Форум » Королевский дворец. Общие помещения » Дворцовая кухня » Ответить

Дворцовая кухня

Лючия Виамаре: Большое, просторное помещение, где всегда тепло и вкусно пахнет. (если ничего не пригорает). В кухне всегда шумно - люди переговариваются и перекрикиваются, кастрюли-котлы звенят - во вдорце всегда кто-то хочет кушать. .

Ответов - 84, стр: 1 2 3 All

Алмаз: На кухню начали подтягиваться не только сонные повара, но и желающие позавтракать обитатели лабораторий. Рассеянно кивнув профессору, король по-свойски отобрал у устроившегося за их столом Родонита чай и задумался. Говорить или нет? То, что вчера казалось правильным, сегодня выглядело очень сомнительно. В конце концов, лучше сделать лишнее, чем ничего... Посторонние слушатели несколько усложнили ситуацию, но разговору в целом помешать не могли. - Есть серьезный разговор. Вам оказана большая честь - сопровождать нас в этой важной, можно сказать судьбоносной поездке, - неторопливо начал Алмаз, болтая ложечкой в чае. Но одновременно с этим размеренным, почти равнодушным голосом, в головах рубеусовского шпионуса и сапфирового адъютанта-ассистента зазвучали другие слова - так же четко, как и вслух, но веселой злостью в интонациях и достаточно напряженно, чтобы это было заметно. Не слушайте эту чушь, мы сейчас немножко поработаем на сплетни. - Вы, я надеюсь, понимаете, какая ответственность ложится на плечи каждого из участников делегации... Мы там будем много красиво врать о том, что сильверцы нам друзья, и делать вид, что это так и есть. И ждать провокаций, конечно. - Конечно, раз принцы решили взять вас с собой - значит, они полностью в вас уверены и могут поручиться за ваше поведение, но... Вокруг нас будет вертеться масса народа, и, конечно, большинство - не просто так. Охранять они будут не нас от них, а их от нас. Около стола сновали серьезные поварята, под ножом Жа Вю умирала какая-то редкая рыба, и ее золотая чешуя монетками сыпалась из-под устрашающего лезвия. - Вы должны помнить, что мы каждую минуту будем на виду, и что от нашего облика будет зависеть образ всей страны в сознании сильверского народа... Следите за каждым, кто подойдет к вашему принцу. Подозревайте всех, от любого ждите удара. Их самих не слушайте. Если хоть что-то покажется неправильным - немедленно докладывайте сначала мне, а уже потом им. - И каждый поступок будет широко обсуждаться не только в кругу придворных, но и вне его, на каждой площади, каждом рынке их столицы и любой, самой глухой деревни... Будьте параноиками. Берегите их любой ценой. При малейшей опасности - за шкирку и в телепорт. Легче оправдать "трусость" любого из вас, чем выпутаться, если мы подставимся. Казалось, что как и голосов, королей тоже два - один читает нотации скучным, монотонным тоном, и выражение лица у него благодушное, но отсутствующее, как будто его утомляет собственное ленивое занудство. И сидит он развалившись, лениво поглаживая бок чашки пальцем. А у второго взгляд цепкий, азартный. Этот Алмаз подался вперед, навалившись локтями на стол, и в его улыбке есть что-то хищное и неприятное. - Лазурит, тебе придется умерить свою непосредственность и вести себя согласно этикету. Конечно, у тебя нет должного воспитания, но ты должен понимать, что даже без офицерского звания ты представляешь нашу армию, как доверенное лицо ее главнокомандующего... Мелька, ходи под мороком как можно аккуратнее. Но так часто, как сможешь. К рыжему будут много липнуть, и не только дамочки. Ходи за ним тенью, даже если его будет это бесить. Не давай ему геройствовать, как бы он ни орал. Если ты его любишь - бойся за него. Вот кто может нарваться, так это он. - Родонит, ты старше Сапфира и должен быть для него примером, но иногда ты слишком увлекаешься в силу своего любопытства ученого, и теряешь связь с реальностью. Постарайся соблюдать правила вежливости, мы все-таки будем в гостях, и не всегда прилично... Рей. Ты видел, что она из себя представляет? Не спускай с нее глаз, Орлик. От этой барышни ничего хорошего не будет. Мы вряд ли сможем конролировать ее там, но чтобы о каждом ее движении около малыша ты знал. Сапфир упрям как сто Нефритов, но ты, насколько я знаю, ему в этом не уступаешь. - Надеюсь, я могу рассчитывать на ваше понимание и достойное поведение... Если все обойдется и они вернутся невредимыми, просите у меня что захотите. Вы или ваши семьи. Договорив обе речи, Алмаз поднял чашку - слава богам, когда в виски будто впились два невидимых гвоздя, дернулась другая рука и чай не разлился. Впрочем, ощущение быстро исчезло - снова щит сработал на пользу. Возможно, пафос мысленного монолога был еще глупее, чем тошнотворное менторство сказанного вслух. Но зато тревога оформилась словами, и от этого стала как-то меньше грызть. Конечно, рыжий по боеспособности равняется небольшой армии и вообще неприлично крут. Да, малыш хитер и разбирается в магии так, что некоторые жрецы с претензиями уступают ему на порядок. Но все-таки... Эти ребята к ним привязаны, и не использовать это в такой момент нельзя. - Что скажете? - король вопросительно поднял бровь.

