Форум » Королевский дворец. Общие помещения » Кабинет лорда Вольфрама » Ответить

Кабинет лорда Вольфрама

Карат: Небольшая, но просторная комната с одним высоким, занавешенным тонким тюлем и длинными парчовыми портьерами окном. Вся мебель в кабинете тяжелая, громоздкая, из красного дерева. Пара книжных шкафов по обе стороны от окна, красивый резной стол в центре, жёсткое кожаное кресло для Карата и такой же диван для посетителей. Так же в кабинете можно найти ещё пару более мягких стульев и резной журнальный столик, на котором всегда возвышаются изящные хрустальные бокалы на тонких ножках и высокий граненый графин, наполовину наполненный красным сухим вином.

Ответов - 19

Карат: Из канцелярии. Широко распахнутая тяжелая дверь покорно впустила в недра кабинета своего законного хозяина и тихо захлопнулась за его спиной. Карат, положив на письменный стол свою папку и оставив там же с боем отвоеванную шкатулку, тяжело вздохнул и подошёл к возвышающемуся на журнальном столике графину с вином. И только после того, как он наполнил бокал прохладной рубиновой жидкостью и сделал первый небольшой глоток, он вернулся к окну и сел в своё жёсткое, но весьма удобное кресло. Теперь предстояло заняться отчётом по делу баронессы Аквамарин. Тунсенг раскрыл свою незаменимую папку и, вооружившись чёрной перьевой ручкой и парой чистых листков бумаги для заметок, принялся за тщательное изучение попавших в его руки документов по присуждению капитану Виамаре дворянского титула. Затем пришла очередь шкатулки. Карат разложил перед собой на столешнице конфискованные у главы канцелярии и хранителя печати драгоценности… Хорошо, что старый Вэй оказался куда понятливее жадного чиновника, понадобилось всего лишь объяснить цель своего прихода, чтобы охочий до лёгких денег хранитель любезно предложил Карату забрать у него нажитый незаконным путём бриллиантовый гарнитур. Теперь судьбу двух государственных служащих, изобличенных во взятничестве в особо крупных размерах, будет решать Алмаз. Свою работу Тунсенг честно выполнил – очень доходчиво и внятно объяснил обоим, как это нехорошо, столь неосмотрительно пользоваться добротой короля… Возможно даже, что какое-то время они поостерегутся брать взятки… но долго ли? Лорд Вольфрам пригубил ещё немного вина из хрустального бокала и взял в руки заинтересовавшее его в первую очередь янтарное ожерелье… Прежде чем приступить к изучению остальных безделушек, он довольно долго вертел его в руках, вертя и так, и эдак, чутко прислушиваясь к своим инстинктам и видениям. Время, впрочем, как и место, потеряли для него всякий смысл. Были только он, эти великолепные украшения и она. - Вот оно что. Да вы родились под счастливой звездой, госпожа Виамаре! – Наконец, криво усмехнувшись, вслух произнёс Карат и правильным каллиграфическим почерком вывел на белом листе витиеватые черные буквы - «клад». Заветное слово было дважды подчёркнуто быстрым движением сжимающей ручку кистью, и, скрепив все исписанные бумаги в один документ, Тунсенг сложил довольно увесистую стопку листков в выложенную из ящика стола новую папку. Ну а после того, как и драгоценности были снова убраны в шкатулку и надёжно заперты в закрывающемся на магический замок сейфе, педантичный секретарь приступил к менее интересным, но тоже весьма важным делам. После объявления помолвки между монархами двух королевств бумажной волокиты Карату значительно поприбавилось, нужно было ещё много чего подготовить на подпись Алмазу, так что на отдых не оставалось ни минуты. Пришлось сцепить клыки, и по самые уши погрузиться в работу.

Валери: Из своей комнаты Леди Гематит кралась из своей комнаты по коридору к кабинету Карата. То есть она просто шла, но двигаясь мягко и быстро, так, что даже на звонком каменном полу ее шаги отзывались глухими тихими ударами. Остановившись перед дверью, она скептически обозрела ее и даже легонько потыкала носком зеленого мокасина, пытаясь определить, в наличии ли там господин Фенрир. С одной стороны дверь закрыта, а он через раз, уходя, оставляет ее на распашку, испытывая таким образом свой авторитет, а кроме того почему-то предпочитает работать поздно. С другой стороны, он же не всегда так делает и закрытая дверь еще ничего не означает. «А с третьей стороны я все равно ничего не теряю, проще заглянуть и узнать. Что за дурацкая привычка думать о таких мелочах!» Не колеблясь, она потянула за слишком для нее тугую ручку двери, приоткрыла ее и сунулась в кабинет, заранее сияюще улыбаясь – такая улыбка служила ей и бастионом и осадным орудием. Господин Фенрир в наличии имелся. «Ага!» - Добрый вечер, лорд Вольфрам. Даже уже доброй ночи почти…

