыбками над ограждением трактира под открытым небом... Подхватив пенящиеся юбки мало не до колен и сверкая перламутровой вышивкой на туфельках, Мэлоди на удивление легко пробралась сквозь толпу к столикам. - Мне... - богиня потянула носом и расплылась в улыбке, - Вот тот кусочек угря... и лосося... и по две штуки вот всех видов суши, только не острых! И... чаю с жасмином! Большой чайник, пожалуйста... И свободный столик, конечно же, нашелся, в самом лучшем месте, с видом на танцующих и комедиантов, и заказ принесли быстро, ничего не перепутав, одним словом, так неудачно начавшийся праздник набирал обороты. Какая все-таки замечательная вещь - маска.

Маори: из обители Меллорин Маори появилась в темном узком закоулке, и поудобней перехватила дыню. Арбуз, воспользовавшись случаем, бодренько выскользнул из-под мышки и шмякнулся на камни, смачно плюхнув и обдав водянистыми розовыми кусочками ноги богини. - Оооой, арбузная маска для ног, - вздохнула девушка, перекидывая мешок с семечками на плечо. Виноград застрял где-то в межпространственном полете. Теоретически, он мог объявиться, где угодно и когда угодно. Например, через лет сто в королевском саду над головой разодетого в пух и прах титулованного франта... У Маори были свои понятия о шутках, не всегда понятные другим богиням, что уж говорить о смертных. Величественно вышагивая, Маори в своем земном воплощении вышла на эспланаду. Широкая, мощенная гладким светлым камнем площадь была освещена изящными фонарями, но тут и там виднелись покачивающиеся на едва заметных тонких вервях фонарики. Люди в красивых нарядах курсировали туда сюда. Кто-то жеманно выступал, словно гусь, почитавший себя за ближайшего родственника вызывающих восхищение белоснежных лебедей. (О таких легендах, Маори рассказал один знакомый старый гусь, которому в шутку богиня земли даровала способность мыслить более здраво, чем остальные птицы его вида). Другие суетились, как мышки, собирая знакомых или родных рядом друг с другом. Третьи, раскрасневшиеся от танцев или выпитого вина, весело и заливисто смеялись, как соловьи или кукабарры, кто-то даже напомнил лошадь... Однако, по всему уже было видно, что праздник подходил к концу, основные гуляния закончены и дальнейшая работа местных кафешек и палаток зависела лишь от того, как скоро гуляющий народ разбредется по домам. Некоторые удивленно косились на необычную девушку, хорошо одетую, со знаками отличия принадлежности к служителям культа Маори, но почему-то с дыней под мышкой и небольшим мешком, закинутом на спину. Понимая, как она смотрится со стороны, Мако, тем не менее, спокойно игнорировала косые взгляды, направляясь к одной из закусочных. Сегодня был длинный день, хотелось немного расслабиться, вновь влиться в реку людской жизни и закончить, наконец, оставшиеся на сегодня дела.

Джей Хоук: Из Храма Саюри Они ворвались на шумную площадь, вернее сказать это площадь ворвалась в их сознание, закружила их в пестром разнообразии масок, костюмов, огней и музыки. Где – то слышалась развеселая песня, уже изрядно подвипивших горожан, откуда-то неслись звуки скрипки. Смех и радость летели над этим раздольем счастья. Пока Сандра немного задумалась, рассматривая эту канитель, Хоук отпустил ее руку и подошел к лоткам с масками и цветами. Он все же решил выбрать себе маску. Еще пара секунд, несколько монет и перед Сандрой предстал молодой человек - птица с букетом белоснежных маргариток в руках. Джей приподнял маску. - Раз уж я Ястреб, - улыбнулся телохранитель, протягивая девушке букет, – то буду им до конца жизни и никакая маска это не скроет.

Саюри: Как шумно... Веселье на площади набирало обороты, страсти кое-где перехлестывали через край... И на секунду ей стало неуютно даже на краю этой площади, ведь Хоук отошел, и на несколько долгих минут САюри опять осталась одна. Я ведь привыкла к одиночеству... Почему сейчас так остро его чувствую? Но углубиться в самоанализ не получилось. Хоук... Джей Хоук, быстрая хищная птица Ястреб... - Раз уж я Ястреб, то буду им до конца жизни и никакая маска это не скроет. - Это здорово - знать, кто ты на самом деле, - улыбнулась богиня, - И иметь возможность быть собой. Особенно, для нее. Не в окружении прочих богинь, с которыми она не откровенничала... да никогда почти. Стоит лишь недавнюю попытку вспомнить - со стыда щеки горят... - Куда мы полетим сначала? - он же птица, верно? А значит, "полетим" и точка. Никаких "пойдем, побежим, направим свои стопы"... Только лететь.

Джей Хоук: Хоук включился в игру. Неожиданно для самого себя он подхватил Сандру на руки. - Прекрасная «незнакомка» - смеясь проговорил он – мои крылья всегда в Вашем распоряжении. Легкое как пушинка, гибкое тело Сандры, неощутимо легло на его руки и мягкий поток, струящихся волос, приятно пощекотал шею телохранителя - Что я делаю? – удивился сам себе Джей – Чтоб я когда – нибудь так от души веселился, чтоб я себе позволял… Хоук быстро взял себя в руки, почувствовав, как девушка немного напряглась в его руках. Под маской он не мог разобрать, какие чувства вызвало его поведение у Сандры. Разозлил ли он ее или наоборот поднял ей настроение. Так или иначе, телохранитель спустил девушку на землю и волна смущения коснулась его лица. ТАК он давно себя не чувствовал. Посмотрев в глаза Сандры, Хоук увидел там вопрос… недоумение. Главное, там не было разочарования. - Знаешь, давай пойдем к музыкантам. – сказал он, крепко сжав руку девушки, как будто боялся, что кто-то ее сейчас отнимет – Потом… А чего бы хотелось тебе?

Саюри: - А... я не знаю! - еще не окончательно придя в себя после короткого полета на руки... (давно ее на руках не носили, давно), Саюри пыталась собрать в кучу мысли, которые задумали тоже погулять на карнавале и разбегались в разные стороны, как... тараканы. ТО есть, нагло и быстро. - Я же говорила, что не умею развлекаться! - под маской было совершенно не страшно признаваться в собственной беспомощности. Она сейчас не обязана быть эталоном всего и вся. - Давай пойдем туда, где музыка... Только чтобы не просто слушать. Мне надоело просто слушать... - это было сродни созерцанию, пусть даже ты и впускала в себя мелодию, но она выходила прочь не измененная, точно такая же... Нет, она сюда не созхерцать пришла.

Джей Хоук: -Давай пойдем туда, где музыка... Только чтобы не просто слушать. Мне надоело просто слушать... У Джея сжалось сердце, но внешне это никак не проявилось и слава Богиням, а то он мог бы быть похож на мальчишку, выпрыгивающего из штанов от радости, сделав то, что другие не смогли. Хоук хотел танцевать. Танцевать как в Храме, несколько часов назад, танцевать, ощущая теплое дыхание Сандры, вдыхая аромат ее духов и смотря в ее бездонные глаза, взгляд которых заставлял биться сердце телохранителя быстрее. Глаза, которые он видел во сне. - Не просто слушать, - подумал телохранитель – а внимать и подчиняться музыки, а может и подчинять непослушные звуки себе, биению своего сердца. Что ты хочешь Сандра? Чего желает твоя душа, омраченная, какой – то вековечной печалью? Что я могу сделать для тебя? - Хорошо – Хоук поймал себя на мысли, что знает, как ему сейчас поступить – пойдем туда, только мы будем сами рождать музыку, ту, которая нам понравится… Я сыграю для тебя на виолончели. Когда – то я любил на ней играть. Надеюсь уроки не забылись. А потом мы будем танцевать, пока ноги нас держат. С этими словами телохранитель начал прорываться сквозь разномастную толпу, закрывая собой девушку, как самое дорогое, что есть у него в жизни.

Саюри: - Но ведь виолончель - большая! - гитара... скрипка... что-то, что можно легко носить с собой... но уж никак не виолончель приходила Саюри в головы при словосочетании "птица" и "музка" - Хотя у нее очень красивый голос... А почему "когда-то"? Ты долго не играл? И сколько продлилось его "долго"? Год, два, пять? Сама Саюри иногда прерывала свои занятия и на столетия, но ничего не забывала. Просто не в состоянии была. А когда она сама последний раз играла? Вчера... Да, точно, вчера когда бродила по столице Алмазного королества. А кажется, прошел год или больше... Но что задумал Алмаз? Чего он боится?.. мысли опять начали уходить вглубь, отрываться от реальности, шумной, пестрой... Только горячая рука Хоука не давала нырнуть с головой в размышления, и Сильва с каким-то отчаяньем утопаюшего вцепилась в сильные пальцы.

Джей Хоук: -Да, жаль, что виолончели у них нет .– вздохнул Хоук, отходя от музыкантов – Но ничего, мы что – нибудь придумаем. Пальцы Сандры довольно сильно впились в ладонь Джея. Телохранитель заметил, что девушка немного отстранилась от общего веселья и вновь по ее сосредоточенному лицу, проскользнула грусть, которую не скрывала даже маска. - Почему, ты такая Сандра? – размышлял Джей – Почему радость так редко касается уголков твоих губ? Может это оттого, что ты жрица Саюри и время тяжким бременем лежит на твоих хрупких плечах. Огромные знания о смысле минутного и бесконечного доступны тебе и от этого в твоих глазах навсегда поселилась грусть. - Но ведь виолончель - большая! Хотя у нее очень красивый голос... А почему "когда-то"? Ты долго не играл? - Хм… - Хоук притянул девушку поближе к себе, чтобы в нее не врезался парень, лихо выплясывающий, какой-то, только ему одному известный танец – Я сначала, тоже думал, что виолончель громадная, но когда услышал, как играет мой учитель, я просто влюбился в этот инструмент. А не играл я действительно долго, сначала были приключения, о которых, может, я когда-нибудь тебе расскажу, потом не было времени – служба. Да, я не сказал тебе я работаю во дворце. Джей огляделся вокруг, пытаясь найти место, где есть что-то интересное и его взгляд привлекла группа молодых людей, некоторых из которых он знал. - Как ты относишься к тому, чтобы немного попеть? – спросил Хоук у Сандры – Если ты не против, то мы присоединимся к той веселой компании. – он указал в сторону людей с гитарами и бубном – Вот тот парень, играет на гитаре, лучше, чем разговаривает. Но если ты не хочешь ненадолго примкнуть к ним, то мы можем просто потанцевать.

