Форум » Королевский дворец. Общие помещения » Общественная ванная » Ответить

Общественная ванная

Алмаз: Одна из общих купален. Таких в огромном замке много - не в каждой гостевой комнате есть ванна, да и поварам и горничным тоже надо где-то мыться. Эта расположена недалеко от кухни, до нее три поворота и два высоких порога. Ближе есть еще одна, поэтому этой ванной пользуются мало. Просторная комната, в середине которой находится полуутопленная в полу круглая металлическая ванна. Габариты такие, что 4-5 человек вполне могут поместиться.

Ответов - 21

Сирена: Из центрального коридора Сирена влетела в купальню первой и зашлепала босыми ногами по кафелю. - Ого, - сказала она, повисая над ванной. "Ого," - откликнулось ей в лицо эхо. - Она просто огромная, - сказала провидица, оборачиваясь. Голубой хвост, изрядно потрепанный по дороге во дворец, соскользнул с кромки ваной и глухо шлепнул о металлическое дно. Сирена смущенно хихикнула, наклонилась и вытащила из волос веточку. - Ау, - сказала она в ванную и приставила ладонь к уху. Выслушав отклик, обернулась и спросила, барабаня пальцами по краю. - Её, наверное, долго наполнять?

Алмаз: Из главного коридора. Стоило открыться двери, как сработало подвязанное к ручке заклинание, по стенам разбежались огоньки и ровный свет залил комнату. Во дворце мало кто любил такое неестественное освещение, да и не каждое помещение можно было приспособить под такое - у некоторых комнат была психоделически неправильная форма. То пять углов, то скошенный потолок, то пол ступенькой... Под жилье такие использовать не торопились, но и те, которые считались условно нормальными, свидетельствовали: замок строили очень давно, и уже тогда искусство разцмной проектировки было безвозвратно утеряно. Так получилось, что все новые изобретения сначала приживались в общих помещениях, а потом уже перекочевывали в личные покои. Ванна в этой купальне относилась к их числу: как только загорелся последний огонек, из ее дна ударил невысокий фонтан воды. Сначала вода была абсолютно прозрачной, но стоило зазвучать голосу предсказательницы, как кипенно-белая пена окрасилась в нежно-розовый и в ванной отчетливо запахло земляникой. Ванна быстро заполнялась. "Она что, приспосабливается? Я что-то не помню, чтобы закупали такие странные ванны..." Подозрительно поглядывая на бурлящую воду, Алмаз поднес маленькую жрицу к ванне и посадил на край. Вода оказалась теплой, вполне подходящей температуры для купания. Как теперь было узнать у слепой, нравится ей здесь или нет? Король глянул на Сирену, но та смотрела так же растерянно. Похоже, обычно Нанали сопровождала не она. В конце концов, он сообразил взять руку девушки и поднести к воде. - Вам подойдет? Здесь много места, есть чистые полотенца и нет никого постороннего. Я вас оставлю здесь и попрошу кого-нибудь из служанок провести вас в ваши комнаты, - продолжая придерживать Нанали, он повернулся к пророчице. - Вы справитесь, госпожа Сирена? Алмазу и в голову не пришло, что эти две жрицы, одна из которых известна на всю страну своей сумасшедшей гениальностью, могли оказаться во дворце случайно. И что выделенные для делегации магов комнаты предназначаются совсем не им...

Нанали: Из центрального коридора -Ау, - сказала Сирена. "Не такая уж и огромная, - подумала Нанали, оценив отражаемые и издаваемые металлическим сосудом звуки. - Скажем, мне... и ещё жриц шесть будут меня мыть... точнее, одна мыть, а остальные - просто так, от нечего делать... а ещё их мужчины, а это, как минимум, плюс двенадцать человек на бассейн..." - таким образом в огромном бассейне моментально может стать яблоку негде упасть, а Нанали - всплыть. Пахло земляникой. Незнакомым сортом. Похоже, всё-таки не настоящей земляникой. Вода была тёплой и хотелось сразу же оказаться в ней и не вылезать... тем более, что волосы тоже нужно было и мыть, и расчёсывать. Девушка освободилась от остатков одежды (это не составило больших проблем, всё и так держалось на святом духе) - и встала с края ванной; хотела было уже шагнуть купаться, но забоялась. Шагать через бортики вслепую всегда страшновато, а если знаешь, что там вода, да ещё и с земляничным запахом - страшно вдвойне. Одновременно с этими рассуждениями жрица теребила пальчиками волосы, закинутые вперёд, пытаясь постепенно выбрать относительно крупный мусор и распутать то, что запуталось. -Дайте мне подержаться за Вас, пожалуйста, - вежливо попросила она у Алмаза, не оборачиваясь (всё равно не запомнила, где он стоит). - Я боюсь оступиться. И, если не затруднит, помогите мне. Я боюсь, что госпоже Сирене не пристало заниматься такими делами, - не представившийся Алмаз по-прежнему воспринимался, как один из слуг (а с учётом своего незнакомого положения и трагичного отсутствия собственной ванной - и вовсе благожелательно расположенной подчинённой силой нечеловеческого происхождения) и, хотя Нанали и была очень учтива, но чувствовала себя вправе немного пораспоряжаться подарком судьбы.