Карат: С головой погрузившись в работу, Карат не сразу обратил внимание на щекочущий его чуткий нюх кисловатый запах первых зелёных яблок. Его даже не слишком насторожил едва уловимый, мягкий шорох перед его кабинетом… Да что говорить, даже тихо скрипнувшая дверь не заинтересовала его на столько, чтобы оторвать взгляд от занимавших в данный момент все его мысли документов. Сейчас от работы его могли отвлечь только двое – Алмаз и… - Добрый вечер, лорд Вольфрам. Даже уже доброй ночи почти… - Она. Леди Валери Эстер Скарлетт Гематит собственной персоной. Тунсенгу в последнее время так ловко удавалось избегать встреч с ней, что он совсем потерял осторожность. Бесстрастный, ничего не выражающий взгляд светло-карих глаз медленно оглядел её с ног до головы и ненадолго задержался на серо-зелёных, светящихся искренней радостью, очах. - Добрый вечер, леди Гематит. – Учтиво ответил Карат, возвращаясь к своей монотонной писанине. Он даже не удосужился встать при виде дамы и предложить ей присесть на диван и выпить бокал вина. Даже наоборот, он постарался максимально абстрагироваться от её присутствия, словно никакой Валери в кабинете не было и в помине… - Прошу меня извинить, леди, я очень занят. – От него так и веяло холодной отчужденностью.

Валери: «Очарователен, как всегда, - ухмыльнулась про себя Валери, самостоятельно заходя в кабинет, ничуть не смущенная демонстративно холодным приемом - Хотя мог бы и не рассчитывать отделаться от меня подобным образом». Лорд и впрямь выглядел занятым – еще чуть-чуть и из бумаг, над которыми он собирался работать, можно бы было строить деревянный домик. Небольшой такой, уютный. «Тут за день не управишься, и за два, да и за неделю, только если он тут поселится» - оценила Валери, присаживаясь на стул возле журнального столика. Облизнув палец, она рассеяно провела по горлышку графина. Хрупкое стекло отозвалось легким приятным гудением. Эстер отыскала взглядом бокал на столе. «Вряд ли бы он стал пить, будь это действительно важное задание. К тому же, до отъезда ему не управится. Наверняка отчетность проверяет, - предположила она. – Маньяк». Впрочем, и это она думала с нежностью. - Ах ну разве можно так поздно работать? – сочувственно спросила девушка. – Наверняка вы весь день на ногах. Его величество сам так много работает и вас нагружает, - она сокрушенно покачала головой. – А коли ошибетесь? Нет, я, конечно, в вас верю, но идеальных людей не существует… Она демонстративно поудобней устроилась на стуле. - А я так хотела с вами пообщаться, - искренне сказала Валери. - Жаль, очень жаль… Впрочем, - она опять просияла улыбкой – Я не тороплюсь, подожду пока вы закончите. Вы работайте, я постараюсь вам не мешать. Она снова провела пальцем по краю графина с удовольствием прислушиваясь к звуку.

Карат: Глупо было надеяться на то, что леди Гематит поймёт его вполне явные, к слову, намёки и уберется восвояси. Хотя понять то она, возможно, поняла, а вот оставлять лорда Вольфрама в покое явно не собиралась. Карат тяжело вздохнул и, отложив в сторону незаконченные записи, поднялся из-за стола. Возможно, недолгой беседы ей будет достаточно, и она вскоре покинет его? Время то недетское, негоже это, юной аристократке оставаться ночью наедине с мужчиной… мало ли что может произойти… Не будет же Валери компрометировать себя и его такими необдуманными поступками! Отец её за такие выходки по головке не погладит. - Леди Скарлетт, как не трудно догадаться, Вы УЖЕ мне помешали, так что если у вас ко мне какое-то дело, будьте добры, поторопитесь мне его разъяснить. Время не ждёт. – Тунсенг подошёл к усевшейся за журнальный столик девушке, и одарив её не слишком благожелательным взглядом, сделал над собой усилие и налил ей в бокал немного вина. Секретарь Его Величества обязан держать лицо в любой, даже самой неприятной ему компании.

Валери: С тяжким вздохом лорд Вольфрам поднялся. Валери, и впрямь вознамерившаяся просидеть тут, пока он не закончит, а потому глубоко ушедшая в собственные размышления – присутствие Вольфрама ее всегда вдохновляло и успокаивало, не смотря ни на что - немного вздрогнула и удивленно на него посмотрела. - Вы уже закончили?... – но он заговорил. «Опять гонит, плавали, знаем…». При слове «дело» она чуть приподняла правую бровь, давая взглядом понять, какое у него к нему дело – хочет быть рядом с ним и все дела. Ну и подергать немного тоже не помешает, а то что-то давно он ей на глаза не попадался – скрывается, видимо. «Интересно, а хорошо это или плохо, что с таким характером и замашками господин Фенрир предпочитает меня избегать?» - задумалась она, принимая бокал и отставляя его в сторону – вино она не слишком любила, да и легко пьянела. А в плане потери головы ей вполне хватало присутствия рядом Карата, – «То есть как это можно оценить?..». Туссенг, нависая воплощением недовольства, хоть и прикидывался невозмутимым как каменная статуя, ждал ответа. Она, как и положено, слегка улыбнулась. «Дело? Ну и дело у меня тоже найдется.» - Припишите меня к свите тех, кто едет в Серебряное Королевство, - с ходу выдала она, вся оживляясь и с надеждой – правда с поддельной, не очень-то она на него надеялась, но раз ему дело надо – вглядываясь ему в глаза. Странный и угрожающий их цвет ее нисколько не пугал и давно уже даже не смущал.