Соичи Томо: Соичи стало не по себе от мельтешения прислуги на кухне и монотонного постукивания ножом Жа Вю. Очень захотелось тишины и одиночества - роскоши сегодняшнего дня. Король и свита совершенно не мешали ученому думать, но все осталоное - бесило. В висках сново запульсировала боль. Видимо появление профессора не развеселило прислугу, поэтому кто-от из подручных Жа Вю подослал наиболее расторопных (или, что скорее, провинившихся) пару служанок, которые принесли Соичи жаркое в горшочке и поджаренные овощи. Сами служанки прятали взгляд как мигли, а так же дышали через раз. "Амбрэ..." - лениво дошло до профессора. Лениво поставив чашку с почти допитым напитком, Томо провел рукой над предложеными яствами. Не отравлено. "А жаль." - ухмыльнулся док. Жестом велел одной из девушек принести ему переноску для еды и поместить туда его завтрак. Ушли это делать обе девушки, при чем с удивительной скоростью и сноровкой. Томо приподнял бровь, но коемментировать не стал. КОроль же тем временем нравоучал Родонита и Лазурита. Подтекст не явно, но прочитывалсЯ, хотя каждому, кто останется охранять покой Алмазного Королевства, на более-менее важных постах, будет тад детальный инструктаж. Девушки принесли упаковынный завтрак. "Интересно, сколько времени я буду его распаковывать?.." - подумал док, оценивая качество работы. Горшочек как минимум завернут в три полотенца. "Да-да, дабы моя бедная спина надорвалась..." Легко подхватив переноску одной рукой и чайник с плиты другой (перед этим Соичи стянул прихватку с соседнего стола), профессор отправился с свои покои. Издали кивнув на прощание королю, док вышел в коридор. Концовки речи Алмаза он не услышал. --> Лаборатория ЕГо Высочетва Сапфира (кто не помнит, она в окрестностях дворца)

Родонит: Родонит грустно смотрел на отобранный чай. Хотелось съесть булочку. С одной стороны важность рассказываемого королем была огромна, с другой - для него, лично, Орлика это было очевидно. "Что я скажу?" Он хотел было выдать "Во имя Алмаза и королевства Даймонд!", но удержался. Это, с одной стороны, правда, если приписать "и Сапфира", но, с другой стороны - довольно глупо. - Я постараюсь изо всех сил. - наконец, спокойно ответил он. Ясное дело, что по всем пунктам. Король вызывал у него немного дискомфорт - когда Орлик был еще моложе, наивней и свободней, он ничего такого не чувствовал, а сейчас - опора империи перед ним, как же... "Не люблю нравственные тупики" - Родонит помахал в спину уходящему доктору. Роджер запищал из сумки - там было темно и душно

Лазурит: Как только к речи вслух присоединилось ментальное послание, Лазурит нахмурился, положил филку на стол и отодвинул тарелку прочь. А затем, целиком погрузившись в отделение зерен ментального посыла от плевел, и вовсе оперся локтями на стол и подался вперед. Что вслух, что про себя, Алмаз был одинаково убедителен, и необходимость решать, соответствует ли упрек в излишней непосредственности действительности или нет, поглощала немало его душевных сил. Увлеченный речью, шпион то и дело невольно поглядывал на адъютанта Сапфира, испытывая некоторый дискомфорт от его присутствия. Когда же Алмаз, едва скользнув по их лицам взглядом, сказал про "если ты его любишь", Мелька против воли покосился на Родонита и сжал губы. Рубеус представлял собой неотъемлимую и необъятную часть жизни Лазурита, перегнав по степени важности семью, дом и любимое дело. Шпион просто не рассматривал возможность того, чтобы с Рубеусом случилось что-то непоправимое. А Алмаз рассматривал. И говорил об этом напрямую. Мелька зябко передернул плечами. Родонит слушал, изредка поднимая спокойные невыразительные глаза на Алмаза. Лазурит притих и пресек излишлишнюю рефлексию, впитывая направленную адъютанту речь: излишнее любопытство он не считал пороком ровно де тех пор, пока оно не было замечено со стороны. Картина вырисовывалась невеселая. Впрочем, король был мастером описывать положение дел в мрачных тонах, но даже с поправкой на его мировоззрение, поездка выглядела жутковато. Шпион даже подумать боялся, что бы было, вернись он на день-два позже, связался бы с ним кто-нибудь? - Что скажете? - закончил вслух Алмаз, прерывая выстраиваемые в голове Лазурита гипотетические ужасы. Родонит ответил полсле недолгой паузы. Выражение лица у него ни разу не изменилось за всю королевскую речь. Шпион немного помялся. Затем, осознав, что отступать некуда, взял под козырек и, подкупающе заглянув монарху в лицо светлыми глазами, сказал: - Так точно! Долго выражать безмятежную исполнительность Мелька не смог: буквально в следующую секунду он вспомнил про неудачные попытки телепорта и уже открыл было рот, чтобы спрашивать - но осекся и замер, пытаясь по выражениям лиц собеседников выяснить, насколько правомерна такая резкая смена темы.



полная версия страницы