Сирена: Сирена сковырнула с ремешков на лице металлическую звездочку и кинула её на пол. - Как? - удивилась она. - Ты оставишь нас тут одних? Провидица питала слабость к всяческим вкусно пахнущим пенкам и шампуням, поэтому ванну она первым делом понюхала, а уж потом попробовала воду кончиками пальцев. Алмаз занимался Нанали. Сирена, разматывающая хитрую шнуровку костюма, решила, что ему это идет куда больше даже, чем корона. - В ванной должна быть толпа, - продолжила Сирена, стягивая голубой воротник через голову и начиная вытаскивать через него длинный хвост. - или хотя бы один человек, к которому обращаются на "Вы". Останься! Об пол звякнули по очереди обе сережки и амулет. Затем вниз полетела голубая лента-шнуровка. Затем оба ремешка, стянутые с порядком измазанной физиономии. - Я боюсь, что госпоже Сирене не пристало заниматься такими делами, - сказала замершая на краю ванны Нанали. Там, где раньше были остатки платься, светящейся пыльцы не было, прочие же части Наны на свету поблескивали. - Нана, - откликнулась Сирена, вылезая из костюма и начиная быстро стягивать колготки, - ты просто ужасная прелесть, но говоришь страшные глупости. После полуночной прогулки по лесу залезть в ванную просто не терпелось. Провидица, не глянув даже на разбросанные вокруг неё вещи, просеменила босыми ногами к Алмазу и потянула его в сторону бассейна. - Остааанься, - протянула она, - останься с нами!

Алмаз: Король беззвучно вздохнул и подал левую руку Нанали. На правой продолжала висеть Сирена. И обе, каждая по-своему, упрашивали остаться. Все-таки в жрицах по определению было что-то величественное. Вне зависимости от того, откуда и как они попадали в храм, и даже того, чей это храм. Великодушная снисходительность, с которой эти небесные создания относились к людям, вызывала трепет. Даже полуголые, а потом и вовсе раздетые, жрицы сохраняли это царственное равнодушие к условностям, приличиям и людям. У самого короля все не получалось научиться такому - сначала он был слишком занят попытками опосредованного самоубийства, а потом появилась масса дел, и времени задуматься о своих манерах не осталось. Алмаз чувствовал себя предметом мебели, за который хватаются цепкие девичьи пальчики. Пальчики двух очень грязных, очень красивых и очень непосредственных жриц Нефрита. - Я бы с радостью вам помог, но у меня еще масса дел, - вспоминая о расписанном до половины пятого времени, признался Алмаз. - А что, у вас в храме принято купаться толпой? В принципе, у последователей Судьбоносного возможно было все. И всеобщие омовения, и внутренний распорядок храма из одной фразы "да бред это все", и привычка старших жрецов бросать в верующих всякую дребедень в ходе службы. На очередной ступеньке Нанали покачнулась, и ему пришлось оставить Сирену без поддержки, удерживая маленькую жрицу. В конце концов, король снова подхватил девушку на руки и опустил в земляничную воду. Пришлось пожертвовать рукавами, которые мгновенно намокли. И спиной, которая тут же напомнила о подвигах юности. "Везет рыжему, у него все травмы героические. А тут даже сказать стыдно - свалился с лестницы, гоняясь за трехголовыми стражниками. И было бы хоть с чего, а то ведь такую слабую дрянь курили..." - Госпожа Сирена, держитесь, - Алмаз поймал нетвердо стоящую на ногах провидицу за талию. - Вам надо быть осторожней, вы же гордость Нефрита. Простите за нескромный вопрос...что это за странная блестящая пыль?

Нанали: Сирена, судя по всему, была как раз одной из упомянутых пяти жриц. Наверное, и Абель в процессе омовений Наны плескался где-то рядом, за компанию с подопечной. Может быть, из-за этого в воде и было то самое ощущение накатывающей волнами неотвратимой тоски. -Сама ты глупость, - легко вздохнула Нанали в ответ на фразу Сирены, по инерции оговорившись на слове "прелесть". Впрочем, и так было правильно. И слегка наморщила носик: прорицательница с завываниями, крайне невежливо с её скромной точки зрения, набросилась на ихпровожатого; хотя он и был слугой, всё же - так опускаться... "Не будем льстить себе, опустились на самый низ мы сразу же, как оказались в храме", - "успокоила" сама себя девушка. Кроме того, тот так печально сказал о своей куче дел... У Нанали было, по большому счёту, мало дел. Из суточного времени вычитались восемь часов сна (она не настолько уставала физически, чтобы спать дольше, да и нервничала много для этого), пара часов церемоний, часа три-четыре подготовки к церемониям, до четырёх часов шуток и розыгрышей от "коллег" (4 часа - это в худшие дни) - и всё, остальные много часов девушка была посвящена сама себе и могла заниматься всем, чем угодно, хотя заниматься было нечем. Кроме как бродить по храму и слушать. Для себя Нанали предпочитала редчайшую храмовую мелодию под названием "тишина". -У нас не принято, у нас положено, - немного в сердцах пробормотала она; зачем же по больному-то. - На всё... - и хотела поймать Алмаза за рукав, чтобы он не ушёл; девушка была уверена, что у неё это получится лучше и убедительнее, чем у Сирены; но не успела (как и тогда, с мотыльком, пальчики уверенно, чуть ли не с лязгом, сомкнулись там, где мгновение назад был рукав короля). Придерживая волосы, чтобы не путались, Нанали сползла в воду по плечи, вытягивая ноги; маленькие ранки на коже немного защипало - почти приятно; светящаяся пыль, смываясь с кожи, стала расплываться по воде "бензиновой" радужной плёнкой. Девушка зачерпнула немного воды и плеснула на лицо, несколько раз, протирая кожу - и вот на мир уже смотрело существо, не столь сильно смахивающее на чумазого барабашку. -Мы встретили каких-то говорящих насекомых... - негромко ответила Нанали на вопрос, уже умиротворённее и спокойнее, в голосе начало чувствоваться "правильное" мировое равновесие. - А потом много лежали на земле. Мне показалось, что нас хотели убить, - снова вздох; набираясь решимости. - Не уходите, пожалуйста. Вы кажетесь уставшим; Вы не потеряете много времени, зато почувствуете себя гораздо лучше - и этим вечером, и на утро. Я могу сделать Вам массаж, - ну и что, что он слуга; он тоже казался утомлённым этим странным окружающим миром - и поэтому товарищем по несчастью, родным и немного близким. Он помог ей, пусть даже это и было его работой - и Нанали была не против помочь ему.