Карат: Он ответил не сразу. Какое-то время он молча стоял и смотрел сверху вниз в доверчиво распахнутые, светящиеся потаенной надеждой глаза, изучал плавную линию чуть припухлых губ, вглядывался в по-детски хрупкие черты круглого кукольного личика. Будь на месте Карата какой другой, менее искушенный в женских прелестях и куда более терпимый к людям вообще, мужчина, он бы непременно невольно залюбовался невинной красотой леди Гематит и уж точно не стал бы избегать встреч с ней, а даже наоборот – постарался бы скорее привязать её к себе, навсегда укрыв эту девственно-белую жемчужину от чужих влюбленных и пылких взглядов… Арреат же знал наверняка – откупорить этот нетронутый сосуд он сможет лишь однажды – удовлетворив сиюминутное желание, он потеряет к ней всякий интерес. Придворные дамы так похожи! Милы, благонравны, ангельски красивы, соблазнительны, на первый взгляд даже чисты!.. И скучны. Если только не разбудить в них ту злобу, ненависть и страстное желание отомстить пренебрегшему их прелестями мужчине, что проходят сквозь века, обходя все преграды и препятствия с поистине женским упорством изобретательностью. От роли игрушки в руках лорда Вольфрама Валери спасало лишь то, что она была дочерью министра иностранных дел, и Карат слишком хорошо представлял последствия такой связи… Либо, даже не смотря на приятельские отношения с Его Величеством, Тунсенга настойчиво попросят покинуть двор, либо его всё-таки заставят жениться на дочери лорда Гематита. Ни то, ни другое свободолюбивого волка не привлекало, а потому приходилось просто избегать настойчивого внимания со стороны леди Скарлетт, при каждом удобном случае недвусмысленно намекая ей на его к ней безразличность. Однако госпожа Эстер проявила поразительное упорство и нерядовой ум в достижении своей цели и с завидным постоянством настигала Карата в самые неподходящие для того моменты… Получи он хоть какую-то выгоду с этой миловидной особы, он бы уже давно, не усомнившись ни на секунду, воспользовался её возвышенными чувствами… - Не вижу резона брать вас с собой, леди. – Наконец, чётко выговаривая каждое слово, холодно произнёс Тунсенг и уселся за столик напротив Валери.

Валери: «Что вы видите?»- мысленно спросила Валери Вольфрама, не отводя взора, не отворачиваясь, пока тот медлил с ответом, изучающее глядя на нее. Но вслух не спросила – бессмысленные вещи должны приносить радость. Бессмысленно спрашивать его об этом, он не ответит прямо, а радости его подложный ответ не принесет. О том, принесет ли девушки радости искренний ответ, Валери предпочитала не думать – правда есть правда, лучше ее знать, какой бы она не была. Полезней. Наконец, он нарушил тишину. "Если бы он сказал «Конечно, леди, а почему бы и нет», я бы несомненно никуда не поехала. Мне бы потребовалось не меньше пары недель у хорошего лекаря, чтобы отойти от шока, что же…" Отвернутся. Резко, чтоб коса перелетела через плечо, спрятать ненадолго лицо, скрывая дрожащие в скрываемой улыбке губы – почему-то Валери сейчас было немного смешно, может, потому что она была немного взвинчена, как всегда в присутствии лорда Вольфрама. Она искоса посмотрела на него, недовольно наморщив нос. - Я общительна и умею договариваться с людьми, обходить конфликты и разбираюсь во многих дипломатических аспектах. Я могла бы оказаться полезна при налаживании отношений. "Хотя, конечно, идеал недостижим. Мне есть над чем работать в плане налаживания контакта, несомненно" - философски отметила она про себя, покачивая ножкой.

Алмаз: Из комнаты Иллит. За письменным столом Карата не было. Не сверкнул косой взгляд исподлобья - "я занят, разве не видно?" - привычный, как и все сварливое ехидство секретаря. Не скрипела жалобно бумага, терзаемая зажатым в твердой руке пером. Вообще Карата на месте не было, хоть в комнате он присутствовал. Алмаз обернулся и не удержался от улыбки. Несколько злорадной, но вряд ли Валери, пожирающая своими небесными очами арреата, это заметила. - Леди Гематит, добрый вечер. Извините, что помешал вашему свиданию. Карат, отвлекись от своей прекрасной собеседницы на минутку. Что там с канцелярией? Дочь и достойная наследница Гематита нисколько не мешала деловому разговору. Даже на столь щекотливую тему, как взятки. Тем более, что избавлять секретаря от общества самой преданной поклонницы Алмаз не стал бы ни в коем случае - уж очень забавно они смотрелись вместе.

