Форум » Королевский дворец. Общие помещения » Центральный коридор » Ответить

Центральный коридор

Сапфир:

Ответов - 81, стр: 1 2 3 All

Иллит: Появление, не понятно из какой трубы вылезшей Хранительницы замковых ключей привносило в этот и без того пикантный вечер своеобразную изюминку. На данный момент Иллит интересовало 2 вопроса: что от неё хочет эта взъерошенная женщина и кто все эти люди?! – Позвольте я вас представлю? Леди Иллит, дочь лорда Фианита, гостья Его Величества. Леди Каоринайт, придворная дама, хранительница замковых ключей... Иллит невольно усмехнулась наблюдая как охотно новоиспечённый знакомый поймался на один из её хорошо отточенных приёмов. Лёгкое прикосновение руки, влажные глазки, трогательно сдвинутые бровки и...готово - вас представят, за вас ответят, вас будут бережно сопровождать и в случае опасности закроют грудью. Работает безоговорочно. Почему? Да потому что каждый мужчина в душе мальчик, мнящий себя рыцарем на белом коней. А белый конь и доспехи - они зачем? Для дамы сердца, конечно - нежной, красивой и чрезвычайно беззащитной. Только вот дамы давно перестали быть беззащитными, а мужчины...уж слишком любят своих коней и сверкающие доспехи. Иллит не без удовольствия наблюдала, как выразительно изогнулись брови Карата, когда её рука сжала его крепкую ладонь. "Мальчик...Да, да, вот с таким вот ироничным взглядом и ухмылкой"- насмешливо констатировала она, по достоинству оценивая умение молодого человека управлять эмоциями отражающимися на лице. Изящная кисть едва заметно выскользнула из руки Карат и, на миг задержавшись у самых кончиков его пальцев, сомкнулась на браслете. Горячий. Запястье неприятно заныло. - Очень приятно, - ограничившись лёгким кивком, наконец неохотно проронила Иллит, глядя на Каоринайт. - Чем могу быть полезна?

Каоринайт: Ну надо же, она еще и за Вольфрама прячется, - фыркнула Каори про себя. - Что, самой страшно? - Итак, леди Иллит, - иронично протянула рыжая. - Вы, видимо у нас в гостях? - не дожидаясь подтверждения и с удовольтсвием отметив, как ручка Иллит выскользнула из ладони Карата - обломись, мальчик, - Каори продолжила. - Тогда какого лешего вы нарушаете все законы гостеприимства и палите собственные же покои? да еще с энтузиазмом, основательно? Нервишки шалят, а? Простите, здесь не пансион истеричных девиц, хочется гнев сорвать - бейте бабушкин фарфор! Очень хотелось вспыхнуть маленьким таким факелом, но во-первых, Реальгар бы не простил после такого потрясения очередного факела, а во-вторых, не было у Каори подобных способностей...

Лазурит: Лазурит поначалу весь обратился во слух - но при дежурном знакомстве Каоринайт с очаровательной, но провинившейся гостьей лорд Вольфрам не сказал ничего свыше обязательной светской нормы. Конечно, как только леди Каоринайт, сощурившись, оглядела Иллит и заговорила, хищно поблескивая в полумраке коридора белыми зубами, мальчик ахнул, прижав ладонь к губам. Впрочем, надолго внимание Мельки эта история захватить не могла - и, уже к словам "Нервишки шалят..." он вполголоса извинился перед Бертьерайт, по стене скользнул мимо рыжей хранительницы ключей и вытянулся перед Каратом, заглядывая ему в лицо широко раскрытыми светлыми глазами. Сердце у него, надо сказать, застучало по-заячьи, решив было шмыгнуть в далекие от пронзительного взгляда карих глаз Карата пятки. Суров был лорд Вольфрам, куда более суров, чем многие виденные Лазуритом большие шишки. - Пока дамы ведут разговор, - смущенным полушепотом попросил он, мотнув головой, чтобы убрать со лба челку, - не могли бы вы уделить мне немножко внимания?..