Сирена: - Я бы с радостью вам помог, но у меня еще масса дел, - убедительно сказал король. Нанали мигом собралась и свела брови. Это значило, что у неё появилась идея. Сирена, удержанная твердой монаршьей рукой на краю, свесилась вниз и плеснула воды на плечи. Затем размяла пальцы. Интуиция подсказывала ей, что сейчас надо будет правильно прикладывать силу, потому что Нана, пусть и зарекомендовшая себя источником отличных идей, в ванной без чужой помощи могла разве что заснуть. - Мы встретили каких-то говорящих насекомых... - объясняла она, непроизвольно жмуря закрытые веки. - Много маленьких девочек с крыльями, - добавила провидица, вставая и потягиваясь. - А потом много лежали на земле. - Они были очень милые. Чуточку менее милые, чем Нана. - Мне показалось, что нас хотели убить. - Они как с цепи сорвались! - Не уходите, пожалуйста. Вы кажетесь уставшим... - На тебе прямо лица нет. - Вы не потеряете много времени, зато почувствуете себя гораздо лучше - и этим вечером, и на утро. - Да, - подтвердила еще даже не подозревающая, в чем дело, Сирена и доверительно положила мокрую ладонь на плечо Алмазу. - Я могу сделать Вам массаж, - закончила жрица. Провидица блеснула глазами, издала восторженное междометие, и, нежно заведя голую измазанную ножку между бортиком и королевскими ногами, целенаправленно повисла на их невольном помошнике, перевешивая его в сторону воды. Почувствовав, что Алмаз пытается сохранить равновесие, она высвободила руку и погрозила пальцем. - Рок неумолим, - кокетливо сказала она и поджала обе ноги. Когда они оба рухнули в ванную, волна благоухающей земляниклй пены плеснула через край бассейна.

Алмаз: "Кажется, не всем по душе принятый у Нефрита бардак" Нанали жалобно и скорбно нахмурилась, и сразу совсем перестала быть похожей на жрицу Звездного. В ней не должно было быть такого надлома и недовольства жизнью. Похоже было на то, что хрупкая слепая красавица оказалась в храме не по своей воле. И на то, что такие вопросы ее раздражали. Алмаз не любил сердить хорошеньких девушек, да и особенностями культа Нефрита интересовался мало, поэтому не стал продолжать расспрашивать. Говорящие насекомые показались ему предметом куда более важным - конечно, в замке жил везучий, по милости того же бога, Рубеус, и потому в примыкающем к саду лесу водилась особенно забавная и вредоносная живность. Но маленькие девочки с крыльями, накидывающиеся на людей...такого точно раньше не было. Разумные пни-пальцееды и хищный розовый туман с тошнотворным конфетным запахом - да, сколько угодно. А такие нет. Рыжему было бы чем заняться завтра с утра... Если бы король успел задуматься, он бы заподозрил в оживленном обмене репликами девушек отвлекающий маневр. Но ловкая пророчица не дала ему времени на ответ. Вода не просто пахла ягодами, она еще и на вкус была странно сладковатой. Алмаз едва успел подставить руку, чтобы не встретить голову с дном, и сразу бы поднялся, если бы "предательница" Сирена не свалилась сверху с радостным воплем. Процесс выпутывания из легко распространившихся на половину ванны волос жрицы занял несколько минут - сияющие аквамариновые пряди, обращаться с которыми грубо было бы кощунством, расползлись паутиной и отпускать жертву не желали. - Это самое странное покушение в моей жизни, - признался король, наконец садясь рядом с бессовестно довольной провидицей. Теперь уже окончательно мокрая ткань кителя неприятно липла к рукам, а успевшие вымокнуть только наполовину волосы щекотали шею. В обрамлении двух жриц, старательно смывающих с себя грязь и оставшиеся от "летающих девочек" блестки, он почувствовал бы себя неуместно...если бы замечательного южного вина было хоть на пару бокалов меньше. Строгости хватило только на то, чтобы укоризненно посмотреть на Сирену, а потом снова стало смешно. Винить синеволосую сивиллу в том, что она роняет людей в воду, мог только тот, кто не слышал о других ее привычках. А эти невероятные легенды Алмаз знал - от самого Судьбоносного, большого любителя забавных историй и собственных жриц. Сирена была особенно дорога богу - и глядя на ее счастливое лицо он начинал понимать - почему. - Спасибо, госпожа Нанали. Я действительно страшно занят, но всего до отъезда все равно не переделаешь...а теперь уже все равно. Только учтите, если я засну прямо здесь - это будет на вашей совести, да простит меня Нефрит за такое выражение.