Валери: Их тет-а-тет прервало появление короля. Валери несколько замедленно вскочила и глубокий, уважительный реверанс делала уже под приветствие короля. Поднимая голову, она успела лишь краем глаза заметить мелькнувшую на лице короля улыбку и не предала ей значения. - Ах кабы оно так и было, - смиренно прокомментировала она замечание о свидании, отходя в сторону, к окну и делая вид, что её тут нет - вот уж чему-чему, а делам короля она мешать не собиралась. Опершись бедром о подоконник, она смотрела на улицу. Впрочем, все равно практически ничего не было видно. Но Гематит это не волновало - рассеяно поглаживая рукой тяжелый бархат портьеры, она думала о своем, стараясь не прислушиваться к разговору за спиной. Валери всегда внимательно слушала отца. О короле тот отзывался с восхищением, и Валери уважала его еще прежде личного знакомства. Его появление не рассердило и не расстроило ее - общение с Каратом было не слишком уж теплым, а побыть рядом с королем всегда было приятно - он вдохновлял на великие дела одним своим видом. "Харизма" - вывела она пальцем на ткани. - "Наверное, не так-то просто ее всегда излучать?"

Карат: В ответ на слова арреата Валерии неожиданно резко отвернулась, пряча от него своё лицо. Светло-русые косы взметнулись в воздух и плавно опустились на обтянутую тонкой тканью грудь, и Карату показалось, что он уловил тень улыбки на её губах, когда она взглянула на него снова. - Я общительна и умею договариваться с людьми, обходить конфликты и разбираюсь во многих дипломатических аспектах. Я могла бы оказаться полезна при налаживании отношений. Карат иронично вздёрнул брови. - Леди Гематит, - снисходительным тоном, словно он разговаривает с несмышленым ребенком, начал Тунсенг, - неужели вы думаете, что в свите короля не найдется кандидатуры куда достойнее и опытнее вас? – Кривая усмешка исказила его тонкие губы. – Или, может, вы сомневаетесь в дипломатических способностях принца Сапфира?.. Последние слова он произнёс, даже не глядя в сторону своей собеседницы, теперь его куда больше интересовала открывающаяся перед Алмазом дверь. Вот только одного взгляда на тронувшую королевские губы улыбку было достаточно, чтобы понять, что спасать своего секретаря от любвиобильной аристократки он никак не собирается. - Леди Гематит, добрый вечер. Извините, что помешал вашему свиданию. Карат, отвлекись от своей прекрасной собеседницы на минутку. Что там с канцелярией? - Ваше беспокойство излишне, Ваше Величество. – Учтиво произнес лорд Вольфрам, поднимаясь из-за стола. В присутствии посторонних он всегда обращался к Алмазу на "вы", как того требовал этикет. – Мы уже закончили. Однако Валери думала иначе… Вместо того, чтобы покинуть его кабинет, она прошествовала до письменного стола и встала у окна, с интересом изучая открывающийся от туда пейзаж. - Мне бы не хотелось обсуждать некоторые щекотливые моменты порученного мне вами дела, Ваше Величество, при посторонних. – Сделал вторую попытку Карат. Ему действительно совсем не импонировала перспектива освящать связанные с Лючией Виамаре факты в присутствии собственной воздыхательницы… Вовсе необязательно делать результаты своих изысканий достоянием общественности (пусть она пока и будет выражаться в присутствии одной прехорошенькой особы), тем самым заранее пошатывая положение баронессы Аквамарин в обществе.

Алмаз: Выразив в кротком сожалении всю свою бесконечную и безнадежную любовь к Карату, девушка отошла в уголок. Где и замерла, застенчиво царапая ноготком портьеру. Секретарь проводил ее злобно-мученическим взглядом, от которого у Алмаза значительно полегчало на душе. Отношения Карата и леди Гематит потихоньку превращались в выученную наизусть пьесу для двух актеров. Минимум импровизации и весь двор в качестве зрителей: кто кого, изобретательная Валери или своевольный Карат? Пока чаша весов не склонилась ни в чью сторону. Иногда король думал, что перебранки секретаря и дочери Гематита смахивают на разборки старой семейной пары... - С каких это пор леди Валери тебе посторонняя? Она ходит за тобой тенью уже страшно подумать сколько времени, - мысленно Алмаз веселился, насколько это было возможно в его состоянии. - Ладно, не хочешь говорить - я позже зайду. Опиши хоть в двух словах, насколько все серьезно. Меня порядком разозлили эти новости. Раз уж мы меняем титулы на золото, оно не должно быть запачкано руками мелких взяточников.

Валери: - Если вы так настаиваете, - не стала на сей раз упираться рогом леди Гематит, отходя от портьеры. Вдруг и впрямь дела секретные – что-то она поторопилась не выходить. На время. - Зря вы мне столь резко отказываете, лорд Вольфрам, - укоризненно сказала она, подходя к двери с натугой опуская ручку. «Как-нибудь приду ночью и разберу замок, - пообещала она себе в который раз. – Проще ослабить пружину, чем столько мучится, все равно эта наглость принципиально не повлияет на господина Фенрира ко мне отношение». – Налаживать контакт необходимо на разных уровнях, его высочество может оказатся слишком занят. Подарив ему взгляд под чуть сведенными бровями, долженствующий означать, что она-то не закончила и, стоит Алмазу выйти, она тут же вернется, Гематит вышла в коридор. Дверь захлопывать не стала – прикрыла, ей лениво было еще потом дважды возится с ручкой. Шурша нижней юбкой, отошла к подоконнику – окна были и в этом коридоре, выходившие на внутренний двор – присела. Во дворе ходили люди, спешно пронесся мальчишка-посыльный. «Лелика надо выгулять!» - вспомнила вдруг Валери. В отличие от обычных лошадей он отказывался гадить там же, где и жил, а потому, если его не вывести, вышибал одну из стенок стойла и на прогулку шел самостоятельно. Но время еще терпит…