Саюри: - Петь я умею. И люблю. А ты будешь петь со мной? - вишневые глаза лукаво блеснули в прорезях маски Я умею играть на гитаре... на лютне, на арфе... везде, где надо дергать струны. Или нити... - Но какой смысл петь, если слушать некому, верно? - вчера ей так не казалось,вчера было важно просто петь... А сегодня важно быть не одной. Быть не одной... и оставаться при этом собой

Джей Хоук: - Петь… - подумал Хоук, а вслух добавил – Ну конечно я буду петь. Тем более с тобой.. Я кое- что придумал. – Джей подмигнул Сандре, только она этого точно под маской не увидела. Телохранитель уверенно направился и сцене, на которой играли музыканты. - Подожди минутку. – попросил он свою спутницу и легко запрыгнул на сцену. Подбежав к музыкантам, Джей что – то зашептал на ухо одному из них. Гитарист улыбнулся, встал и оповестил, слушавших выступление его команды: - А сейчас, дамы и господа разрешите вам представить дуэт – музыкант протянул руку в сторону девушки – Сандра и Джей. Сейчас они нас порадуют своими замечательными голосами. Прошу аплодисменты! Хоук нагнулся со сцены и легко подхватив Сандру, водрузил ее рядом с собой и зашептал на ухо: - Надеюсь ты не шутила, насчет песен. Что будем петь?

Саюри: Вообще-то, Саюри думала, что песть они будут вместе с музыкантами... Но и просто выступить - тоже можно. Да и приходилось уже не раз. Так что богиня повелительно протянула руку за гитарой, которую немедленно получила. Тронула струны, подкрутила колок на третьей, чуть ослабива первую... прислушалась. Неплохо. "Горсти" звуков полетели с помоста в толпу. Следом без распевки, как омут головой, бросился голос. - Идет по свету менестрель, Поет - не "тра-ля-ля". Он песню бережно несет про дочку короля. За что бродячий менестрель Ей стал однажды люб, Пускай узнает вся земля, Узнает добрый люд, Как перед ней Рассыпал трель бродячий менестрель...

Джей Хоук: Хоук как завороженный смотрел на Сандру. Чарующая песня «лилась» из нее, как водопад, окружая все вокруг звуками, по истине волшебного голоса девушки. Телохранитель даже не сразу понят, что она поет, так великолепна Сандра была в этот миг. Миг, когда рождалась на свет музыка и голос сильный, глубокий, насыщенный оттенками вкладывал в нее слова, принимающие обтекаемую форму и подчиняющиеся звукам гитары. - Или наоборот, - подумал Джей – гитара подчиняется песне. Тут он заметил как вопросительно на него глядят десятки глаз в толпе и только сейчас понял, что петь то они с Сандрой собирались дуэтом. И к нежному голосу девушки присоединился густой мужской баритон. -Два озера - твои глаза, Я в них окончу путь Я просто выбрать не могу, В каком мне утонуть… Я просто выбрать не могу И я покуда жив, Но я, как в песне соловей, Перед тобой не лжив. - Да…- размышлял телохранитель – в каком же мне утонуть… Они продолжали петь, улыбаясь друг другу, глядя в глаза и слушая сплетение своих голосов. И руки нежные твои Струятся как ручьи Они текут, творя добро, Они пока ничьи… Манят пришельца два ручья, Чтоб он напился всласть Я только выбрать не могу, К которому припасть. Вот перед ней, вот перед ней, Вот перед ней какую трель рассыпал менестрель - Твои глаза, твои глаза - Высоких два окна И люди говорят, что в них Любовь ко мне видна… И я на цыпочки привстал, Чтоб выше стать чуть-чуть, Я только выбрать не могу, В какое заглянуть. Вот перед ней, вот перед ней, Вот перед ней какую трель рассыпал менестрель.

Джей Хоук: -Чем же мне тебя еще развлечь. – думал Хоук, когда он под аплодисменты публики, кивая на право и на лево спускался со сцены. – По – моему дуэт из нас вышел не плохой. Аккуратно помогая Сандре спуститься, заботливо поддерживая ее за руку, Джей заметил самую интересную детскую забаву для взрослых детей – тир. Там любой желающий мог посоревноваться с мишенями в меткости и упорстве и если повезет или если ты действительно кое-что смыслишь в стрельбе из лука, то можно было унести с собой хороший трофей. - Идем в тир. – предложил Хоук, легонько подталкивая Сандру в задуманном направлении. Пойдем. Что – то мне подсказывает, что ты умеешь стрелять из лука. И наверное не плохо – подумал Джей – А может и с другим оружием управляться умеет. Интересно с каким? По мере приближения к шатру, где расположился тир, глаза телохранителя все сильнее блестели в предвкушении того, что он сможет сделать еще один подарок Сандре, если глаз его не подведет. А в своих силах Джей был уверен на все сто процентов.

Саюри: Что, уже? Всего одна песня? Да и партия в в этой балладе у нее была не слишком длинная... Эй!.. - но сказать богиня ничего не успела, Хоук влек ее через толпу, и надо было не потерять его руку, чтоб не остаться снова одной. И придерживать складки платья, и спешить, спешить... Пусть будет тир. - Из чего будем стрелять? - в темноте, при свете качающихся фонариков... это должно быть непросто даже для нее. И интересно.

Джей Хоук: Словно прочитав мысли Сандры Хоук сказал: - Не переживай. Мы сегодня еще попоем. Просто меня немного смущают выступления на публике. – и добавил улыбаясь – Не знаю как ты, а решил сегодня выполнить программу – « максимум». По-этому мы будем петь, танцевать и снова петь, пока не сядет голос и не отвалятся ноги. Конечно если ты не хочешь или боишься не справится, можно просто посидеть в кафе и чего-нибудь выпить. Хоук посмотрел на Сандру, прямым, твердым взглядом, который любого может заставить согласится с говорящим. ( Хотя, Саюри Богиня и наврядли...). Но в глазах девушки Джей прочитал все, что хотел сейчас знать. - А стрелять мы будем… Я бы предпочел вообще кинжалы. – усмехнулся телохранитель, вспомнив замечательный подарок его Крылатой Богини. Но, ставя честность в поединке превыше всего, он быстро отмел эту идею, кроме того, в тире явно стреляли из лука. Так, что альтернативы не было. По-этому Хоук указал на " оружие" висящее на входе в палатку: - Из этого.

Саюри: - Надеюсь, не непосредственно из этого лука? - Саюри ткнула пальцем в раскрашенную деревяшку,- Пойдем, попробуем. кстати, ты меня удивил... не произвеодишь впечатления человека, которого легко смутить. Но возможно. И это прекрасно. Нефрита, например, вряд ли можно смутить... И это не слишком здорово. Ее саму... можно. И еще как. Надо только знать - чем. И хорошо, что этого пости никто не знает.

Джей Хоук: - Понимаешь. - Хоук остановился - С самого детства, мои родители пытались выставить меня на показ: " Посмотрите, что он может", " Джей самый хороший". Если сказать, что меня это напрягало - значит ничего не сказать. Вот по-этому я не любитель публичных выступлений. Хоук критично осмотрел " игрушки", которые, кто-то по ошибке называл луками. Повертев несколько в руках, он все же выбрал более-менее пристойные. - Начинай! - обратился Джей к Сандре, а его взгляд тем временем скользил по полкам с призами. Телохранитель хотел выиграть для спутницы что-нибудь особое.

Саюри: *В тире* - Понятно... - сама она выступала перед публикой только, когда сама этого хотела. Или когда искала нужного человека. В любом случае, каждый выход в смертный мир был для богини не только частью работы, но и развлечением, приятным разнообразием для наполненного отстраненным созерцанием существования. Как сейчас, например... Нет, сейчас все гораздо лучше, чем обычно. Саюри выбрала один из луков - все равно это не самое ее любимое оружие и прицелилась в мишень, оттянув тетиву до уха. - Сколько у меня выстрелов?

Джей Хоук: - Три метких выстрела и приз ваш – сказал, хозяин развлечения. Хоуку пришлось подвинутся довольно близко к Сандре – в тире было полно народу. Участники и просто зеваки толпились в маленьком шатре в надежде на зрелище и на приз. Джей как мог оберегал девушку, следил чтоб ее никто не толкнул и тихо восхищался ею. Ее выдержкой, терпением перед выстрелом, мягкой женской силой в нежных руках. Восхищался как крепко держат лук ладони и хрупкие пальчики Сандры. Телохранитель уже нашел приз, который выиграет для девушки. Это была рукодельная брошь из бисера и бусин в виде цветка лилии. - Наверное жена или дочка хозяина тира сделала ее. – подумал Джей, – Надеюсь Сандре она придется по вкусу. - Кто падет от твоей руки? – прошептал Хоук на ушко девушке.