Нанали: Волна от булькнувшихся в воду тел дважды окатила Нанали с головой. И оба раза это было очень неожиданно, первый раз потому что не была морально готова, второй - потому что дважды подряд одна и та же неприятность не случается. На лице у жрицы проявилось статичное недовольно-растерянное выражение, что-то вроде: "Ну за что же мне это?.." Уж что-что, а быть недовольной девушка умела замечательно. Это была её профессия и единственное развлечение. "Нужно будет ещё взять немного уроков у Сирены - и, кажется, я буду чувствовать себя в храме, как рыба в воде. Интересно, рыба может утонуть?.." И всё же заботливый и приятный на голос и на ощупь слуга был спущен в воду, пускай и неудобным для Нанали способом, зато без шанса отказаться. Судя по всему, его столкнула Сирена, а потом прыгнула следом. В голове нарисовалась картинка, и в самом деле жутко напоминающая покушение. -Простите... - неопределённо пробормотала девушка, шаря руками куда-то в направлении голоса разжалованного до прислуги короля; ей удалось нащупать источник голоса - голову - сразу же, и ладошки спустились на плечи; жрица подвинулась поближе. - Позвольте, - и помогла Алмазу снять китель. - Вам всё равно в нём неудобно. - Нанали лёгкими (сильными она и не могла), но очень настойчивыми и не признающими неподчинения движениями развернула Алмаза спиной к себе, сама устроилась поудобнее и, сначала немного неуверенно, принялась за обещанный массаж, начиная с плеч. У неё не хватало ни мастерства, ни силы, но девушка старалась восполнить эти недостатки старанием. И чуткие пальцы немножко ей помогали. -Я надеюсь, Вам станет легче, - проговорила жрица. - Какая из меня госпожа, - Нанали неуловимо улыбнулась спине Алмаза. - Простите, мы так неожиданно вторглись... Вы сказали - до отъезда? - мыслительная деятельность: к чему бы это могло относиться. - Ах, вы, должно быть, готовите эту делегацию, - ей снова стало стыдно; отвлекать людей от такого важного дела! - Скажите, пожалуйста, как вас зовут? Я запомню. Правда, зачем? Но всё же.

Алмаз: Оказалось, что Нанали, кроме настойчивости и красивой формы груди обладала еще одним бесспорно замечательным качеством - у нее была сноровка настоящего массажиста. Пальчики жрицы попадали в какие-то хитрые точки, отчего позвоночник время от времени пробивал жар. Силы в тонких руках девушки не было и тени, но и так от ее решительных и осторожных одновременно движений по спине бегали иголочки и непроизвольно дергались мышцы там, где "доктор" задевала нервные узлы...или что там бывает. Алмаз блаженно зажмурился. Такое удовольствие стоило того, чтобы свалиться в воду и быть беспардонно раздетым хрупкой суровой жрицей. "Хорошо, что мадам Сирене не пришло в голову на всякий случай отобрать у меня и штаны" Почему-то он только теперь вспомнил, при каких обстоятельствах и когда последний раз был в такой купальне. Новая посол враждебного государства была чудо как хороша и недостаточно уверенно шептала "не надо, я не такая, у меня дома жених". Может, Алмаз бы ей и поверил - если бы она не так откровенно краснела, закусывая губку и хоть для приличия сопротивлялась. В произошедшем потом был определенный момент извращенного торжества - не столько в том, как сильверская недотрога сдавленно стонала и сама подавалась навстречу, как в том, что за дверью каждые пять минут раздавался топот караула, и Карат на ходу наорал на кого-то из судейских, а в окно билась сумасшедшая вьюга и "служебный", неснимаемый медальон строгой скромницы вскользь царапнул по животу - потом пришлось врать, что это Айс зацепил когтем... Нанали щекотно простучала ребрами ладошек по ребрам, и король снова оказался в другой ванне, в другое время и с другими женщинами. Причем одна из них задавала странные вопросы. - Скажите, пожалуйста, как вас зовут? Я запомню. Невыветрившийся алкоголь, в тепле действующий еще сильнее, совместно с нерастраченным пока хорошим настроением были непреодолимой помехой серьезному ответу. Алмаз как-то отвык от таких вопросов - в столице его не узнавали разве что приезжие. - Карат, - глядя кристально честными глазами на Сирену и надеясь, что она не выдаст, ответил он. - Я тут секретарем работаю...не самая приятная должность, если честно. Постоянно куда-то надо бежать, бумажек кучу ворошить, и начальник тот еще тиран и самодур... "Нет, ну он бы так не сказал...интресно, а как он меня обзывает за глаза? Надо было спросить, сейчас бы пригодилось"