Карат: Полностью поглощенный начатым Каоринайт скандалом Карат даже не сразу обратил внимание на неожиданно близко подобравшегося к нему Лазурита. Но беспокойный юноша о себе забыть бы просто не позволил… Тунсенг недовольно нахмурил брови и нехотя смерил замершего в благоговейном ужасе мальчика снисходительным взглядом. - Мог бы. – Наконец, снизошёл он до ответа. – Дамы, вы нас извините? Он снова ловко поймал выскользнувшую из его ладони кисть и, дотронувшись холодными губами до нежной кожи, счёл на этом свой долг галантного кавалера выполненным. А это значит, что делать ему в столь разношерстной компании весьма темпераментных женщин больше нечего, и он может со спокойной душой валить на все четыре стороны. Послав Каоринайт самую любезную из имеющихся в его арсенале улыбку и коротко кивнув Бертьерайт, арреат мысленно послал всех женщин к чёрту и широким шагом двинулся вдоль по коридору к выходу из дворца, до которого, как он уже подозревал, дойти ему сегодня не удастся. На этот раз пришлось свернуть в музыкальный салон. Всё лучше, чем возвращаться обратно в кабинет.

Иллит: - Итак, леди Иллит, Вы, видимо у нас в гостях? Тогда какого лешего вы нарушаете все законы гостеприимства и палите собственные же покои? да еще с энтузиазмом, основательно? Нервишки шалят, а? Простите, здесь не пансион истеричных девиц, хочется гнев сорвать - бейте бабушкин фарфор! Лицо Иллит застыло в недоумении. - Вы что-то путаете. - наконец проговорила она с расстановкой. - Я не палила свои покои. Это не в моих интересах, насколько вы понимаете. Иллит внимательней присмотрелась к Каоринайт - волосы в пепле, на лице сажа, а дымом несёт за три версты... "Если горели действительно мои покои, то гобелены вряд ли выжили." - не без сожаления заключила она, завершив осмотр Хранительницы замковых ключей. -Дамы, вы нас извините? Иллит невольно вздрогнула, когда холодные губы Королевского секретаря коснулись ее руки, и, не сводя задумчивого взгляда с рыжеволосой, сдержанно кивнула. "Появился ты очень некстати, а вот уходишь вовремя. Реабилитировался. Прощаю." Разговоры с женщинами Иллит давались куда сложнее, чем разговоры с мужчинами. А по скольку разговор с Каоринайт был не просто разговором, а прямым обвинением, требовалась соредоточенность и как можно меньше отвлекающих манёвров. "Интересно, значит ли это, что мне грозит ночь в темнице за мнимый поджог или пора начинать искать место для ночлега поуютней, чем собственные...обгоревшие покои” Иллит мило улыбнулась на прощание Лазуриту и, когда молодые люди скрылись из виду, провела ладонью по лбу: - С чего вы взяли, что виновница пожара я?

Лазурит: - Мог бы, - наконец обронил лорд Вольфрам. И, не теряя времени, попрощался с дамами и двинулся дальше по коридору. Прежде чем проскользнуть вслед за арреатом, Лазурит, обернувшись, склонился в прощальном полупоклоне, мысленно попросив прощения у все-таки брошенной на полпути Берти, и, заметив, что лорд Вольфрам уже входит в музыкальную комнату, мигом оказался рядом. У двери, потакая врожденному любопытству, задержался буквально на пару секунд. Успел уловить: - С чего вы взяли, что...? А вот дальше стоять на пороге было бы неприлично даже при накинутом легком отводе глаз. Мелька сказал самому себе, что дальнейший ход беседы ему ясен, и аккуратно прикрыл за собой дверь музыкального салона.

Бертьерайт: Бертьерайт во время "милой" беседы этих двух женщин стояла молча и только наблюдала. Их разговор был не интересен. Да и что вообще может быть интересного в разборках? К тому же Бертье не принимала в этом участие, чему была даже рада. Пока леди Каоринайт и леди Иллит выясняли отношения, Лазурит уже обратился к лорду Вольфраму с просьбой поговорить. И вот в этот момент девушка поняла, что ей действительно здесь делать нечего. - Извините, я тоже пойду. - Обратилась она к двум девушкам и направилась в свою комнату.

Каоринайт: О боже, она не только растяпа, но еще и глупа... Хотя, может, просто ничего не знает про замок. В любом случае, незнание законов не освобождает от ответсвенности. - С чего я взяла? Да замок мне и сказал, после того как вы подпалили ему левое ребро, леди Иллит, - обращение само собой произнеслось иронично и ядовито, давая понять, что всякие жеманные изнеженные леди вроде этой Иллит должны пылинки сдувать с Реальгара, а не бловаться с огнем. магия - не игрушка для детей, а особенно - в королевском замке.