Эйл: Бродить по улицам города и изучать их было, конечно, интересно, но только сначала. Потом глаза начинали уставать от мелькавших вокруг лиц прохожих, да и просто становилось скучно. Эйл вышел на площадь и осмотрелся. Многолюдно. Это хорошо... - именно в такие моменты он начинал оценивать окружающую обстановку и готовиться к чему-нибудь эдакому. В прошлый раз, заскучав, парень забрался на башню с часами и открутил часовую стрелку. Люди, надо сказать, приходили в замешательство, когда хотели узнать, который час - слишком быстро летело время. А Эйл, в стороне ото всех, стоял и тихо посмеивался. Сейчас же ситуация была такова: всё, что можно было сделать, уже сделано, а новые идеи сами по себе не возникают. И тут в глаза бросается вывеска с названием кафе. Эйл вспомнил, что сегодня даже не успел пообедать, и помчался к зданию. >>>Кофейня "Синяя чашка"

Саюри: - Кто падет от твоей руки? -Надеюсь, только мишень, - улыбнулась девушка и спустила тетиву. Ни в одном из своих обликов Саюри не жаловала смертоубийство. Глупо самой рвать нитки на станке, портить узор... Хотя в обличии справедливости от такой обязанности Саюри никто не освободит. А потому нечего забивать голову в праздник. Стрела дрожала в середине мишени. Не " в яблочко", конечно, но в красный, самый маленький круг девушка попала. - Не так уж плохо для первого раза после перерыва, да? - особенно, елси учесть, насколько дрянной лук у нее в руках.

Сейя: Как только Ятен выплюнул пельмень, Сейя перестал волноваться и отошёл в сторону, позволяя младшему как следует достать странную девушку в белом. "Странно вообще… - размышлял просебя средний Коу, - странно, что у малого девушки вызывают рвотный рефлекс..." - и он не променул отметить сей факт в чёрном блокноте с надписью "Уход за Ятеном". Пока Сейя аккуратным почерком фиксировал ценную информацию, Тайки ездил по ушам "белой даме" и корчил мальчика пай. "Видела бы она тебя в полнолуние с сапкой, - криво улыбнулся Сейя, подавляя смешок. - На том бы твоя пророческая деятельность и закончилась."

Джей Хоук: Звякнула спущенная тетива и немного дрожащая стела вошла в мишень. - Метко. – отметил про себя Джей. Хотя, если подумать он не сомневался, в том, что Сандра обязательно попадет в цель. - Теперь ты парень – услышал Хоук голос хозяина тира – здесь освободилось место. Телохранитель встал рядом с Сандрой и приготовился к стрельбе. Немного прищурившись, от чего он стал еще больше похож на хищную птицу, Джей выбирал мишень. Цель была найдена и он выпустил, быструю, как ветер, тонкую стрелу. К его досаде это была не середина мишени, но близко к ней. Расстроенный, Джей схватил вторую стрелу, которую с легкостью, практически не целясь, отправил в « яблочко».

Ятен: Ятен слушал, и у него кружилась голова. Его заливало радостным возбуждением, как потоками лавы. Бесконечная тьма раскрыла ледяные объятия, маня самого верного, самого одаренного своего адепта обещанием космического могущества. Воображение уже дорисовало двухметровый размах мощных черных крыльев, пронзительное сияние рубиновых глаз с вертикальными зрачками и длинные, острые когти на древке Косы - артефакта невиданной силы и мощи. Конечно, присутствовал соответствующий красочному описанию антураж в виде подсыхающих кровавых луж и презрительно сплющенных корон, которые величайший из демонов небрежно попирал адамантовым копытом. Ятен-повелитель сил мрака...нет! Ятен, Повелитель Сил Мрака, Властелин Ужаса и Бог Тьмы...ну ладно, Полубог - из уважения к Хитаере...величественно ухмыльнулся, сражая все живое и неживое смертоносным етриумфавеличия в крепкие объятия. - Благодарю тебя, сестра по Смертоносной! О... В реальности хватка худого и маленького юного вампира была едва ощутимой. - Я все...все сделаю! Порыв инфернального счастья превысил здравый смысл и младший Коу, выпустив девушку, вцепился в руку замершего Тайки. - О дорогой брат мой, будь прокляты твои дни! Я...мне надо...домой... От возбуждения Ятена трясло, как плохо поднятого зомби перед храмом. Ему было срочно нужно пережить это нечаянно свалившееся величие, это чудовищное везение!

Джери: Джерри села на то, что ей вежливо предложил заоблачный парень. Хотя нет. Теперь юноша был определен как джентльмен в душе и даже, возможно, принц. Заоблачный. Его рост внушал какую-то раболепную покорность. Хотелось его слушаться… хотя шея реально затекала, тяжело было с ним все время держать голову запрокинутой. - Леди, могу я узнать, как к вам обращаться? Джерри стала чуть менее белой, промокнув лоб носовым платком (она достала его из своего кармана), и в тон ему ответила. - Приятно с вами познакомиться … Как его назвать? Все таки похоже, что он высокородный, только глубоко в душе, без регалий на бумаге и титулов. Выберу нейтральное, беспроигрышное. - Сэр. Можете звать меня – мисс Джерри. Прошу простить меня за пророчество. Это не всегда от меня зависит. Иногда бывает, что люди задают какой-то особый вопрос – и тогда отвечаю уже не я, а моя богиня говорит моими губами. Порой богиня кажется излишне честной…надеюсь, в этот раз я не сказала чего то лишнего? Джерри робко, немного неуверенно посмотрела куда то далеко вверх – в глаза Тайки - надеясь, что он развеет ее опасения и скажет, что пророчество было не страшным. Сама Джерри, как и все, кто говорили в трансе, не помнила не слова. Какой же он высокий… как …как дом! Нет, как… как самая высокая башня во дворце. Не знала что люди такими бывают. Джерри не могла пока прекратить восхищаться Тайки – так как читать мыслей Сейи не умела и с сапкой Тайки в упор не видела. Бледный юноша с такими же белыми волосами, как у нее, сморгнул наваждение и очень благодарно начал. - Благодарю тебя, сестра по Смертоносной! О... Но его перебили, и он, извинившись, кардинально изменил тон – попросился домой. Джерри немного расстроилась. Все же он был очень Хитаеровский - почти родной - таких как он она встречала только в храме богини смерти. Самой ей возвращаться "домой" пока не хотелось. Хотелось пожевать пельменей...и еще встретить Юнону. Та приятная девушка почему то сильно запомнилась жрице.

Ятен: На Тайки смотрела снизу вверх самая замечательная на свете жрица. Жрица Хитаеры, повелительницы Мрака и Ужаса. Жрица, предсказавшая Ятену осуществление всех мечтаний, реализацию даже самых потаенных стремлений его черной, как пятка зомби, души. И если бы этот полоумный картошечник хотя бы что-то сказал этой восхитительно бледной, потрясающе худой и чарующе зловещей девушке! Младший Коу уже нафантазировал себе круг вороньей кровью на земле склепа потомственных чернокнижников, протяжное завывание призраков замученных детей…и хрупкую, болезненную девушку, облитую смоляным платьем, закутанную в серую паутину фаты, сквозь которую пытает мрачный пламень бездонных глаз…и Тайки, посерьезневшего, с обручальным шрамом на правом виске, в остроносых туфлях из заживо содранной кожи шута-прелюбодея…и мертвенный свет луны, и гнилостное свечение в глазницах черепов, и черные свечи, вылепленные в пятницу 13-го в руинах оскверненного храма… …но потом Тайки подпрыгнул, видимость умственной работы сменилась нормальным тупым выражением лица, и юный демон понял – это снова Она. Болезнь со сковородкой наперевес. Ятену очень хотелось зарыдать от разочарования, пока старший и средний братья, эти вечно не оправдывающие надежд придурки, волокли его домой. Все трое - в дом братьев Коу в деревне.

Кунсайт: Вдвоем с Джедайтом из трактира «Ржавый Подстаканник», Diamond Для прибытия Джедайт избрал, похоже, самое людное место столицы. Кажется, здесь бушевал карнавал – такой, какие до гибели старого мира прославили Венецию. Девушки в зеленом, со звенящими браслетами на руках, девушки в синем со свирелями – кругом, куда ни глянь. Они вели себя по-хозяйски, уверенно и спокойно, ненавязчиво управляя толпой веселых горожан. Судя по знакам на их одеждах и украшениях – жрицы местных богинь. Кунсайт прищурился. Видеть ауру на чужой территории и отыскивать на ней печати соперниц было куда труднее, чем убавить яркость телепорта и зажать собственную силу, превращаясь в смертного. Но на то он и был верховным. Предполагаемые жрицы знаками божественного влияния обладали. Разобрать их рисунок бог воды не мог, но оттенки цвета, которые он смог разглядеть, свидетельствовали о том, что гулянием заправляли представительницы как минимум двух храмов. Их энергия накрывала площадь богатым, сияющим куполом. Это помимо бледных искорок других амулетов, что висели почти на каждом горожанине. - Здесь много жриц, - вполголоса заметил Кунсайт. – Интересно. В мысленной речи он был также немногословен. «Давай осмотримся по отдельности? Не так много времени, скоро начнут расходиться.» Мимо нетвердой походкой прошли два усталых танцора, перекинув связанные за шнурки туфли через плечи. В их речи верховный бог уловил название, которое показалось ему таким же забавным, как имя любимого трактира ребят. Он перебросил услышанное Джедайту, по необъяснимой осторожности не произнося его вслух. - Встретимся там через два часа, - и бог воды исчез в толпе. Люди давно не были ему интересны. Когда-то, потеряв и тело демона, и свойственную ему недоверчивость, он подошел к ним слишком близко – и разочаровался окончательно. Все они были одинаково мелки и достойны жалости…вот хотя бы как эта девушка с огромным овощем в руке и мешком за плечами. На ней тоже была метка богини, правда не похожая на те, которые красовались на раздающих угощения жрицах. А еще у нее был уморительно серьезный вид. Кажется, местная и неплохо ориентируется. - Леди, я могу вам помочь? – предложил Кунсайт, пересекая путь незнакомки.