Сирена: Волна завлекающе пахнущей пены расступилась и потом обрушилась на них троих сверху. Эпичность падения была воистину достойна короля. Впрочем, практичная Нана быстро обнаружила его величество на дне и подсела ближе. Алмаз не мог сделать ничего другого, кроме как подтянуться и замереть: Сирена бы так сходу не решила бы, кто из этих двоих тут больший тиран. Китель, потихоньку погружаясь, проплыл мимо вытаскивающей изо рта бог весть как туда попавшие бесконечные волосы Сирены. Король млел. Нана, судя по всему, мануально командовала мышцам Алмаза "отбой", заодно допрашивая их владельца. - Скажите, пожалуйста, как вас зовут? - спрашивала она. - Я запомню. Сирена, занявшая все оставшееся свободное место и лениво смывающая радужные блестки с плеч, услышала: - Карат. Она развернулась, взволновав земляничную пену, и впилась глазами в предающегося неге и разврату монарха. Тот посмотрел в ответ сияющими, как три Бетельгейзе, глазами и продолжил вдохновенно нести несоответствующую сути мироздания ахинею. - Я тут секретарем работаю... не самая приятная должность, если честно. Постоянно куда-то надо бежать, бумажек кучу ворошить, и начальник тот еще тиран и самодур... - Ужасно, - энергично покачала головой провидица, пожирая короля взглядом. Потом она предусмотрительно сгребла парящие в толще воды волосы в сторону и, не высовываясь из воды, проследовала к оккупированному Наной Алмазу. За ней в пене оставалась проторенная колея. - Карат, - нежно обратилась она, приблизившись вплотную и глядя на восседающего в пене монарха снизу вверх. - Карат, - повторила она, поднимаясь из воды и низвергая вниз водопад волос, воды и пены. Затем переступила через вытянутые монаршьи ноги в брюках, колеблющихся, как водоросли на дне, и села обратно, почти вплотную к Алмазу. Коленки у короля оказались острые - но мироздание, взволнованное невинной ложью, жаждало побороть энтропию и толкало Сирену вперед. Она посмотрела размякшему монарху в лицо нездорово поблескивающими глазами. Какие-то флуктуации и вероятностные линии, ноосфера с условно свободной волей, Нефрит пару раз объяснял, долго, подробно - ему иногда даже слушатель не очень-то нужен, чтобы поговорить. Но это все ладно. Сирена сильно прижала ладонь к мокрой, прилипшей к груди Алмаза рубашке и наклонилась к его уху. - Будешь уезжать из дому - бери с собой ключи, - негромко сказала она. - Всегда надо брать с собой ключи. Будешь уезжать из дому - бери с собой ключи. Нана ловко развернула чистые розовые ладошки и прошлась пальцами по королевским плечам. - Я еще скажу, - шептала Алмазу Сирена на другое ухо, липко и торопливо выговаривая слова, - где дети? Дети во дворе. Куда ты дел детей? Пузырьки пены лопались с едва слушным шумом. Провидица выгибала спину на коленях у короля: - А он такой ласковый, - дробно захихикала она, - А ты и рад? С булками ничего не выйдет. Не слушай даже. Ключи. Ключи, милый. Ключи. Возьми ключи...

Нанали: -Карат Брови Наны чуть дрогнули, и пальчики девушки - незаметно - коснулись плеч монарха чуть плотнее, когда она выслушивала его пояснения. Нанали по сей день никому не удавалось обмануть без помощи магии. Тем более, если этому никому она в момент попытки обмана делала массаж. А доля разумной параноидальности у девушки была; если обманывают - значит, обманывают зачем-то. -Ужасно. -Да, - негромко согласилась жрица. В ванной мужчина и две женщины. Интересно, дверь заперта? С ней, с Нанали, так легко было бы справиться... Сирена сильнее. И всё же. "Я бы почувствовала угрозу, - решила она. - Мне кажется, это не хитрость с целью причинить вред. Скорее это... что-то вроде шутки, только не так смешно. Его зовут не Карат. Скорее всего, он и правда здесь работает. Начальник как личность, скорее всего, существует, но он не начальник. Про тирана и самодура - кокетство. Немного похоже на провокацию, но без злого умысла". Провидица тем временем зашевелилась и, судя по изменению напряжения мышц спины, целиком и полностью завладела Алмазом, или хотя бы его коленями. Нанали подумала немного и отодвинулась назад, заканчивая сеанс терапии. Между ней и Сиреной была плоскость смены потенциала с любви к богу на его отторжение. Если их общению эта плоскость в силу нулевой толщины ещё могла не мешать, то пилить одного человека на две части - это жестоко. И всё же Нанали расстроилась. Мало того, что слуга оказался совсем не слугой (это ничего, даже великие мира сего, говорят, тоже люди), но зачем было её обманывать, да ещё и побуждая наговорить гадостей про какого-то "начальника" (который вряд ли ему на самом деле начальник)? Всё равно жрица никакого начальника не знает. Неужели "Карат" полагает, что она, Нанали Розенкварц, способна поддержать злословную тему о незнакомом человеке, за которую её, судя по всему, ещё и наказать могут? Она и была способна, но персоной той был не человек, а Нефрит. Механизмы здравомыслия медленно, но верно, начал подтачивать сладкий сироп гордости. Всё время, пока Сирена делилась предупреждениями про ключи. -Ваше имя не Карат, - голос девушки немного дрогнул от волнения, когда она повторяла свои мысли, разбирая слова Алмаза по косточкам, лишь убирая многочисленные "может быть", "скорее всего" и "похоже" (и добавляя тем самым элемент вероятностного риска). - Вы работаете здесь, но не секретарём. Вы считаете должность секретаря более простой, чем Ваша. У Вас много работы. Вы считаете действия начальника правильными и обоснованными и в чём-то гордитесь им, хотя он Вам не начальник, - начав немного обиженно-взволнованно, закончила девушка, хотя и по-прежнему тихо, но уверенно и с победными интонациями: "Ну что, съели?"