Иллит: - С чего я взяла? Да замок мне и сказал, после того как вы подпалили ему левое ребро, леди Иллит. Иллит скептически изогнула бровь: - Ну раз замок настолько разумен, что соизволил вещать...не упомянул ли он случайно о том, что мои магические способности ограничены вот этой вещицей? - она изящно протянула Каоринай увенчанную массивным браслетом руку. Распространятся о предназначении браслета Иллит совершенно не хотелось, но ситуация требовала алиби. Потому первый раз в жизни она заговорила о своём неотъемлемом реквизите, который казалось врос в запястье за долгие годы. "Вот такие у меня кандалы" - так и подмывало ответить на заинтересованный взгляд Каоринайт при виде браслета.

Каоринайт: Ограничены? Этим? - вскинула брови Каоринайт. - Интересно, с чего бы это кому-нибудь пришло в голову держать ее магию под замком? Или... Хранительница замка много знала и о самом Реальгаре, разумеется, и о истории самого королевства. И на кого одевали подобные побрякушки, тоже помнила. Но сути дела это не меняло. - Значит, - фыркнула женщина, - ваша игрушка вышла из строя. Вам стоит обратиться к королевскому магу, чтобы он привел ее в надлежащее состояние. А еще - в королевскую магическую Академию, чтобы получить навыки первого класса и научиться контролировать магические выбросы.Каори вздохнула. Запал ее проходил, ребра болели поменьше, и она начала подумывать о том, что же спровоцировало всю эту ситуацию - Впрочем, перед этим вам нужно будет найти новый покои. Чтобы привести в порядок ваши, понадобится пара дней. - пауза. - Подобные магические выбросы обычно провоцируются сильными эмоциями. И имеют привычку повторяться через некоторое время. Если вы не побрезгуете спуститься в мой кабинет, я дам вам настойку, которая поможет контролировать магию хотя бы то минимальное время, что потребуется для решение этой... проблемы.

Иллит: Ха... -невесело усмехнулась про себя Иллит. - Сейчас, буду я вам что-то контролировать. Не дождётесь! Если этот пожар действительно моих рук дело...вам придётся чинить ещё ни одни покои…или весь замок... Блеснув светло-карими глазами, Иллит примирительно улыбнулась Каоринайт: -Ну, если эти "игрушки" поломались...я думаю, имеет смысл их снять. - она невинно вскинула брови и многозначительно посмотрела на собеседницу. - Что же касается настойки, конечно, я с благодарностью приму её от вас. Не хотелось бы впредь доставлять неприятности такому гостеприимному хозяину, как Его Величество. Куда идти?

Каоринайт: - Не я их одевала, не мне их и снимать, - отмахнулась Каори. Возмущение спало, с глаз спала пелена злости, и все было бы хорошо, да только угораздило ее собеседницу родиться с золотыистыми волосами. Этот противный цвет постоянно наводил на мысли о том, что вытворила эта мелкая и наглая, да еще и аромат собственных подпаленых волос и сажа, поселившаяся даже подмышками, не способствовали хорошему настроению ключницы. Улыбнувшись при мысли о реакции златовласки на больших пауков, откормленных Пиндаром в подземельях замка, Каори повела девушку по коридору прямо, а потом по винтовой лестницы вниз. -Но вы не волнуйтесь, вот вернется король, мы обязательно с ним обсудим эту.. хм.. поломку ваших украшений. Обе в Подземелья

Лазурит: Из музыкального салона В конце коридора Каоринайт под ручку сопровождала в буквальном смысле вспыльчивую леди в сторону лестницы. Лазурит, захамелеонившийся при первых звуках чужих голосов, смущенно потоптался на месте, ожидая, пока они уйдут достаточно далеко, вслушиваясь в разговор не столько из интереса, сколько по случайному стечению обстоятельств, и помчался за ними - на кухню. Потому что если и было во дворце что-то, что могло сравняться по количеству сосредоточенных в этом положительных эмоций с принцем Рубеусом, то это была кухня; а раз принца пока не было, Мелька направился восстанавливать душевное равновесие единственным ныне доступным образом. -> В дворцовую кухню =З