Маори: Маори задумчиво рассматривала танцующих, пробираясь к ближайшему столику. Вообще-то, она не прочь была бы поесть, хотя Меллорин не скупилась и предлагала довольно богатый выбор фруктов и сладостей. Но сладостей-то как раз и не хотелось. Макото желала отведать чего-нибудь посущественней, например, картофеля с мясом или риса с курицей. Почему-то все дела совершенно вылетели из головы. Неожиданно перед самым носом девушки возникла высокая фигура, и приятный мужской голос вежливо предложил помощь. - Что? Помощь? - Мако удивленно уставилась на неожиданное препятствие. Моргнув несколько раз, девушка медленно подняла взгляд. потом еще подняла. Когда Макото стало казаться, что сей мужчина подпирает макушкой облака, широкие плечи неожиданно (да-да, совершенно неожиданно) перешли в шею, в голову и светлую макушку. "Ой, конец," - почему-то удивилась Маори и тут же поправила себя. - "Нет, в смысле начало, конечно же..." Итак, перед ней стоял высокий, очень высокий, умопомрачительно высокий смуглый мужчина приятной наружности. Таких Маори еще не встречала. Она хотела было ляпнуть, мол, и помощь не нужна, она сама дотащит, и вообще и не такое таскала... Но потом почему-то передумала. В конце концов, праздник же, и расслабиться в чьей-то компании куда как приятней, чем одной. - Да, пожалуй, можете, - Макото широко улыбнулась и преспокойно протянула мешок и дыню беловолосому почти знакомцу. - Не могли бы Вы довести меня хотя бы до скамейки? Столько забот этим днем. Предстоящая свадьба королевы - это такие хлопоты... "И как бы они не оказались напрасными." Макото с чистой совестью взвалила мешок на плечо неосторожно предложившего помощь мужчины, во вторую руку сунула ему дыню и уверенно направилась к ряду скамеек, усмотрев свободную. Маори заинтересованно взглянула на новоявленного помощника. "Интересно, а к чьему культу он относится?" - богиня попыталась увидеть знакомые следы в ауре рядом идущего, но с удивлением поняла, что не может его идентифицировать. "Это что за новости. Хотя... В его ауре есть что-то знакомое. То ли от Хитаеры, то ли от Алерии... Не пойму. Ну нет, на служителя культа богини Смерти он вовсе не похож. Так что, скорее он из почитателей богини Мудрости. И глаза какие умные, мудрые даже." Наивно улыбнувшись, Мако полюбопытствовала: - Простите, а Вы к культу какой богини относитесь? Оба - к скамейкам.

Саюри: - Глаз у тебя и в самом деле, как у сокола, - похвалила Саюри, - Посмотрела бы я на тебя с боевым луком... так проще сравнивать. Ведь подобных стрелков богиня Времени видела куда больше, чем потешных. Так, не отвлекаться. Равзлечение - это очень и очень серьезно. Неспящая прищурила свой левый глаз и всадила стрелы одну за другой в мишень, больше слушая песню тетивы, чем следя за полетом. Когда оперение задрожало в центральном круге, богиня спросила: - Нам полагается какой-нибудь приз?

Мэлоди: Вот уже полчаса Мэлоди просто смаковала чай и глазела на площадь. Хариет так и не вернлась, но на сей раз отсутсвие подруги Морскую деву не тяготило. Мелоди любовалась храмовым танцем на ближайшем помосте. Парень и девушка оба - младшые жрецы, прекрасно изображали пару, и если Лорелея хоть что-то понимала, то от выдумки до правды было не так уж далеко. Что ж, она нисколько не была против бурных романов, против спокойных отношений... Между мужчиной и женщиной. Две половины - как море и суша... Разные, но в то же время единые. По материку текут реки, у моря есть дно... И надо всем этим простирается небо. Как можно помышлять против установленного самим мирозданием порядка? Музыка смолкла и зарокотал барабан. Вот, значит, как... начались танцы в ее честь, уже не отрепетированные, а она до сих пор тут сидит?! Подобное промедление никуда не годилось. На всяком праздненстве Лорелея желала танцевать, быть маяком и сиреной, путеводной звездой или влекущим к смерти водоворотом... Но ее танец должен обязательно быть. Богиня пробиралась сквозь толпу, на ходу в очередной раз меняя платье. Юбка спревращалась в многослойную конструкцию из тончайших шелковых платков белого, лазурного, зеленого, голубого, серого и синего цветов. Все оттенки моря соединились с нем. Длинные рукава удерживались створчатыми браслетами из темного серебра, диадема стала тоже выглядеть древнее, проще, но вто же время - торжественее. - Кто следующая? - жрец ержал в руках зеленый платок - была очередь женщины начинать танец. - Я! - Морская Дева взошла на помост и взялась за край платка.

Джей Хоук: Толпа прицокнула языками. Да я сам Хоук не удеожался и пододвинувшись ближе у Сандре сказал: - Ты просто молодец! Мой глаз? Да ты сама не промах. Хорошо, что мы не противники в бою. Мало того, что мне этого просто не хотелось бы. Так ты бы была опастным соперником. Джей улыбнулся и безапелляционно поразил стрелой мишень, в сердце. - Сильная девушка. - думал он, наблюдая как Сандра выбирает приз - Я таких еще не встречал. Обычно его городские, да и деревенские пассии отличались излишней легкостью, во всех отношениях, были капризны и требовали постоянного внимания. Что несказанно раздражало телохранителя. Вот например он сидит, занимается своими делами, отдыхает после бурной ночи, пишет стихи, думает о том, что лучще чем сейчас быть не может и вот со стороны вороха одеял, как гром среди ясного неба: Ты меня совсем не любишь. Слезы, сопли - жуть... А Сандра...нет, конечно Хоук не воспринемал ее как свою девушку, об этом рано было говорить, по всем параметрам, но ...он чувствовал, что она другая, не поверхностная, запоминающаяся, такая, которая один раз появивщаяся в твоей жизни, навсегда меняет ее и остается в сердце или ярким воспоминанием или его хозяйкой. Джей тихонько отозвал одного из работников тира и показал на брошь, которую он присмотрел. Хоук решил подарить ее Сандре чуть позже.

Джедайт: Кунсайт решил действовать безотказно - через женщин. Праздник, карнавал, блондины - сильверовский канон красоты. Логично. - Договорились, - отозвался бог, отвечая сразу на мысленное и устное обращение. Расправив плечи и откровенно глазея по сторонам - а как еще ведут себя праздношатающиеся парни на карнавале - Джедайт пошел на звуки барабанной дроби. Там танцевали, толпа ликовала, мелькали разноцветные юбки и женские ножки. На ушко и в полный голос сплетничали, горланили, жаловались на жизнь и молились богиням. В такой мешанине эмоций, энергии, испускаемой ликующими жрицами, магами и людьми, даже божественное колдовство будет не сразу заметно - если возникнет вообще такая необходимость. В общем, раздолье для шпиона...

Мэлоди: Первая нота танца. Медленная, тягучая... Набирающая силу волна. Лорелея потянулас на себя платок, медленно покачиваясь всем телом, будто плеть водоросли в морской толще. И волной ходила в руках зеленая ткань. Шарф тянулся и тянулся... пока не кончился и не проплыл по воздуху через помост в долгом мгновении тишины. И снова плавное движение водной глади, медленное пение музыки. Море просыпалось под робкими, ласковыми лучами солнца, под ласковым неспешным ветром. Я - вода... ласковая, прохладная... Прозрачная... У нее получилось лечь на музыку, на на волны, плыть в ней, в этой музыке, как в своей родной стихии, наслаждаясь зыбким поекоем и единением.

Саюри: Так ты бы была опастным соперником. - Может быть, - кивнула Саюри. На ее стороне - опыт. Но сейчас богине не хотелось об этом думать. - Я хочу вот этого плюшевого зверя... - огромная шоколадно-коричневая собака с задорно изогнутым ухом прямо таки вопила "Затискайте меня до смерти!" К тому же, она была хорошо сшита, чем выгодно отличалась от других подобных призов на ярмарках. А Саюри любила бережно сделанные вещи. - Куда мы пойдем теперь? - уши были огромные мягкие и теребить их было одно удовольствие. Будет, с кем обниматься на ночь в постели, - усмехнулась Саюри.

Джей Хоук: - Куда мы пойдем теперь? Джей задумался. С одной стороны он хотел танцевать, но и петь ему тоже хотелось. Ему сейчас можно было делать что угодно, главное, чтобы при этом Сандра была рядом. Хоук взял девушку за плечи и развернул к себе. - Я предлагаю взять гитару, вино и пойти куда-нибудь, например на причал, ну или еще куда. Как она хороша, в своей задумчивости и ....строгости что ли . Нет...изысканности и сдержанности. Ты какое вино предпочитаешь? Но если ты хочешь чего-нибудь другого, то выбирай, я готов пройти за тобой, куда бы ты не отправилась. Я здесь, чтобы на твоих губах играла улыбка, а глаза лучились радостью.

Саюри: - Не надо так говорить... - свела брови Саюри, - Будто ты прислуживаешь мне... Это неправильно. У нее и без того огромное множество слуг и служанок, жрецов, последователей, людей, которые уважают ее и боятся... Не хочу об этом сейчас думать, не хочу об этом говорить... - Давай сделаем, как ты предлагаешь... - пойти на причал с вином и гитарой... звучит и в самом деле неплохо. Ведь карнавал идет всю ночь, и они уще успеют влиться в этот шумный круговорот, если захотят. - Я люблю красное, только не сухое. А ты?

Джей Хоук: - Извини. Просто иногда я веду себя как дурак. - сказал Хоук. Действительно, телохранитель сам от себя не ожидал такого поведения. Видимо в него " вселился дух легкомыслия и веселья", а может, что - то еще похуже...Нет. Лучше всего быть естественным. - Я люблю полусладкое красное. Так что вперед. Джей акуратно взял Сандру за руку и потянул в сторону лавочек с всякими напитками. - Нам пожалуйста бутылку полусладкого красного. Хотя...давайте две. Приобретя вино, Хоук отыскал глазами знакомого с гитарой, а это было не просто сделать, учитывая сколько вокруг было людей в масках, и под предлогом, что у них инструментов целых четыре, выпросил одну гитару для себя и Сандры. При этом пришлось пообещать, что вернет ее невредимой и даже без единой царапины. Немного отойдя от шумной компании телохранитель вздохнул, закинул гитару на плечо, проверив не сломался ли подарок для Сандры и не разбились ли бутылки, обратился к девушке: - Ну, что ты готова, провести пару часов на причале с практически незнакомым мужчиной? В глазах Хоука, скакали веселые, маленькие демоны, а грудь переполняло чувство радости, от которого было немного трудно взыхать терпкий, от фейерверков, алкоголя, аромата цветов и духов воздух.