Алмаз: "Откуда здесь взялась пена?" - отстраненно подумал Алмаз, глядя на двигающуюся в их направлении пророчицу. Что-то в ее лице было одновременно умиленное и недовольное. "Сдаст ведь, точно сдаст..." Сирена зачем-то встала, и потоки мыльной пены хлынули по плечам и бедрам, путаясь в ярких волосах, делая жрицу абсолютно неземным существом - несуществующей в пантеоне богиней соленой воды и распутства...кто о ней рассказывал? Когда горячая от воды провидица устроилась у Алмаза на коленях, а руки Наны все еще порхали над плечами, он был как никогда близок к тому, чтобы послать далеко-далеко, в какое-то особенно замысловатое место скучающего под библиотекой архитектора. Вслед за ним - необходимость хотя бы до свадьбы обойтись без авантюр и вести себя "пристойно". И уже потом, сдаваясь в последнюю очередь, по тому же адресу чуть не пошла невозможность, будучи в здравом уме, представить двух высокопоставленных жриц и любимиц Нефрита, в тех позах, которые поневоле рисовало воображение... "Бортик низковат, зараза...а если..." - Будешь уезжать из дому - бери с собой ключи, - прошептала пахнущая земляникой и безумием Сирена, прижимаясь всем телом так, что большая часть вариантов стала в два раза реалистичнее. Смысл ее слов дошел чуть позже, когда взволнованный лепет пророчицы уже перебил тихий сумасшедший смех. - Ключи, милый. Ключи. Возьми ключи... - Я об этом позаботился, - на той же интимной громкости ответил Алмаз, надеясь, что понял все правильно. - Нет надежнее замков. Королю отчаянно не хотелось думать о том, что Сирена может иметь в виду не теперешнюю беду с защитой замка, а что-то другое. То, что случится завтра, через день или два. То, что не дает ему обнять-таки фигуристую сивиллу и повернуться к такой нежной наощупь девушке со смешной фамилией Розенкварц. То, из-за чего у него, относительно молодого и пока еще даже неженатого мужчины, вроде даже обладающего абсолютной властью на этой стороне планеты, фривольные мысли мгновенно улетучиваются. Вопреки двум красивейшим женщинам и множеству возможных с ними комбинаций. Почему-то именно в этот момент Нанали на секунду вцепилась всеми десятью пальчиками в плечи и отодвинулась. -Ваше имя не Карат, - сурово произнесла за спиной маленькая жрица. И продолжила развенчивать наскоро слепленную версию тоном заправского дознателя. "Вот это да...Щедр же к ней Нефрит!" Несмотря на явный провал шутки, сдаваться Алмазу не хотелось. Он прикрыл глаза и помолчал, выбирая наиболее точные выражения. От того, что даже здесь приходилось продумывать каждое слово, стало еще неприятнее быть собой. - Вы правы, госпожа Нанали, - начал он чуть спокойно, но с неописуемым снисходительным одобрением, подхваченным когда-то у Кунсайта. - Я назвал вам чужое имя, и прошу простить меня за это. Мне хотелось побыть с вами человеком, обыкновенным смертным, а не... Король грустно усмехнулся, машинально поглаживая мокрое плечо Сирены. Назвать бога-покровителя "начальником" он не мог бы хотя бы потому, что тот им никогда не был. Ни по статусу, ни по действиям. - Увы, у меня нет и не может быть начальника - и поэтому я иногда немного завидую этому Карату. Ему есть кому сказать "я не могу сейчас этого сделать", а мне некому. Этот фокус получился всего один раз - и то с посторонней помощью. И то не очень чисто. И был, честно говоря, в мыльной воде довольно рискованным. Поймав зарождающееся поле телепорта, Алмаз зажал его в границах, почти точно повторяющих контур собственного тела. Должно было выйти здорово - если жрицы не испугаются чистой воды, которой вдруг станет сидящий между ними человек. Понадеявшись на то, от острой вспышки магии верховного бога двум последовательницам Судьбоносного не станет нехорошо, король отпустил телепорт и оказался снаружи ванны. То ли сопровождающее со вчерашней ночи везение не подвело, то ли он действительно не был так безнадежен, но на прохладном полу Алмаз оказался весь, и даже в сухой одежде. За спиной плеснуло. - Спасибо вам за массаж, леди. Вы очень добры к незнакомцам. Уже за дверью, героически пытаясь не засмеяться, он понял, почему так мерзнут ноги - обувь телепорта не пережила, ставь частью ароматной пены. "Ну и ладно," - король пожал плечами и потащил из шкафа своей комнаты туфли помягче. - "Хорошо, что не как в тот раз - Кунсайта, чтобы искать пропавшую руку, не было". В библиотеку.