Лазурит: Из сада Мелька влетел в коридор - и резко затормозил. Капюшон куртки за спиной пару раз неподобающим образом хлопнул. Шпионус нахмурился. - Так-так, - пробормотал он, заводя руку за спину. - Так-таак... - протянул он, завертевшись на месте. - Так и есть! - с досадой воскликнул он, нащупав надорванную петельку на воротнике. Завязка капюшона оторвалась и... ...осталась в саду. Попытка телепортироваться туда с треском провалилась. Лазурит разнервничался - все шло наперекосяк! - и рванул обратно, стараясь как можно тише ступать тяжелыми ботинками. => Обратно в сад)

Petz: ==>Площадь перед дворцом "Нашла место, где можно оказаться незамеченной..." - параноя усиливалась, леди чувствовала себя грязной, избитой, больной, жалкой и не имеющей абсолютно никакого желания с кем-либо пересечься по пути в свою комнату. Было очень неприятно, хотелось скорее оказаться у себя, крепко-накрепко запереть дверь и отмокать в ванной... Ну, или еще что-нибудь. План действий еще не был завершен. Кажется, все же ей повезло и ни единой живой души в коридоре не намечалось, ну и хорошо, приключений ей на сегодня достаточно. Вдруг под ее же собственной ногой как-то необычно громко скрипнула половица. Придворная пискнула и моментально поспешила телепортироваться к себе. комната Кермисайт==>

Валери: => Из Храма Нефрита Оставив Лелика в конюшне и искренне надеясь, что он на сегодня нагулялся, Валери отправилась на поиски потерявшихся жриц. В саду поблизости от дворца не было ни их, ни Абеля, так же как и на крыльце. Порыскав по ближайшим комнатам и не найдя никого похожего, она остановилась и прислонилась к стене напротив рыцарских доспехов. Хотелось спать. Не хотелось искать каких-то жриц, которые все равно не пропадут. Но Флюорит же на нее рассчитывает. Валери потрепала кончик косички, лента неожиданно соскользнула и упала на пол. Леди Гематит, наклонилась за ней, потянулась, но тут усталые ножки не выдержали и девушка плюхнулась на пол, немного ушибив правую руку и бедро. - Ну чтоооо такое, - тихо заныла она, усаживаясь поудобней. Где их искать? Неожидано в тишине коридора послышался топот ног. Она с надеждой подняла голову - вдруг ей несказано повезло - но это был всего лишь мальчишка в костюме поваренка, с испуганым лицом бежавший по коридору. - Куда торопишься в столь поздний час? - полюбопытствовала от нечего делать Валери. Он взвизгнул и подпрыгнул, девушка ойкнула и наступила тишина. - Я-я... домой. - наконец проблеял поваренок, чуть отдышавшись и опознав в Валери придворную. - А то там нашу кухню грабят какие-то ужасные люди. Текилу что ли с устрицами ищут, повар что-то кричал, а я убежал, а то меня мама дома ждет... Он всхлипнул и расправил плечи ,будто отстаивая свой долг не пострадать и вернутся к маме. - А там господин Асбест, он со всем разберется. - Да уж, - протянула она, - Он-то разберется, не сомневаюсь... А ты беги уже к маме, час уже поздний... Поваренок ушел, а Валери тяжко вздохнула - вряд ли жрицы стали бы грабить кухню. Да еще и текилы с устрицами требовать. Леди попыталась заплести обратно расплетающуюся косу, но та выскальзывала из сонных пальцев. А спать было еще рано. Надо было найти... - Ваааа, Нефрит Всезнающий, ну что же мне делать?! - в сердцах крикнула она обращение к покровителю, даже не надеясь докричаться, а просто давая выход эмоциям, но... ее услышали. Кончик косы выскользнул из пальцев, кисть упала на пол, глаза закрылись сами собой, а Валери провалилачсь в глубокий сон и начала медленно заваливатся на бок вдоль стены, но упасть не успела. Глаза открылись опять, на сей раз темно-синие, а не серо-зеленые как обычно. Валери встала, без тени недовольства или усталости на лице, оглядела себя и коридор. Всмотрелась в отражение в доспехах напротив. - Ну что же, - довольно произнес Нефрит. - Устриц и текилы, говорите? Он с сомнением посмотрел на распускающуюся косу - плести и вязать он просто ненавидел - стянул ленту со второй косы и с удовольствием их распустил. Золотисто-русые немного волнистые из-за того, что были заплетены целый день волосы дошли почти до самого пола и окутали всю фигуру девушки золотистым светом. Нефрит встряхнул головой, повел плечами, вытащил из подола репей, а из прически веточку и направился к кухне. Уж он-то точно знал, кто ее грабит - слишком часто звучало его имя. => На кухню Да да, я жулик, но мне положено...