Мэллорин: Из обители Мэллорин, нижних этажей Мэллорин на этот раз не ошиблась с направлением телепортации и ничего не потеряла по дороге (деревья погибли не зря); и янтарная сферка с тюльпаном тоже сохранилась на шее (петерять её было бы обиднее всего). Уничтожать роскошные хвосты было невероятно жалко, как и милые ушки, да и образ юной Шарлотты ещё не успел надоесть. С другой стороны - хвосты совершенно не сочетались ни с какой одеждой, особенно девятихвостный меховой веник; мало было скрыть их визуальной иллюзией - пришлось ещё и латать этой же иллюзией дырки в одежде, чтобы выглядеть подобающе. Да. Даже когда Мэллорин было очень плохо, она не забывала о своём внешнем виде. Так у неё гораздо больше шансов сделать себе снова хорошо. На площади были люди, даже в этот поздний час. И от этого было уже легче. Но все эти люди спешили по своим делам, и им не было дела до стоящей посреди площади девушки в свободном белом кимоно до колен, перехваченном тонким пояском, и с алыми лентами - в свободно распущенных длинных золотых волосах и на правой ноге, под лёгкие сандали... Этого всего попросту не было видно в сумерках. Ночь ложилась на город надёжнее любых стен, отделяя людей от друг друга. Снова вспомнился Нефрит: какой противоречивый бог... ночь делает людей ближе, и она же разделяет их, не даёт им друг друга увидеть. Мэллорин обняла сама себя за плечи и вздрогнула от холода; голубые глаза заблестели - ещё не слезами, просто влажно. Любовь - это всегда больше одного живого существа. Мэллорин не могла долго существовать одна, это её убивало - почти в буквальном смысле слова.

Саюри: Да, лучше две бутылки... Саюри давно не пыталась напиться (хотя подобная мысль посещала богиню в последнее время все чаще), но вино, несомненно, должно помочь расслабиться. - Ну, что ты готова, провести пару часов на причале с практически незнакомым мужчиной? - Пару часов? Определенно, да! - "пара" - это сколько? два? Или Два с половиной? С четвертью? Или три? Или просто... пока не станет слишком поздно... или рано... Люди иногда вольно обходятся со временем. А время иногда причудливо обходится с людьми, так что... Все справедливо, не так ли? - А чем мы будем закусывать? - Саюри взяла из рук Хоука темную бутыль, - Или не будем?

Джей Хоук: Хоук задумался - Действительно стоит ли чем -то закусывать. С одной стороны, пьянящая жидкость на голодный желудок может выкинуть что-нибудь не очень хорошее, а с другой стороны, зачем портить прекрасный вкус вина. - Думаю мы и так справиися. - улыбнулся телохранитель Сандре - Хотя можно прихватить фрукты, например абрикосы или персики, они не испортят композицию вина. На старый причал.

Джедайт: Играла музыка. Медленная, плавная, протяжная. На помосте, убранном в честь ветренной и морской богинь, начинался танец, жрецы звали девушек. Кругом начиналась давка, но сдвинуть в меру плечистого Джедайта ей было не дано. Бог высматривал себе языка поболтливее в пестрой суетящейся толпе. Румяные лица, блестящие глаза, громкий смех и липкие от праздничных леденцов губы и руки - народ гулял. На импровизированную сцену забралась миловидная девушка. Ее отличали грациозность и плавность движений, и спокойная уверенность. Решила показать себя. Знает, что делает. И неплохо ориентируется во всем происходящем - видимо, дворянка, а оделась рискованно. Хотя карнавал - вот и нарядилась. Джедайт слегка склонил голову, оценивая девушку и ее танец. Изучающе так. Ему было интересно.

Хитаера: Из своего храма. Хитаера вышла из портала около задавленной в толпе кошки. Однажды, когда кто-то из смертных…кто тогда еще не собирался умирать и умер немного позже…годиков через 50... Ему «посчастливилось» поболтать с Хитаерой и задать вопрос – ради чего стоит жить. Богиня честно ответила – ради кошек. Их она очень любила, и только они видели ее даже в «невидимости», когда богиня смерти подходила к усопшему, чтобы перерезать нить жизни. Погладив пушистую душу толстого рыжего кота , она взяла его на руки и, подсадив, помогла ему устроится на своих плечах. Будь кот жив – согнулась бы в три погибели от его веса. Но душа кота была значительно легче, и чахлой богине не пришлось перенапрягаться. - Познакомлю тебя с Смертью Крыс…. Он давно ПИСК, что ему не на чем ездить. После смерти Леви черная богиня была сильно расстроена, это не проявлялось на ее и так вечно траурном, изможденном, бледном лице, похожем на череп. Сейчас от расстройства тень богини, которая вернулась от Тайгера, плыла и постоянно норовила потерять контур. Сверху тело, оно отбрасывает тень – так как, несмотря на поздний час, вокруг много фонариков, свечей, волшебных освещающих шаров… а тень… Хитаера двинула правой рукой…тень двигает левой, машет ручкой, поднимается на цыпочки, дергает за волосы соседние тени, норовит оторвать кусок тени от платья отбрасываемой представительного вида гражданкой…. В общем, под ноги лучше не смотреть. Люди и не смотрели. Поэтому и задавили кошку, кучу жучков и паучков, отдавили лапы нескольким собакам и самим себе. Люди перед собой и то плохо смотрели, увлеченные праздником. Хитаера искала Мэллорин. Рассказать, что произошло, и научится отмерять пол-капли. Она нашла ее – но вид богини любви был не менее удручающим, чем факт смерти своего главного жреца под покровительством. Черные глаза изучили толпу в поисках подходящего для утешения индивида. Выбор пал на девушку (красивая, нет – Хитаера не знала, на такие вещи она внимания не обращала, как правило). У девушки был футляр с музыкальным инструментом.. Богиня смерти магией притянула Анну к себе. Посмотрев черными глазами-буравчиками, разомкнула фиолетовые губы и мертвенно, без выражения произнесла.. - Сыграй для той блондинки – видишь вот там сидит? Сыграй для нее «вечная любовь» Это было классическое и очень древнее произведение, сейчас мало известное и мало исполняемое. Когда и кто написал его – неизвестно, слишком оно старое. А играли его как раз на инструменте Анны – во всяком случае, инструмент внешне был похож на то, что держала Анна в руках. Хитаера покопалась в своих пропыленных временем воспоминаниях и уточнила. - Ты знаешь эту мелодию? Она старая…. Громкость сейчас сделаю. Тонкая - кожа до кости – ручонка высунулась из рукава и коснулась футляра. Фиолетово-черные язычки силы окутали футляр, а в нем инструмент, не желая гаснуть. Вечная любовь – произведение уникальное и по силе воздействия. Но еще – под него хочется танцевать. Нестерпимо. И не в коем случи – одной. Только в паре. Поэтому оно и было в прошлом запрещено для частого исполнения – как аморальное и влияющее на подсознательном уровне. - Тебя будет слышно почти на всю площадь. Играй. Голос богини смерти изменился. Он напомнил о холоде древнего склепа.

Мэлоди: Как вода согревается солнцем, она нежилась в лучах людских взглядов. Любопытных, восхищенных, даже скучающих... О, Мэлоди была готова простить им эту скуку сейчас, ведь они просто еще не знают, что будет дальше... Смычок чуть быстрее забегал по струнам, к нему присоединился баран, и изумрудный платок летал уже быстрее зрыимым воплощением не спокойной воды, но ветра, ласково целующего... А водой была она сама, от волос до кончиков туфель, и поднималась волной, пока еще невысокой и приветливо-шаловливой, и губы радостно улыбались, и маска тоже улыбалась всем и каждому. В каждом шаге, каждом повороте - невинная радость существования и созерцания... Но еще чуть-чуть, и придет новый ветер, придет время взрослеть... И тогдаплаток полетит прочь, и заговорят ее руки.

Джедайт: Знакомой силой резануло где-то за ухом. Джедайт чуть шире открыл глаза. Кто-то плел заклинание - заклинание его силы, и этот кто-то явно был божественной природы. Людям вокруг нестерпимо захотелось танцевать - медленно, степенно, торжественно кружится с разодетыми женщинами в пышных платьях.... выплясывать залихватские коленца, показывая всем белоснежные кружева нижних юбок, изящные башмачки на шнуровке, даже неприличное - мягкие и пухлые панталоны.... Скакать, хвастаясь молодекой удалью и играющей силой в плечах, ногах, приседая и тут же лихо вскидываясь вверх, подхватывая румяную смеющуюся девушку на руки и подбрасывая ее к звездам, небу, звукам, летящим ввысь. Струится рекой, змеей, тончайшей тканью по ветру, телом без костей, а огненным лепестком идти рядом с сильным партнером бок о бок... У каждого свой танец, он звал и манил, и люди жадно тянулись друг к другу. и Джедайт потянулся, влился в общий поток, выискивая себе поскорее партнершу - и выхватил ту, что была на помосте - легко влился в ее танец, пошел рядом с ней, не касаясь и не предлагая, но каким-то образом уже танцуя с ней вместе - один танец, общий для двоих. "Кунсайт" - позвал бог снов. "Здесь колдует богиня, не очень-то прячется - всю площадь заклинает. Развлекается - играет на эмоциях людей, хотя это явно не ее стихия. Грубая рвбота. Неизвестно она одна или их тут много. Жду. " Джедайт тихонько начал сканировать площадь. Мастер маскировки, повелитель теней, он действовал медленно и незаметно - со скоростью улитки, зато его щупальце не почувстовавали бы, даже если бы специально искали - по крайней мере, быстро не нашли бы. Его партнерша рядом изогнулась, откинувшись назад сильным, красивым движением - плавно и легко. Джедайт улыбнулся ей, продолжая играть роль околдованного гуляки на карнавале и в то же время признавая красоту и мастерство танцовщицы. Мелодия магической скрипки, резавшая ухо повелителя эмоций, тем не менее удивительно подходила и этой девушке,и ее танцу.