Нанали: -Вы правы, госпожа Нанали. Девушка вздрогнула и её брови чуть изменили положение; она снова будто бы хотела что-то спросить, то ли "За что?", то ли "Почему?" - но не решалась. -Мне хотелось побыть с вами человеком, обыкновенным смертным, а не... Плечи Нанали поникли: "Я дура. Я ужасная, круглая дура. Ветреная девица из храма Нефрита, ничего не понимающая в чужих чувствах". Хотелось извиниться, но не получалось. Не за что было извиняться, потому что она поступила так, как поступила. Всплеск воды. Нанали встала на четвереньки, проползла немного вперёд и пошарила руками. Алмаза не было. За дверью послышалось лёгкое шлёпание босых ног. -Вы... ботинки забыли. Наверное... - безнадёжно пролепетала жрица. Она так и не осознала, кем был Алмаз - не пыталась. Она была слишком шокирована, а в чашу переживаний за день упала последняя капля: "Разве я чем-то после этого лучше? Бедный. Бедный он. Зачем я так ему сказала..." К самокопаниям не слишком уравновешенная девушка была склонна, как и к капризным взрывам. Немного реже, но и немного глубже. А что самое противное - она могла подшутить над кем-нибудь (по крайней мере, считала так), даже хотела бы часто подшутить, и очень зло, но, когда ей отвечали так. То это казалось настолько не шуточным. Интонации испарившегося непризнанного короля резонировали в душе печальной мелодией. И Нанали заплакала, сидя на коленях в ванной и закрывая лицо руками. Тихо и беспредметно. Потому что она устала - от других и от себя, - и потому что ей было невыносимо грустно.

Сирена: простите за задержку Вот они, - успела подумать Сирена, прежде, чем её бросило вперед, к бортику, - флуктуации... Это была последняя мысль, возникшая у неё в голове по её желанию. Провидица уперлась руками в кафель на дне и бросилась вперед, схватив попавшуюся на пути Нану за плечи и оттолкнув её в сторону. - Слушай меня, - надрывно закричала она, опираясь на выложенный плиткой бортик, - Слушай!!! Чистая вода на месте его величества перемешивалась с пеной. Провидица перевела дыхание и содрогнулась всем телом. - Я говорю... - еще раз крикнула она, но на этот раз уже куда неуверенней. Пальцы у Сирены непроизвольно сжались. Она видела трех женщин: одна стояла в подвенечном платье, другая ползла по полу, зажимая лицо, третья сердито кричала, стуча каблуками по полу. Провидица уже была готова поклясться, что видит одного и того же человека, но вдруг ошатнулась и закрыла лицо руками: замок горел. Горел не раз - за немалую свою историю, в прошлом и будущем. Сирена сжала виски, пытаясь вспомнить лицо закрывающей разбитый нос женщины, но услышала собственный голос: - Три чашки?.. С кончиков пальцев, груди и волос у неё капала холодная вода. Три чашки расставляли на столе, накрытом на веранде. Мужчину в летах, который садился во главе стола, обезглавили в столице Сильвера семь лет назад, поэтому ребенок обоих полов, скачущий вокруг стола, был попросту не рожден. Сирена попятилась от лежащей на полу головы и невидящим взглядом обшарила ванную комнату. Нанали уже расчесывали волосы одновременно полная, худая и несуществующая брюнетка, которой грозили муж-пьяница или неразделенная любовь к малолетней кухарочке, хотя вероятность осуществления этой вероятностной нити в этой отдельно взятой вселенной была равна едва ли не одному к тысяче. Провидица ласково улыбнулась, повернув лицо к всхлипывающей в ладони жрице. - Вот так, - сказала она, протягивая руку с деревянной неловкостью, - на прямой пробор. Сказала - и с ужасом вгляделась в собственную ладонь. Линия жизни изогнулась и укоротилась до тринадцати лет. Линия ума наконец-то стала хотя бы видна. Сирену замутило. - Нет! - взвизгнула она, делая пару шагов в воде. Когда в ванную вбежали вооруженные мочалками, мылами, расческами и полотенцами служанки, провидица все стояла столбом посреди ванной. Плач Наны эхом отражался от стен. - Госпожа? - боязливо спросила самая смелая из девушек, худенькая брюнетка с увенчанной гребешком стопкой цветных полотенец в руках. Сирена перевела на неё взгляд пронзительно-голубых глаз и медленно, изумленно вскрикнула.

Нанали: Сил у Сирены оказалось вполне достаточно, чтобы прогнать депрессию самыми радикальными способами: просто сделав так, что Нане стало не до того. Для начала - это страшно, когда тебя хватают за плечи и буквально швыряют непонятно куда и за что (хорошо ещё, что ванная большая и бортики не рядом - а об воду не больно). Девушке не приходилось общаться с провидицами в моменты отходняка, а если бы приходилось - то от Сирены при встрече в храме она сегодня убежала бы даже ценой платья. Тем более, что понимала бы: выжить платью всё равно не грозит. Да, каждый, поживший в храме Нефрита, с возрастом приобретает способность к каким-никаким, а предсказаниям... С началом резких перемещений провидицы мир вокруг взбурлился - и мироощущение сжалось до сферы метрового радиуса. За этой сферой было страшно и чернота. Кричала "Нет!" Сирена, посоветовав кому-то делать прямой пробор где-то в стороне, где-то спросили какую-то госпожу... Нанали медитировала. В некотором смысле. Если мир начинает запутывать - его весь нужно было выкинуть из восприятия, а потом понемножку, по объекту, включать обратно. Чем жрица и занималась, только вот включать не торопилась. Кого включать-то? Сирену? Она толкается. Нет. Пусть лучше остаётся за границей сферы, от греза. А больше никого здесь Нанали не знала.