Сирена: Из кухни. Паровозиком вытягивая за собой повара и жрицу, Сирена самозабвенно шлепала босыми пятками по каменным плитам. После того, как выпрыгнувший из окна Асбест отлетел на приличное расстояние, в этой части замка стало тихо. Шепоток звезд заглушали каменные своды и еще магическое невесть что, даже рядом с кухней накрученное многочисленными хозяевами так, что пресловутых феечек, жадных до девичьей крови, тут бы прямо-таки сплющило. А какое-нибудь магическое зверье покрупнее наглядно бы потрамбовало. Провидица представила себе круглых ушастых мародеров из близлежащих лесов, принявших характерный подавленных вид и звучно хихикнула. - Покормите нас, господин Повар, - ушастые звери навевали мысли о свежей выпечке, и Сирена проникновенно прижала свободную ладонь к стратегически скудно одетой груди. - С нами стооолько всего случилось!..

Жа Вю: Из кухни -А кто хозяин этого дома? - спросила она. - И... где Сирена? Она странная... я немного беспокоюсь за неё. Повар всплеснул руками. Вот уж точно странная. Ладно эта-то слепая, но её спутница наверняка зрячая! Что ж она, луковица беспардонная, замок не узнала?! Или салату с дурманом натрескалась? - Послушай, послушай, я давно хотела повидаться с "хозяином". Правда, давно. Но он ужасно занятой человек, ты же знаешь. Вы, кстати, видели, как он полетел? Видели? Жа Вю настороженно вгляделся в лицо Сирены, поймал между пушистыми хлопающими ресницами какой-то неустойчивый, перемешанный, словно винегрет, взгляд, почесал лысину под колпаком и понял - объяснять придётся всерьёз. - Леди, вы во Дворце, а хозяином Дворца является никто иной, как Его Величество Алмаз Первый. А я - Жа Вю, придворный шеф-повар, маэстро кулинарии запада и востока, гордость дворцовой кухни. Его Величество, храни Его Кунсайт, меня очень ценит. А уж принц Рубеус... - маленький повар раздулся от гордости, становясь ещё больше похожим на круглобокое канаанское яблоко. - Улетел же начальник стражи, господин Асбест. Пантерша у него крылатая - из мутантов, кажется. Или из Лаборатории, прости господи - повар по-особому скрестил пальцы, знак Неврита против дурного глаза... А вы кто и откуда? Ох, ну надеюсь не шпионки. Не будут же подсылать незрячую и ненормальную. Правда же? На душе у повара всё же было неспокойно. А- банная комната вот она, - повар толкнул дверцу в маленькое, но чистое помещение. - Там халаты висят - наших Сарги и Долли, накинуть можете. А я пока стол накрою

Нанали: Из кухни Нанали вздрогнула всем телом: -Дворец? Его Величество?.. По её представлениям, за всё то,что они совершили (или ещё не вовершили?) по незнанию на территории дворца их следовало, по меньшей мере, четвертовать. А ей части тела были всё ещё дороги, как память; умирать раньше времени не хотелось просто ужасно; девушка вырвала руку из пальцев повара и сделала полушажок к Сирене, как если бы просила защитить. Но повар просто продолжал свою речь, и на душе становилось немного спокойнее. Если бы их хотели поймать и казнить, то, наверное, уже бы это сделали, и не нужно было оставлять повара заговаривать им зубы. С другой стороны, он говорил такие непонятные странности, что можно было и усомниться в их смысловой наполненности. Асбесты летающие, пантеры-мутанты... а если всё было так и на самом деле - можно только порадоваться, что не могла этого видеть. -А я пока стол накрою. "Сейчас пойдёт и вызовет охрану", - мурашки пробежали у девушки по спине. И Нанали устыдилась: "Зачем я так о нём? Он не сделал нам ничего плохого. Я бы на его месте просто помогла бы..." Она отпустила руку Сирены и обстоятельно, по форме, присела перед Жа Вю в реверансе. Жаль только, что от платья у неё оставалось разве что некоторое подобие лоскутных бикини, а длинные волосы спутались, и выглядело это совсем не так благородно и красиво, как должно было бы. -Я ещё не имела чести отведать Ваших блюд, но уже уверена, что Вы такой же прекрасный повар, как и человек. Моё имя Нанали Розенкварц, - представилась девушка ещё раз, - я жрица в храме Нефрита. Мы бесконечно благодарны Вам за доброту и поддержку...