Мэлоди: Присутсвие чужой силы, чужая музыка, заставили Лорелею свести брови. Морская дева не любила, когда в ее дела вмешивались. И кто? Хитаера... Беда, коль пироги печи начнет сапожник... Ну да лао... затевать свару Мэлоди хотелось еще меньше. Ведь никто не умер еще на празднике, верно? И потом, Хитаера выступила на ее стороне в вопросе свадьбы Чиби-Усы... А этот парень, что выскочил на помост так споро, что жрецы не успели остановить его, танцует неплохо. Вот только жаль, что он околдован... Нет никакого интереса играть с куклами, когда можно играть с живыми. Мэлоди вырвалась из рук партнера, ударила ногой в гулкий помост, хлопнула в ладоши, и музыканты-жрецы откликнулись даже на такой простой призыв. барабаны зарокотали громче. Пусть Хитаера веселится, пусть все веселятся, ведь море щедро и безгранично, даже при сильном ветре, даже в шторм - оно прекрасно... В шуме барабанов - рокот волн, в скрипке - ветер и солнечные лучи, басы толкают струи глубоких течений, и бегут, бегут и изгибаются волны, увлекая за собой корабль. Юбки-шарфы змеились, льнули к телу и взлетали, открывая то плечо, то колено, сверкал перламутр в волосах... Мелоди шагнула обратно к своему парнеру и схватила мужчину за руку, заставляя смотреть в глаза, где плескалась и танцевала океанская глубина. Закружить водоворотом посреди помоста, взлететь вверх, будто дельфин над водой и шагнуть вперед, к нему, будто разрезая волны. Море многолико... Море своенравно... Всегда есть, о чем станцевать.

Мэллорин: Странное ощущение. Мелодия, которая будто бы пытается управлять сердцем, душой - но цепляет их для этого острыми рыболовными крючками на тонкой леске - и только царапает и рвёт, не в силах сдвинуть. "Я ведь знаю этот мотив, - подумала Мэллорин, поднимая взгляд в поисках музыканта. - Это же ритуал полузвезды. Только сильно искажённый". Пятиконечной звезды. Закрытый ритуал для пяти участников, проводящийся довольно редко, и тем более не известный публике. Соотношение полов произвольное, чаще три к двум; как правило, ритуал просят инициировать верховную жрицу, но она сама (пятый луч) не включается в завершающую стадию, и вместо двух с половиной лучей остаются два - более устойчивое и объяснимое значение, такой ритуал назывался упрощённым. Ритуал, с одной стороны, один из самых сложных в эмоциональном плане и доступный разве что очень серьёзным последователям культа, с другой - наименее функциональный из всех существующих и ориентированный исключительно на получение максимального удовольствия от процесса. Чистое искусство, высшая грань мастерства. Мэллорин знала, что когда-то мелодия, соответствующая ритуалу, была украдена из храма, но не слишком волновалась, никто, кроме неё самой или жриц высшего класса не смог бы воспроизвести музыку-заклинание безошибочно. Сейчас - даже гармония трёх основных направлений воздействия была нарушена; физическая линия в мелодии усилена по отношению к остальным. Кроме того, вплеталась сила Хитаеры, усиливающая черту расставания и искажающая линию смерти - с точки зрения Мэллорин, всё это было просто ужасно. Другой мог бы и не заметить разницы, но уж художник в собственном творении (своём или своих последователей - Мэллорин не различала; они служили одному делу и шли по одному пути)... Она могла бы внести свою силу в музыку; мелодия должна была войти с ней в резонанс и мелкие искажения уже не играли бы роли (именно поэтому в центральном храме упрощённый ритуал полузвезды сравнительно часто и легко удавался, что верховной жрицей в нём была сама Мэллорин, и могла сгладить огрехи), но, конечно же, не стала. Это было бы как показать людям завершение того пути, который они ещё не прошли сами и, может быть, не пройдут никогда. Скорее всего - не пройдут, увидев, что их ждёт; точка по увиденному источит их душу раньше. Полный ритуал за всю историю культа Мэллорин удавался всего два раза, и оба раза с её непосредственным участием. Два с половиной луча - это то, что не может существовать в реальности; это лишь тонкая грань равновесия, поддерживать которую и должна мелодия. Но не та, что играет снаружи, а другая... для кого-то это мелодия, для кого-то - образ, не важно. Главное - что это должно быть внутри. Богиня приложила ладони к груди и прислушалась к себе, будто разбирая собственную душу на струны заклинания. Оставила лёгкий диссонанс, созданый колебаниями силы Хитаеры (вечное равновесие мертво), лёгким прикосновением сняла звучание привязанности и обиды. И прислушалась к получившемуся нарастающему звуку. И улыбнулась. Любовь не может сделать несчастной. Мэллорин закрыла глаза. Она была близка к гармонии - а значит, может искренне полюбить любого, кого увидит сейчас; душой и человеческим телом.

Юджил: --- из кофейни "Синяя чашка" На площади было шумно, людно, и сводящая с ума мелодия накрывала, сглаживала восторженные крики, громкие полупьяные разговоры и веселый смех. Юджил на секунду замерла: она была девочкой из глуши, где всегда было серо, тихо и уныло и даже редкие деревенские праздники не могли развеять бесконечной скуки от череды одинаковых дней. Она бежала от той жизни, и сейчас, замерев среди кружащихся пар, со сладостным замиранием сердца смотрела на пеструю толпу, которая увлекала её в свой бешеный водоворот. Юджил оступилась и чуть не упала на девушку, которая стояла с закрытыми глазами, мечтательно улыбаясь и прижимая ладони к груди. - Простите, - она неожиданно для себя звонко рассмеялась, пьянея от музыки и нахлынувшей радости. - Кажется, меня уже не держат ноги.

Мэллорин: На устанавливающую связь с мировой силой Любви богиню кто-то натолкнулся - а Мэллорин, конечно же, среагировала, и этого кого-то мягко, но очень быстро и бескомпромиссно обняла. Руки Мэллорин под плащом незнакомки скрестились за тонкой талией - по фигуре незнакомка и была определена, как незнакомка, до того, как начала говорить. -Это ничего, - мечтательно улыбнулась Мэллорин, открывая глаза. - Меня тоже почти не держат... Большие карие глаза - хитрые и невинные в одно и то же время, влажные и робко прячущиеся за ресницами. Милый носик, о который сразу захотелось потереться своим, губки, которые было бы так сладко поцеловать, белая шейка, пушистые локоны, в которых можно утонуть лицом. Красота, будто рождённая для любви, но ещё не знавшая её. Нетронутая душа, нетронутое тело - сокровища, тем более ценные тем, что их нельзя хранить вечно. Мэллорин прижалась к смеющейся Юджил всем телом, чтобы сильнее её ощутить, только лишь... её пугал этот смех. Физическая линия мелодии. Она сейчас так мешала! - невидимая сфера золотой магии влилась в музыку, захватывая лишь шарлатанку-медиума и Мэллорин; человеку, попавшему в эту сферу, показалось бы, что музыка стихла на время - она изменялась настолько, что нужно было усилие, чтобы вновь её услышать. -Шарлотта. Меня зовут Шарлотта, - кончики двух хвостов богини скользнули по ногам Юджил, а кончиком носа Мэллорин, как и хотела, коснулась волос незнакомки, слегка зарываясь в них - и вынырнула обратно; на Юджил смотрели голубые, ясные, кристально чистые глаза. Сияющие самое искренней привязанностью, которая только может существовать в этом мире. -Я тебя люблю, - богиня склонилась щекой на плечо незнакомки (та была немного выше её в этой форме). - Как тебя зовут? Не бросай меня одну...

Хитаера: Хитаера не вполне сознавала – все таки усиливать звук и что из этого получится – совсем не ее стихия. И правда, мелодия получилась совсем не той? которая хранилась в памяти. Эта мелодия была... подгнившей. Сила тления, коснувшись звука, испортила его не хуже, чем продукты, и чистый порыв превратился в гнилое, к тому же распущенное приказание. Но цель было достигнута. Мелоди…или одна из ее жриц? Хитаера не вникала в подробности, главное некто женского пола в юбке топнул ножкой, и музыканты подправили часть мелодии, внеся в нее рокот моря. А потом уже и сама Мэллорин, видя акт вандализма над священной мелодией ее культа, передумала умирать, и исправила оставшиеся заусенцы. Так ли уж важно какими методами цель достигнута, и Мэллорин в безопасности? Важно. Для Хитаеры. Она озадаченно посмотрела на свои руки все в связках синих, просвечивающих сквозь тонкую кожу, выступающих вен. Руки, как обычно, чуть дрожали. Подняв глаза на скрипачку Анну, Хитаера сдержано, как обычно, без каких-либо эмоций поблагодарила. - Спасибо. Пока я на площади – будут портится быстрее продукты Маори (если только та не встанет совсем рядом) Черная богиня медленно поводила темными глазами по сторонам, пока не нашла подходящую лавку с выставленным товаром. Пройдя, поставила бесценный сосуд с каплями рядом с золотыми дынями, на фоне которых, вытянутый из литого золота, он был почти неразличим. Избавившись от груза, она ушла с площади телепортом – отстроив его по ниточке обрывающейся жизни какого-то дворянина. Судя по нити – он вполне может стать призраком, если ему не помочь. - Во дворец (а там в комнату Сейлор Весты)

Юджил: Тонкие руки проворно притянули Юджил в тесное объятие, заставить выронить саквояж и окончательно потерять шаткое равновесие. Чтобы не упасть вместе с незнакомкой, пришлось её обхватить за шею, чем та незамедлительно воспользовалась, прижимаясь всем телом. Музыка стала как будто бы тише и мягче... нежнее. -Шарлотта. Меня зовут Шарлотта... - что-то пушистое скользнуло по ногам, вызывая приятную щекотку, а незнакомка явно не собиралась выпускать её из кольца своих рук, окончательно сбивая с толку. - Эээ... - невнятно протянула Юджил, пытаясь согнать в кучу, разлетающиеся веселыми, легкими бабочками мысли, - Очень приятно... "Может она меня с кем-то спутала?.. но зачем тогда представилась?.." - Я тебя люблю. Как тебя зовут? Не бросай меня одну... Юджил смущенно опустила глаза: все-таки не каждый день незнакомый человек, признается тебе в любви. "Ну и что, что девушка? Девушки хотя бы искренне верят в эти слова… и все-таки она меня с кем-то путает". А Шарлотта смотрела на нее такими добрыми, сияющими привязанностью глазами, и так трогательно просила не оставлять одну, прижимаясь щекой плечу, что Юджил невольно погладила её по склоненной голове, чувствуя себя старшей и ответственной за эту искренность: - Я Юджил... "Она такая хорошая, - путано подумала девушка, всем телом ощущая тепло прижимающейся незнакомки. - Было бы жестоко отказать ей... и почему она одна? Правда, я тоже одна... как всегда..." - Ты что, потерялась?