Карат: Совместный пост. Дождавшись, пока Валери покинет его кабинет, Карат резко шагнул к двери и с силой её захлопнул. - Я смотрю, тебе весело. – Пробурчал он, подходя к своему столу и усаживаясь в высокое кресло. – Если б её удовлетворила роль моей безмолвной тени, я бы, может, ещё не возражал, но ей, как минимум, нужен примерный муж… Что-то меня такая роль не особо прельщает. Садись, давай. – Арреат достал из вороха бумаг пару подготовленных специально для Алмаза папок, а так же открыл сейф и протянул ему наполненную драгоценностями шкатулку. – Взгляни сюда. Я бы не назвал это «мелким взятничеством». - Жаль... Я как раз подумал, что если даже я вынужден жениться, то тебе продолжать наслаждаться свободой просто неприлично, - рассеянно заметил король, принимая документы. Первую папку он просмотрел быстро - стандартные формы знал наизусть. От некоторых резолюций хмурился, при виде отдельных цифр удивленно вскидывал брови. - Интересно, - ставя шкатулку на обложку второй папки, коротко и холодно заметил Алмаз. - Здесь почти вдвое больше назначенной ей цены. Кроме того...если это все принадлежало леди Виамаре, мне любопытно - откуда такие доходы у капитана флота? - Клад. – Просто ответил Карат и кивнул в сторону шкатулки. – Я проверил. Госпожа Виамаре оказалась невероятно удачливым мореплавателем. В наше время отыскать подобное богатство! Сложно представить такое без вмешательства богов. – Он откинулся на спинку кресла и криво усмехнулся. – Эта рыжая бестия кажется мне весьма занимательной особой. – Светло-карие глаза арреата блеснули холодной сталью. - Боги здесь точно ни при чем, благословения Кунсайта на ней нет. Разве что Нефрит, - Алмаз провел рукой по драгоценностям, прикрыв глаза. - Кажется, чистые. Насколько такие хорошие камни могут быть свободны от магии. Интерес в интонациях и взгляде Карата заставил его насторожиться. - Ты что-то узнал? По моим сведениям, она до безобразия благонадежна. Выслужилась у рыжего, малышу всякие контрабандные редкости возила. Репутация безукоризненная. Даже слишком, как на мой взгляд. - Вот именно. - Согласно кивнул Тунсенг. - Слишком. Толком я пока ничего не узнал... но она меня забавляет. Если ты не против, я бы хотел ею заняться. - Волк плотоядно оскалился. - Не всё же мне в бумагах копаться. - Ох не нравится мне твоя улыбка, - фыркнул Алмаз, возвращая шкатулку арреату и погружаясь в чтение содержимого второй папки. - Хищно очень...как на бедную беззащитную овечку. Леди Гематит может опускать оружие? - Тебе никогда ничего не нравится. - Ответно усмехнулся Карат. - А бедной овечкой баронессу Аквамарин я бы не назвал. Она такая же овечка, как и я - безобидный щенок... Леди Гематит, леди Гематит... ты не мог бы хоть иногда о ней не вспоминать? Я не виноват в том, что сия миловидная особа столь упряма. Иногда, знаешь ли, очень хочется воспользоваться её невинностью, вот только потом то на что она мне? Король чуть заметно вздрогнул. Вспомнились огромные миндалевидные глаза, темно-синие, доверчивые. Легкое, робкое прикосновение губ к щеке. И желание, от которого сводит скулы и мутится рассудок. Как же ты себя контролируешь, зверь? Если я не могу... - Тебе никто не мешает этого сделать, - медленно произнес Алмаз, перелистывая страницу. - Что тебя останавливает? Только