Жа Вю: - Ооо, жрицы! - уважительно покивал повар. - Для вас будут самые свежие, самые лучшие, самые ароматные блюда!!! Жрецы всегда казались Жа Вю странноватыми, потому он решил, что это всё объясняет. Но долго находится рядом со жрицами было опасно, ещё не так что скажешь, не то подумаешь, а они богам и понажалуются, чего доброго. Повар поспешил откланяться. - Пойду готовит прямо сейчас, непременно, сей же момент!!! О шампиньоны в сухариках, утка в белом вине, и конечно же мидии, устрицы, тигровые креветки с лимонным соком.... на кухню

Алмаз: Из канцелярии. Несмотря на то, что телепорт в коридор канцелярии привел именно в коридор, и даже, на удивление, канцелярии, дальше пользоваться магией перемещения Алмаз не захотел. Ему нужны были хотя бы пятнадцать минут тишины. Родонит все еще не отзывался. Значит, спал без задних ног, как выражаются офицеры среднего звена - ведь предыдущую ночь провел в лаборатории, разворачивая первый слой щита. Конечно, лучше было бы с трезвомыслящим и наблюдательным адъютантом поговорить сейчас, не дожидаясь утра. Маг такого уровня мастерства, конечно, потом прочитает неотвеченный зов, но...это может быть нескоро. До того времени можно сойти с ума не один раз - это дело нехитрое и недолгое. "А малыш пошел к ней. Можно даже не проверять. Он в нее влюблен до безумия..." Факелы горели тускло и устало, как будто из неугасимого огня выпили энергию, и полутемный коридор, казалось, сужался. Как во сне. Почему еще могло быть так тяжело плечам? "...И я не знаю, что с этим делать." Мрачные мысли пользовались моментом и уверенно грызли беззащитного короля. "Почему я Кунсайту не сказал? Только ли потому, что не уверен?...Где же Орлика богини носят, а?" В тени за открытой дверью шевелились какие-то тени. Задумавшись, Алмаз едва успел остановиться и не столкнуться с невидимыми пока людьми.

Сирена: Сирена поджимала пальцы ног - пол был холодный. - Ты когда-нибудь пробовала тигровых креветок? - спросила она у Наны, заглядывая за дверь. В небольшой комнате с выложенным керамической плиткой висели два халатика и стояли в ряд тапочки. Дальше, за еще одной дверью, стоял ряд тазов. - Однажды Абель принес мне живых раков, - провидица потянула носом, вдыхая все еще влажный воздух, - но они были совсем не похожи на этих тигровых креветок. Ну, ты понимаешь, никаких полосок, никаких клыков... Она так и не выпустила ладони Нанали. Вдруг опять кто-то возьмется уводить? А упустить девушку, которая умела так бесстрашно приседать в книксене в настолько рискованном наряде Сирена терять не желала. Тем более, Нана светилась. Её даже мыть сейчас было жалко. - Ооо нет, - сказала Сирена, оборачиваясь на звук приближающихся шагов и обхватывая жрицу за плечи, - я тебе её не отдам! Она светит... ся... Человеку, подошедшему к ним вплотную, она бы, пожалуй, Нану бы отдала. На время, по крайней мере, точно. И вообще дала бы все, что угодно, потому что выражение лица у него было унылое-унылое. - Но, конечно, - заторопилась Сирена, - можно посмотреть, как она светится... И... Это не сработало. Честно говоря, будь Сирена мужчиной в расцвете сил, она тоже бы не согласилась только любоваться слабо фосфоресцирующей Наной. На ощупь она была в разы приятнее. - Что же это я, - провидица отпустила жрицу и схватила её за ладони, - я совсем забыла вас познакомить. Вот. Это, - она развела руки Наны в стороны, изображая книксен, - Нанали Розенкранц, жрица в храме Нефрита... Хлоп! - и Сирена положила ладони Наны на монаршью грудь. Затем прищурилась, разглядывая Алмаза. - Боже мой, - сказала она наконец, приложив ладошки Наны к королевским щекам, - какой мужчина! На щеках у Алмаза остались две фосфоресцирующие пятерни, а провидица, отпустив руки Наны, хлопнула себя по лбу. Как же она могла забыть! - А я, - она смущенно ковырнула босой ногой пол, - а я Сирена...