Мэллорин: -Юджил, - повторила богиня. - Юд-жил, - попробовала на вкус, - и улыбнулась весело; ей так понравилось называть эту девушку по имени! Это было совсем не так, как с Тайгером; с ним было страшно и тяжело, он уже совершил столько ошибок в любви, что, казалось, один неверный шаг... ...да что говорить - возможно, Мэллорин и сделала этот шаг, сама того не заметив. Впрочем, зачем ворошить седое прошлое; в любви всегда счастливы двое - и виноваты тоже могут быть только двое - но пусть виноватых ищет Саюри. А для тех, кто служит Мэллорин, отсутствие счастья пусть будет не несчастьем, а поводом жить дальше и радоваться этой жизни. Юджил же была, несмотря на хитрые глазки, столь чиста, что с ней богиня не боялась быть просто честной. Просто безгранично счастливой. Сладкий звук любви: "Мы нашли друг друга, мы нашли друг друга, из миллионов людей - мы нашли друг друга, в эту секунду, в этот день, на этой площади - это могла быть только судьба". -Я не потерялась, - ответила богиня, и хвосты её снова скользнули по ногам возлюбленной, будто пытаясь обнять - но обнять ту всё же не могли, не обезьяньи. - Я нашлась. Только что. Юджил, - и поцеловала девушку, нежно и искренне, со всей полнотой, не давая отстраниться, но и так, чтобы не испугать, и - по особенному, чтобы та могла принять поцелуй, даже не умея на него ответить; а что та не умеет - Мэллорин почти не сомневалась. Ничего страшного в этом не было. Многие учатся целоваться, забыв научиться любить - это гораздо страшнее. Для самой Мэллорин касание губ было лишь последней точкой прикосновения тел, как завершением контракта. Да, в культе Мэллорин не было свадеб в понимании большинства людей; то, что проводилось в храмах - было наносным, искусственным ритуалом для поверхностных последователей. А на самом деле каждая жрица богини любви знала, что достаточно сказать: -Давай будем вместе?.. - так, чтобы глаза, губы... и души были близко-близко, вот как сейчас. Потому что человеку нельзя быть одному. "Если души были связаны... то нет надобности в шпильках и булавках. И даже без колец люди всё же тянутся друг к другу, всё же доверяют..."

Анна Сильм: Кто-то звал Анну, а потом еще в добавок и что-то потянула ее в неизвестном направлении. Девушка ошалело оглядывалась по сторонам, но так и не смогла понять, что это все таки было. Прямо перед ее носом мелькнул чернявый хвост высокой бледной особы, мелькнул и тут же исчез. "Тааак, пора бы завязывать со столь длинными прогулками." Скрипачка снова взяла курс на выход с площади и направилась к наемным экипажам, дабы поскорее вернуться в их с Эйлом уютный дом. Таки домой.

Юджил: «Так вот как это…»- подумала Юджил, даже не пытаясь отстраниться. Ей всегда, может быть даже неосознанно, хотелось, чтобы её любили. Только вот выбранный образ жизни мало располагал к близким отношениям с кем-либо. Поставленные цели и их достижение имеют неприятную особенность уничтожать всю романтику. Ощущение теплых, мягких губ, накрывающих её, было правильным и совсем не похожим на то, что описывалось в книгах. Это было волшебно, как-то по-новому и... почему-то совсем не стыдно. "Неужели авторы книг врут?.. или они сами никогда-никогда на самом деле не чувствовали этого?" - мелькнула совершенно ненужная мысль и на секундочку стало за них очень обидно, а потом не было ничего кроме тепла, пушистым котенком мурлыкающего в груди, и еще чего-то легкого, почти не ощутимого, но заставляющего быстрее биться сердце и еще сильнее прижиматься к Шарлотте. -Давай будем вместе?.. Предложение было необычным: Юджил привыкла быть одна с тех пор, как сбежала из дома. У неё не было никаких привязанностей, разве только давным-давно, когда она подарила свой первый, кривенький от недостатка практики, венок веснушчатому и, как ей тогда самой казалось, очень красивому мальчику. А потом появилась заветная мечта изменить свою жизнь и стать такой, как красивые и всеми любимые героини романов. Но рядом с этой удивительной девушкой Юджил забывала о своей цели, как о ненужной и может быть даже глупой. - Я… -она запнулась, чувствуя легкое смущение от собственной неопытности, - я не знаю, как это… быть вместе… У меня получится?

Мэллорин: Мэллорин недоуменно поморгала, потом вытянула пальчик, коснулась переносицы Шарлотты и задумчиво провела линию - до кончика носа. Наклонила голову. Подумала. Наклонила голову на другую сторону, подумала ещё. Расстроилась - на глаза сразу набежали слёзы. "Бедненькая", - богиня встала на цыпочки и щекотно потёрлась носом о носик Юджил: -Конечно, получится! Это же так просто, Юджил, - она улыбнулась. Всё-таки это было трагично; как можно не уметь быть вместе? Это ведь каждый ребёнок умеет. Да хотя бы сидеть на лавочке и называть друг друга по имени. Или на полумесяце. Да, на полумесяце даже веселее. Неподалёку мелькнул отзвук силы Хитаеры, как знак - Мэллорин отвлеклась и оглянулась - на фоне исчезающих в сумерках дынь сиял золотистой звёздочкой драгоценный сосуд. Не то, чтобы его было сильно заметно, но когда живёшь в окружении золота - начинаешь немного разбираться в его сортах, и дынное золото - это совсем не то, что золото из храма. Особенно если это золото из твоего храма. -Побежали, - Мэллорин, наконец, отпустила девушку из объятий и взяла за руку; медленно и спокойно она передвигаться не могла - эмоции; цель - прилавок, волшебный пузырёк. - Смотри, - богиня показала Юджил маленькую, покрытую знаками бутылочку на ладони. - Странно как. Наверное, это мне оставили. Тихо стырил и ушёл - называется "нашёл". Отличное правило для храма, не придающего значения материальным ценностям (особенно чужим). -У меня сердце бьётся, слышишь? - Мэллорин взяла ладонь Юджил и приложила к своей груди, так, чтобы сквозь шёлк чувствовалось тепло и равномерное, но быстрое, как у маленького зверька, "тук-тук-тук". - Я так рада! - богиня взяла спутницу под локоть, прижимаясь к её руке. - Я теперь кушать хочу. Ты хочешь? У Юджил была такая сахарная шейка, что Мэллорин никак не могла её не поцеловать, когда вопросы на ближайшие пять секунд были исчерпаны.

Кунсайт: От скамеек. Среди танцующих, в море разноцветных голов и одежд, верховный нашел Джедайта не сразу. Раньше он никогда не подумал бы, что бог знаний, обычно не падкий на светские развлечения и городские праздники, может так увлечься карнавалом. Наконец, бог знаний обнаружился возле самого помоста с музыкантами. Он самозабвенно плясал с какой-то девушкой - Кунсайт видел только ее спину, но то, как танцорша плавно и чувственно изгибалась перед замаскированным богом, вполне оправдывало азартный блеск его глаз. Верховный не стал подходить ближе. Отвлечь друга, которого так вдохновенно очаровывают, на что он увлеченно отвечает, не было никакого смысла. Джедайт выбрал самый лучший способ получения сведений, и негоже ему мешать собирать информацию там и так, как хитрец желает. Основная мелодия оборвалась, но кто-то из музыкантов еще доигрывал мотив. В песне проскальзывали следы постороннего вмешательства. Магия слишком слабая, чтобы смертный мог обнаружить ее источник или понять природу, но ощутимая. Легкий тремор на верхних нотах, отчего звук кажется дребезжащим, сиплый тон духовых инструментов - уже затихающие, но явные для него следы воздействовавших на песню чар местой богини смерти. Но чьей магии она помогала или мешала, Кунсайт определять не стал: слишком тонкая работа, с которой не стоило рисковать даже Джедайту. Что могла делать богиня мертвых с лирической песней? Испортить настроение людям музыка не могла - в нее не было вложено разрушительной силы, и вообще влияние было настолько слабым, что еще самую малость меньше - и он бы не заметил "коллегу" в этой личине. "Я не смогу их обнаружить, не раскрывшись. Умерь любопытство и не подставляйся, нам незачем их искать прямо сейчас. Не забывайся. Жду тебя в гостинице" На постоялый двор "Старая кобылка и дядюшка Джо"

Юджил: Юджил едва успевала за ходом мыслей своей новой знакомой: "Такая порывистая... и хорошая". Золотая бутылочка красиво блеснула округлым сияющим боком. - Что в ней? -У меня сердце бьётся, слышишь? - Так быстро... - прошептала Юджил, чувствуя ровное, теплое и живое биение под своей ладонью; прислушалась к себе, - у меня тоже быстро… - Я так рада! - Шарлотта тепло и уютно прижалась к её руке. - Я теперь кушать хочу. Ты хочешь? - Не знаю... - честно ответила Юджил, не чувствуя ничего, кроме немного щекотного, но очень приятного прикосновения теплых губ к своей шее, от которого хотелось замурлыкать,- я пила кофе, наверное, не очень. Она зевнула, прикрывая ладошкой рот и, обнимая Шарлотту, пробормотала: - Вот спать немного хочется, но я только сегодня приехала и совсем не знаю, где здесь можно остановиться на ночь... Она обвела растерянным взглядом пеструю, шумную и веселую толпу: казалось, никто не собирался покидать площадь до самого утра, а может и дольше. - Если ты хочешь кушать, я с тобой пойду, - предложила Юджил, уж очень не хотелось оставаться среди всех этих незнакомых людей одной, а Шарлотта была хорошей, очень хорошей, как добрые принцессы из сказок. --- за Мэллорин в гостиницу Мираж