проблемы с Гематитом? Не дав секретарю времени на ответ, король резко захлопнул папку. - Карат, тебе не приходило в голову, что они опасны? - Кто – они? – Озадаченно переспросил Тунсенг, на время оставляя остальные вопросы Алмаза без внимания. - Такие, как твоя Валери, - король кивнул на дверь. - Невинные. Которых не останавливает ни холодное обращение, ни плохая репутация, ни собственная слабость. - Женщины по природе своей опасны. – Пожал плечами Карат. – Это меня в них и привлекает… но всё то, что перечёл ты не имеет никакого отношения к невинности. Это обыкновенная глупость. Валери же, к её чести, не дура, вот это меня и останавливает – от неё потом будет очень непросто отвязаться. А возиться с очередной папенькиной дочкой мне не особо хочется… Надоело уже. - Арреат чуть склонил голову и уже повнимательнее пригляделся к своему королю. – Но откуда такие вопросы, Алмаз? Выглядишь ты, надо сказать, преотвратно. Лестная оценка ума леди Гематит, по поводу которой еще полчаса назад король обязательно съязвил бы, промелькнула незамеченной. Он помолчал, не зная что сказать. И надо ли. - Я сегодня чуть не сорвался, - наконец криво и вымученно улыбнулся Алмаз. - Одна...скажем, штука, перегружает мне сознание. Наверно, контроль слабеет. Король встал, прошелся к окну, огибая кресло Карата - туда, где только что стояла поклонница секретаря. Портьеры пахли чем-то цветочным. - Младшим я об этом не скажу, только ты можешь меня понять - после всего, что мы творили когда-то. Я боюсь стать прежним, Карат. Боюсь. Состояние Алмаза его беспокоило, не так уж часто Его Величество позволяло себе впадать в подобные депрессии. У него на это просто не было времени. Лорд Вольфрам медленно поднялся из-за стола и подошел к своему королю. Его рука незаметно опустилась на плечо старого друга, тонкие пальцы чуть сжали грубоватую ткань его кителя. - Не бойся. Ты не станешь. – Голос Карата непривычно потеплел, вряд ли он когда-нибудь говорил так с кем-нибудь кроме Алмаза. – Я тебе не дам. Король удивленно покосился через плечо. Арреат редко говорил подобные вещи - без неистребимой насмешки в голосе, конечно. - Спасибо, дружище. Уж если мы тогда смогли, когда совсем щенками были, как ты выражаешься... То теперь, раз мы уже взрослые, солидные и серьезные, точно справимся. Хотя я сомневаюсь, что тебя посещали эти мысли. Ты-то зверь и есть, для леди Валери особенно, - не удержался Алмаз. - Хм, Алмаз, с чего это ты вдруг начал говорить мне комплименты? – Ответно ухмыльнулся Карат, делая пару шагов назад. Он облокотился на стол и скрестил на груди руки. – Куда ты сейчас? Тебе б отдохнуть не помешало. - Я и забыл, что для тебя это звучит как похвала, - хмыкнул король. - Отдыхать? Как раз собрался. Тащу семью в "Подстаканник", праздновать последний вечер перед боем. - Вы там только не перестарайтесь. – Хитро прищурился арреат. – А то знаю я Сапфира, намешает тебе чего-нибудь экстремального… потом от головной боли не избавишься. - Сегодня я сам себе отрава, - гордо ответил Алмаз. - Малыш такую и не придумает. Оставляю тебя на растерзание твоей очаровательной преследовательницы! Вихрь ледяных кристаллов телепорта скрыл улыбку. - Удачи. - Уже в пустоту произнёс Карат, зная наверняка - она вот-вот вернётся. Алмаз - на Улицу Маляров.