Нанали: В конечном итоге (судя по звукам - не без боя) Сирена была повязана и относительно успокоена (как это сделать в общем случае без применения ломика - Нанали не представляла), потом служанки-профессионалки (они были робкими и почтительными только поначалу, пока не поняли, что, кроме них, командовать здесь некому, и что отступать некуда - позади дворец) методично загнали запуганную и не желающую даваться никому в руки Нанали в угол и профессионально, хотя и не особенно церемонясь, вымыли и причесали. Это было хотя бы привычным. С Сиреной, по всей видимости, разобрались так же технично. После чего их во что-то (вроде халатов, но точно сказать жрица не могла) одели и отконвоировали к месту заточения. Нанали уже не сопротивлялась и ничего не спрашивала. А Сирена, судя по подозрительной тишине, и вовсе была то ли без сознания, то ли мертва, то ли уснула. В комнату для гостей (Сирена и Нанали)

Время: Третий игровой день. Утро. В теме: никого.

Лазурит: Из центрального коридора В купальне со вчерашнего дня тянуло влагой и земляникой. Лазурит, хмурившийся всю дорогу, сам не заметил, как начал улыбаться: дворцовые ванные были чудо как хороши. Шпион положил одежду, скинул легкие городские туфли и, босиком прошагав к басейну, хлопнул по бортику рукой. Хитрая система уловила удар и принялась греть и тут же вливать в ванну воду. Не одна служанка была испугана до полусмерти этими недавно встроенными датчиками давления. Лаборатория принца Сапфира в полном составе была просто в восторге от того, как безотказно реагировал магический механизм, и взволнованных женщин всякий раз утешала с особым удовлетворением. Мелька не заметил, что комната начала снова наполняться зеляничным ароматом, и среагировал только тогда, когда оказался лицом к лицу с заполненной пеной ванной. Перспектива благоухать, как зеляничная поляна в солнечный день, не вселяла в шпиона оптимизма. Грустно проковыляв к двери и закрыв её на щеколду, он вернулся к бассейну и погрузился в него с выражением мрачной покорности судьбе на лице. Минут пять Лазурит попросту отмокал в горячей воде. После нескольких лет полупоходной жизни он проникся к бытовым прелестям цивилизации искренней и неугасающей любовью. За первое место в его личном рейтинге боролись туалетная бумага (сильно проигрывающая из-за прозаичности образа) и, собственно, ванны. Разговор с Алмазом его беспокоил сугубо в эмоциональном плане: шпион был уверен, что все, что может интересовать короля в его вылазке, уже тем или иным путем дошло до столицы. Новости с пятидневным опозданием не имеют смысла, так что Мелька позаботился (как мог), чтобы информация не отлеживалась в госпитале вместе с ним. Зато то, что он вряд ли успеет высушить голову, заставляло его понервничать. Шпион побороздил пену, пару раз нырнул, вооружился мочалкой (агрегатом сногсшибательного розового цвета, без вмешательства магии сохнущим неделями) и взялся откребать всякие следы своего неудачного похода. В процессе он просто чувстовал, как коварный земляничный запах пристает к коже и волосам.

Лазурит: Вылезать из ванной, даже несмотря на довлеющий образ монарха, Мелька не хотел. Он благодушно размяк на краю басейна, лежа подбородком на бортике. Утро с каждой минутой становилось все лучше и лучше. Даже слабо, но все-таки ноющее плечо притихло совсем - шпион на радостях кувыркнулся в пену, потом долго отплевывался и фыркал, пуская по ванной волны земляничного аромата. Минут через десять, правда, Лазурит исчерпал все развлекательные ресурсы круглого бассейна. Тогда, лениво переплыв его наискосок, он чпокнул затычкой и устроился рядом с краном. Вода уходила медленно. Мелька уже отбился от благоухающей пены, вооружился полотенцем и вытер, как мог, голову - а ванна все еще была полна мыльной воды. Шпион поболтал в ней ногами, наклонил стриженный затылок и еще раз прошелся полотенцем по волосам. Затем потряс лохматой головой, ссутулился и, весело поблескивая глазами, затянул: - Я просил тебя быть к шести, ты пришла в половину седьмого... - дальше строчку он не знал, но легкий мотив прямо-таки требовал петь дальше, так что, промурлыкав второй упрек без текста, он сразу перешел к третьей строке, - Ты капризна, как черт, сумасбродна, как черт, я не помню ни разу такого, чтобы ты соглашалась хоть с кем-нибудь, кроме себя.

Лазурит: За дверью послышались шаги. Шпион ахнул и замолк, потому что пение в ванной никогда не относил к числу достойных занятий молодого человека, да в плюс к тому вовсе не желал быть засеченным голышом, посреди большой пустнынной купальни. Метнувшись к двери - телепортация, зараза, в замке будто бы и не существовала - он по дороге подобрал наскоро скинутые туфли и акуратно поствил их под скамьей. Затем лицо щелкнул щеколдой, успокоенно вздохнул и осел рядом с разложенными на скамейке вещами. Потрепал короткие волосы рукой, убедился, что не закапает рубашку - и принялся торопливо одеваться. В купальне не было зеркала. А будь оно там, Мелька бы оккупировал его вплоть до самого конца приведения себя в порядок: все-таки, предстать перед алмазом в неподобающем иде - это прямо там на месте и сдохнуть. Даже вытелепортировать из комнаты расческу было невозможно. Лазурит раздражено натянул второй носок. Выпрямился. Поправил воротник. Еще раз запустил пятерню в волосы... А затем решительно махнул рукой и, повесив полотенце на крючок, выскользнул за дверь. => в кухню



полная версия страницы