Мэллорин: Юджил обняла Мэллорин, и богиня легонько, нежно её подхватила, как сонного ребёнка, задумавшись ненадолго: куда податься? Денег у неё не было. Заложить пузырёк? Сейчас нельзя. Воспользоваться авторитетом храма? Ненадёжно; кроме того, молодые девушки часто остерегаются жриц храма Мэллорин (мало ли чего родители в голову вбили), а в этом облике богиня до поры могла таковой не являться - пока не заявит обратное. Она слегка прихватила кончик удобно попавшегося уха Юджил губами, как если бы хотела укусить - нежным прикосновением. Маленькое и сладенькое ушко. Девушка-медиум мило хотела спать. У Мэллорин слегка закружилась голова; какой уж тут ужин. -Юджил, пойдём, я провожу тебя, - богиня повела девушку за собой, снова - держа за руку. Она любила ходить, держась за руки, в этом было что-то искреннее и настоящее - хотя бы потому, что дети так ходят. В гостиницу "Мираж"

Джедайт: Тут партнерша схватила его за руку, притянула к себе, признавая собственно партнером-то. Джедайт улыбнулся одобрительно - и положил руку ей на талию, предлагая девушке символическую, но вовсе не маловажную поддержку. Танец-то они исполняли для двоих. Кунсайт дал отбой. Жаль было упускать такой шанс, но... Впрочем, этот эпизод подарил богу знаний другую находку. Эта девушка может послужить отличным источником сведений, да и проводником... Бог широко улыбнулся девушке, и закружил, закружил, закружил - так, что только замелькали платки и юбки, да разлетелись по ветру волосы, да замелькали белые руки, плетущие в воздухе замыловатый узор. Тонкая талия едва касалась ладони Бога, но под конец движения бог широким жестом отпустил незнакомку прочь и тут же за руку притянул обратно. Она затормозила ровно на ладонь от него, вскинула голову, они застыли в мгновенной паузе, оба тяжело дыша, лицом к лицуи нос к носу. Джедайт смотрел на нее сверху вниз, и казалось, что момент разорвет веселый звонкий смех... Девушка выдохнула, миг закончился, но танец должен продолжаться.

Джери: Танец иссушил силы, когда магическая музыка стихла и искорки очарования вокруг всех и каждого померкли, исчезло очарование момента, и все мужчины более не были прекрасными принцами, с которыми хотелось танцевать вечность …. Накатила подобная Хитаере усталость. Джерри – совсем не женственно, почти по-деревенски грубо – зевала во всю ширину рта, еле волоча ноги. Мышка была измотана. К таким нагрузкам она не привыкла. Дыхание с хрипами, как у загнанной лошади, вырывалось из ее маленьких легких … Ей нечего было сказать своему партнеру по танцу. Просто незнакомый мужчина…как и ему. Просто девушка, да к тому же жрица Хитаеры. Идти до храма не было сил. Джерри пришлось признать – она просто не дойдет и рухнет где-то по пути, и ее съедят, беззащитную и слабую, дикие кошки. Поэтому она направила свои стопы в близлежащий постоялый двор. В гостиницу Мираж.

Мэлоди: Скрипки радостно наяривали, каблуки подгоняли барабан, фигурные раковины-флейты низкими голосами пели славу Морю. Окрепший ветер не спешил переходить в шторм - зачем, ведь сейчас - праздник, веселье... И мужчина рядом с Мэлоди был... правильный - легкий, но сильный, с загадкой в глазах и искренней улыбкой. Опершись на его руки, Лорелея практически взлетела над помостом, как дельфин, выпрыгнувший из воды, вместо водяныз брызг - ленты и платки юбки, сверкающие в свете факелов. Как хорошо... Радостная улыбка не просто плясала на губах, она текла в жилах, крутилась водоворотом в глазах, вилась по ветру в изгибах волос, делилась собой через прикосновения. Пусть Саюри считает время, Лорелея не знала, сколько длился танец, сколько еще раз она встречалась с темным искрящимся взглядом... Просто потом это все случилось в последний раз. Музыка смолкла, только последней нотой трубила над помостом раковина - все тиша и тише, пока и сама не замолчала. Танец закончился. - Как жаль... - слетело с улыбающихся губ.

Джедайт: Музыка закончилась, а Джедайт будто и не заметил. Застыл, тяжело дыша и не сводя глаз с партнерши. Тишину разрушило ее "Как жаль". Люди кругом приходили в себя. Чары спадали, принцы и принцессы из мечты превращались в обычных людей, запыхавшихся, красных, живых. Впрочем, праздник удался. Танец этот запомнят надолго, и скажут - на карнавале были богини - так всегда бывает. Кто-то кого-то бил по плечу, где-то девушка еще не оставила случайного партнера по танцу, раздались первые взрывы хохота. Кто-то бежал без оглядки, в ужасе от содеянного - танцевать подобные танцы с подобными кавалерами замужним дамам явно не стоило. А что, если муж узнает? Да он же, скотина, с кухаркой плясал! Все кипело. Джедайт улыбнулся широко и просто, искренний и обаятельный. - Благодарю вас за прекрасный танец, - проговорил партнерше на ухо, тк гул стоял кругом неимоверный. Разрумянившаяся девушка тяжело дышала. - Хотите пить? Лично я - очень. - Джедайт протянул девушке руку - чтобы не потеряться в толчее. - Идемте? Я угощаю! В благодарность за чудесный танец!

Мэлоди: - Хочу! - улыбнулась Лорелея. Да, она хотела пить. И даже есть... В любом случае, она не хотела так легко отпускать своего кавалера. Будь они посреди морской пучины, быть бы блондину увлеченным на дно. Живым, конечно... Вот такие подношения от смертных я люблю... - мысленно смеялась богиня. Ее не слишком заботило - какое было вино, и хороша ли еда? Важнее, что собеседник явно умен, начитан, умеет пошутить и послушать... Приятный голос звал качаться на нем.как на волнах. Они снова ходили танцевать, уже не так сумасшедше, больше занятые друг другом, чем музыкой, гуляли по расцвеченым фонарями улицам, по затененному берегу под шум прибоя. О чем-то говорили, но речь эта была - как тот прибой, важны не отдельные волны, а то, что море рядом. Рассвет застал их снова на площади, уже порядком притихшей... То тут, то там, еще играли самые стойкие скрипки и гитары, то это были уже совсем иыне песни - Мэлоди слышала.

Время: Третий игровой день. Утро. В теме: Джедайт, Мэлоди.

Джедайт: Джедайт угостил даму. Она улыбалась, смотрела сияющими глазами, и повела его танцевать. Еще. А потом еще. И еще! Она не представилась, он тоже. Бог шутливо назвал ее Ламантином, за низкий мелодичный голос и плывущее изящество танца. Она удивленно захихикала, а затем как-то очень быстро приняла это прозвище. Только кокетливо добавила, что в отличие от морских собратьев, у нее талия очень даже имеется. Джедайт улыбнулся и в знак согласия позвал ее танцевать - играли что-то залихвасткое, веселое, кавалеры подхватывали дам за эти самые талии и высоко-высоко подкидывали вверх, летели юбки и иногда - туфельки, так что было еще и опасно. Зато весело - все хихикали, шутили и задорно, с вызовом смотрели то по сторонам, то на партнера. Ламантин в долгу не осталась и называла Джедайта просто - "сударь мой, блондин". Только одни интонации, да искорки в глазах, когда девушка так к нему обратилась, заставили бога громко и искренне расхохотаться. На том и сошлись. Бог пожаловался партнерше, что только вечером прибыл в столицу и ничего не знает о последних новостях. В честь чего этот праздник? Он посвящен предстоящей помолвке королевы? Какие последние новости в столице? Его же съест тетушка, если он тут же не напишет ей обстоятельное письмо, с ближайшего постоялого двора, в котором остановится на ночь, и не расскажет ей там во всех подробностях новости из столицы. Смеясь, девушка просветила неуча: тут были и увлекательные базарные сплетни, касающиеся королевской семьи, придворных, замужества, личности намечающегося жениха, его семьи, привычек, вкусов, прислуги, замка. Похоже, король Алмаз не нравился Ламантин. Еще она рассказала о двух руках из морской воды, потопивших королевские баржи - с восторгом и каким-то удовлетворением, как подметил Джедайт. А праздник этот устроили в честь Богинь Ветра и Моря, никак не чевствуя свадьбу, упаси Лорелея... А потом пришло утро.

Мэлоди: Утро... Опоры моста к храму Мэлоди утопали в густом тумане, молочно белым покрывалом опустившися на центр города. Может, в других местах Элизиума утро и было ясным, но зздесь и сейчас был туман. Не стоит смотреть на то, как сказка превращается в быль. Не исполняется, а медленно, неуклюже плюхается в реальность... - Мне пора... - богиня смотрела на ночного спутника одновременно ласково и отстраненно. Сказка должна иметь свой конец. Веселый, печальный - неважно. Главное - красивый, чтобы могла начаться новая сказка. Ласково провела пальцами по щеке, задев губы, подумала - может, поцеловать? Но решила, что рано... Хоть может, другой возможности и не будет, а все равно - рано. Улыбнулась темными омутами глаз и шагнула спиной вперед в белый туман. Какая разница, что за спиной, мост ли, вода, если ты сама - вода и туман, морской шорох и буря... ...Легкий смех медленно тает неразличмым следом... Куда-то в море, может быть - в обитель



полная версия страницы