Валери: Валери сидела на подоконнике. Секунды шли, неторопливо, одна за другой, истекали. Делать было нечего, а разговор – видно и впрямь важный – затягивался. Колода карт, всегда висевшая на поясе рядом с кошельком или веером – в зависимости от того, где находилась и что делала девушка, будто сама ткнулась в руку. Леди Гематит открыла кожаный футляр, достала карты. Вьются затейливые узоры на черном фоне, колода сделана из крепчайшего картона – за многие годы бережного использования – карты пообтрепались, но не испортились. Серебряное тиснение рубашки тускло переливалось в свете магически огней коридора. Валерии слезла с подоконника, встала, положила колоду на подоконник, развела руки, глубоко вздохнула, прислушиваясь к биению собственного сердца. Хорошо бы было еще косы расплести, но заплетать их сейчас – замучаешься. «О чем спросить?» - мысль мелькнула и ушла, ответ всплыл почти сразу – не зря ей вспомнилось о колоде перед дверью кабинета Карата. Время было подходящее – еще будто чувствовался его запах, ощущалось его присутствие. Она расслабилась. Закрыла глаза, вновь прислушалась к себе. Тренькнула струна в груди – интуиция, отозвалась тихой дрожью тугая пружина где-то на уровне живота – дернешь ее и воля Валери не пустым звуком, а давящей, непокорной силой выплеснется наружу, сметая все, что поддастся ей. Все не то, не то, да где же… Кажется, она слишком давно не обращалась к картам и уже успела подзабыть слабые токи силы, проходящие сквозь нее, но не принадлежащие ей, а устремляющиеся ввысь к далеким звездам. Вот они. Она еще больше расслабилась, позволяя тихой – тише, чем сердце – пульсации в руках, в ногах, в голове, во всем ее теле и в душе проявить себя. Ее вера, ее принадлежность, ее связь с запредельным и божественным. Пора. Валерии открыла глаза, взяла в руки колоду. Отложила в стороны Младшие Арканы, простите, сейчас, леди Гематит чувствует, немного времени. Перетасовала старшие, сняла левой рукой, представляя себе Вольфрама, его облик, голос, манеры, ту часть его внутреннего мира, что она знала и угадывала. «Что сейчас?» - неделя, месяц, не более. Разложила рубашками вверх, отложила колоду, нежно скользя пальцами, перевернула первую карту. Сознание. Маг, первая карта Старших Арканов. Она улыбнулась, постукивая по карте. Мужчина, свободный и самостоятельный, наследник своих предков, что еще? Сильная личность, самоконтроль. Почти не задерживаясь, Эстер потянулась дальше. Душа. Звезда. Поиск гармонии, разочарование – как лаконично. Карта рождала смутные, темные образы, подавлявшиеся аурой замкнутости и закрытости человека на которого она гадала. "Что ж, это тоже ответ" – пожала плечами Валери. Отличный от обычного результат говорил он неспокойствии сейчас. Противоречие. Императрица. Карта легла перевернутой, хотя сейчас Валерии не включала этот элемент в гадание. Но выпало, так выпало. «Как же оно толкуется? Подавление творческой своей части? Нет, подавление природной части. Жесткий контроль, вызывающий бурю внутри». Она покосилась на запертую дверь, не пропускавшую ни единого звука. Подсознание. Луна. Всплывающий из тьмы яркий и острый вопрос самосознания. Кто я? Зачем? Необходимость заглянуть в суть вещей, в данном случае в себя. Что же, прослеживается связь с предыдущей картой. Прошлое. Повешенный: обучение, познание, переосмысление. Валери грустно посмотрела на карту – сейчас она символизировала его давнее прошлое, последние события не давали отклика в этом раскладе: то ли лорд Вольфрам слишком хотел их скрыть, то ли ничего хоть сколько-нибудь значительного в предыдущие – дела сегодняшние считались не законченными, и в этом раскладе вообще не участвовали – дни. Будущее. Суд. Участие в чем-то, что шире твоего восприятия. Стать частью чего-то всобъемлющего. «Нехарактерно» - Валерии нахмурилась, пытаясь точнее определить ответ, но увы, сил не хватало. Оставалось надеяться на оставшиеся карты. Отношение к самому себе. Мир. Он определился со своим местом в этой жизни. Считает, что знает себя, и чего от себя ожидать. Конечно, это вполне ожидаемый результат для уверенного в себе человека, если спрашиваешь на ближайшее время. Но Валери почему-то никогда не верила карте мира, символу завершенности. «Желаю ему удачи в такой уверенности» - искренне пожелала она, переворачивая следующую карту. Отношение к другим. Колесница. Карта-совет. Возничий крепко сжимает поводья, он уверен и опытен, целеустремлен, двое коней несут его вперед. Но другое значение седьмой карты – завершение первой семерицы, напоминание, что всякой уверенности рано или поздно приходит конец. Оценив карту как внушающую надежду, Валери потянулась к предпоследней. Надежды и опасения. Колесо Фортуны. Что ж, логично – опасаться непредвиденного. Нет. Неподвластного. Страх упустить из рук поводья и остаться простым наблюдателем. «Хм - она наклонила голову набок, - Вообще Колесо Фортуны часто приходит мне в его страхах. Это скорее, по жизни, но не связано с будущим». Она нахмурилась опять, непонимающе – карты Шута не было. Значит, скорее всего, он просто не знает о том, что начнутся перемены. Интересно. Перспективы и результаты. Серебряный прямоугольник на черном фоне и более – ничего. Валерии подхватила указательным и средним пальцами карту, помахала ею в воздухе. Задумалась. Это было сложней всего – понять, то ли Вольфрам сам не хочет знать, что выйдет, то ли он ввязался во что-то совершенно не предсказуемое, связанное… Она замерла, стараясь не спугнуть предчувствие – именно в силах Валери, а не карт было заключено предсказание. Что-то, что может серьезно изменить картину нынешнего мира, причем в не слишком отдаленное время. Ну, не поколебать основы мироздания, но сильно потрясти. Все. Карты сказали все, что она могла услышать. И даже, кажется, исчерпали заряд силы – надо будет подзарядить сегодня на ночной службе. Валери собрала карты, оглядываясь на дверь. Теперь попасть в Серебряное хотелось больше прежнего безотносительно господина Фенрира. Заходить или нет – она не колебалась. Внутри еще пели, застя расширенные глаза и сбивая с шага, провидческие силы. Алмаз как раз ушел или не ушел, но дела закончил. Она схватилась за ручку, та поддалась легче прежнего. «Тише» - успокаивающе сказала девушка себе, заходя в кабинет. – «Не траться, не позволяй владеть собой». Она подняла взор, с натугой, сдерживаясь – она только что гадала на него и, взбрыкни силы сейчас… Нет, будущее она вряд ли увидит – тренировки мало, а вот в обморок на ковер лорда завалится это запросто. Заглянула в глаза. Рассеяно припомнила, зачем зашла – ну кроме своего желания его видеть. - И все-таки?

Карат: - Все-таки? – Холодно переспросил Карат, усаживаясь в свое кресло. – О чём вы говорите, госпожа Гематит? – Он намерено тянул время. Чтобы понять, осознать до конца… Что-то в ней изменилось. Зверь внутри щерился и рвался наружу, злобно скалил клыки и угрожающе рычал. Магия. Чужеродная, странная, изучающая и, самое главное, направлена на него. Серовато-зеленые глаза непривычно-резко выделялись на странно побледневшем лице. - Вам нехорошо, леди Валери? – Скорее из-за нежелания возиться с бездыханным женским телом, чем из–за искреннего участия, вежливо поинтересовался Тунсенг. – Может, вас проводить к вашим покоям? – Дело это, конечно, нежелательное, но, может, так ему скорее удастся избавиться от её общества? День сменился вечером, а за вечером скоро придет ночь… Лорд Вольфрам устал. А поэтому злился больше обычного. Да и подозрительное поведение влюбленной магички не добавляло хорошего настроения.

Валери: - Я все о том же, - она танцующим – тело имело наглость не до конца слушаться ее – шагом прошла к облюбованному ранее креслу, села. – О вашем нежелании видеть меня в списках участников делегации. Мир был странным, магия все никак не успокаивалась, и, хотя, она уже не могла дать видений или слов, Валери грезилось некое обещание, возможность Увидеть. Все доходило то слишком остро, то замедленно, как через подушку. Казалось, она сама расползается, сознание расплывается… «Да что же за идиотизм?» - разозлилась девушка. Вздрогнула, услышав какой-то резкий шум за окном, неудачно задела неплотно закрытую колоду, вылетела карта. Валери осторожно встала, сделала два шага, присела, подобрала. Карта Демона. Она усмехнулась – едкий ответ на глупый вопрос: «сама во всем виновата». - Это вообще свойственно, - пробурчала она, имея в виду и себя и людей в целом. Она поднялась. Задумалась, откинула косу. - Не то, чтобы. Со мной порой такое бывает, - она вернулась к креслу, села. Задержала дыхание, на шесть счетов вдох, опять задержка на шесть счетов, и на столько же выдох. Еще. Рвануть, скрутить, смотать ползущие нити магии вне себя. Мир приобретал четкость. - Прошу прощения. Вот теперь все, - пока она еще не чувствовала себя в нормальном состоянии, но явно к этому близилась. - Буду благодарна, если вы чуть позже проводите меня - ответила она на предложение проводить ее – спать было еще рановато, но кое-что надо было забрать. Впрочем, она тут же упрямо вернулась к интересующей ее теме. - Запишите меня в делегацию, - с практически детской непосредственностью выдала леди Гематит. По тону было ясно, что она сдерживает желание начать тянуть "Ну запишииите" с подпрыгиваниями, подвываниями и жалобным заглядыванием в глаза, начхав на всякое достоинство и формы поведения. И то, что на Карата это плохо действует она тоже могла забыть - зато хочется. Приятно так, иногда, посходить с ума.

Карат: Карат проводил наклонившуюся за выпавшей картой девушку холодным пронизывающим взглядом из-под угольно-черных нахмуренных бровей. «Что же тебе сказали карты на этот раз, приверженица Повелителя Судеб?..» - Напряженно думал он, храня тяжелое молчание. – «Что же тебя так взволновало? И что же ещё ты хотела бы узнать?..» Он сидел за столом, уставившись в одну точку (туда, куда мгновение назад опустилась ничего не говорящая последователю культа Кунсайта карта), подперев рукой подбородок, угрюмый, сосредоточенный, как безжалостный северный дух, и по выражению его лица нельзя было определить, о чём он думает, что скрывает за этой затянувшейся уже тишиной. Даже наивно-ребяческое поведение леди Гематит не вырвало его из глубокой задумчивости, не повело за собой едких замечаний и вообще скорее только накалило и без того непростую обстановку. Арреата не слишком заботило то, что могли сказать карты своей обладательнице о нём. Предсказания слишком эфемерны сами по себе, чтобы он беспокоился о таких мелочах. Но твёрдое желание Валери быть внесенной в список дружественной делегации заставляло призадуматься. Если до прихода Алмаза Тунсенг точно знал, что его надоедливая преследовательница ни в коем случае не должна оказаться завтра в Серебряном королевстве, то сейчас он уже колебался. Что-то его беспокоило… неясное, раздражающее чувство на самом краю звериного чутья. А он с детства привык доверять своей истинной сущности. Значит, решено. Лорд Вольфрам рывком поднялся с кресла, неспешно собрал разлетевшиеся по столу бумаги в аккуратные стопки, выудил из сейфа драгоценную шкатулку и, обогнув свой стол, направился к выходу из кабинета. Он распахнул дверь и, даже не удосужившись обернуться, наконец, проговорил: - Советую вам поторопиться с распоряжениями к сборам. – Карат усмехнулся, кончик его языка скользнул по незаметно увеличившимся белоснежным клыкам. - Вы будете включены в свиту леди Изумруд. Всего хорошего. С этими словами он вышел из кабинета. Рабочий день для него был закончен. А вот развлечения только начинались... =>Центральный коридор.

Валери: Кажется, третье требоване привело Карата в состоние глубокой задумчивости. Валери прислушалась к нему и к себе. К тонким струнам, поющим непрерывныю мелодию где-то внутри. И впрямь думает, взвешивает, не прикидывается. Она на мгновенье прищурилась: "Что он думает?", но тут же, пока Лорд Вольфрам не обратил внимания, вернула благожелательно-веселое выражение лица. "Черт с ним, пусть думает чего хочет... Хотя интересно - чем он руководствуется, верующий Кунсайта? Кабы логикой, так не передумал бы... Наверное" Отложив эту мысль в ящичек "на подумать", она вышла вслед за Каратом из кабинета. ----------->Центральный коридор



полная версия страницы