Нанали: -Нет, - озадаченно ответила Нана на какой-то не слишком уместный воспрос. - Мне не говорили про тигровых креветок. Говорили только про тигровые хвосты. На самом деле, конечно, кормили в храме хорошо и разнообразно. А Нанали кормили разнообразнее всех - в частности, ей, без её ведома, частенько давали первой попробовать то, что другие не решались, и уже только после "независимой экспертизы" думали - а стоит ли? Девушка, в принципе, отличала все блюда по запаху, но тут ещё стоял вопрос - а всегда ли ей давали выбор? Может быть, и тигровых креветок она пробовала. Была на прошлой неделе какая-то гадость в хрупком панцире с маленькими мохнатыми лапками. Хотя, вроде бы, ещё с крылышками... Нана на самом деле не распробовала - выплюнула, когда гадость очнулась во рту и попыталась улететь. -Полоски? - уточнила она. То был один из элементов рисунка, который очень легко представить, увидев хоть раз в жизни, и очень сложно - никогда в жизни не видев. Потому что это сугубо визуальное качество, не переходящее в объём. А объём - это уже не полоски, а ребристость. Сирена тем временем несла кому-то возмездие во имя храма Нефрита - то есть, полную чушь. "Я свечусь? Или это не про меня? Да помойте меня уже-е!!!" - Нанали поняла, что близка к истерике. В очередной раз за день. И что, если о ней немедленно не позаботятся, она закатит такой грандиозный скандал, какого от неё ещё не видели. Вместо того, чтобы её мыть, Сирена стала тыкать её куда-то руками; Нана держала ладошки совсем не так, как если бы хотела кого-то ощупать, а так, как защищаются от столкновения. А вы бы что делали, если бы вас тыкали носом в условную стену? -Я Розенкварц... - простонала девушка; наконец, её отпустили. Тогда Нанали, не долго думая, села на пол и обняла колени руками: -Я больше никуда не пойду. Или никуда, или купаться. Не трогайте меня.

Алмаз: Из одной открытой двери вкусно пахло сметанным соусом – так, что Алмаз мимолетно пожалел о том, что пообедал в городе. Кроме этого, оттуда веяло аурой Нефрита, и сильно, но вспышка шла на угасание. Вторая дверь никаких ароматов не пропускала, но давала густую тень. И уж в этой тени сияли два пронзительно синих глаза…и какие-то смутные светящиеся пятна рядом. Замерев на середине шага, озадаченный король пронаблюдал появление из таинственного полумрака женщины с длинными яркими волосами и стеснительной, полусумасшедшей улыбкой и хрупкой девушки невероятной красоты, едва прикрытой в стратегически важных точках обрывками одежды. Мерцающих пятен на ней было больше, чем белья…то есть, белья на ней не было вовсе. Первую он узнал почти сразу. Невероятная особа, «госпожа Сирена», на храмовых праздниках – загадочная, укутанная в свои невероятные аквамариновые локоны сивилла. По слухам - самая сильная, и оттого особенно неадекватная прорицательница. «Вот часть людей Корунда и объявилась. Правда, выглядят они довольно странно…как для жриц, отобранных в официальную делегацию, конечно. Для храма Нефрита они еще прилично смотрятся. Может, там теперь принято совершать визиты грязными и полураздетыми? Притом, «полураздетыми» – это даже традиционно у них…» В том, что именно эти двое оказались представительницами столичного храма бога ночи, чувствовалось влияние неповторимого Нефритовского юмора. - Добрый вечер, госпожа Сирена, - памятуя о странностях легендарной пророчицы, король вежливо сделал вид, что не видит ничего странного в босой и изгвазданной непонятно в чем жрице, прикладывающей ручки своей спутницы к первому встречному. - С вами все в порядке? Представиться сам он как-то не подумал. Девушка поменьше, коснувшись холодными ладошками лица Алмаза, сползла куда-то вниз и сжалась в несчастный комочек. Недолго думая, король (еще не совсем трезвый и от этого особенно склонный сначала делать, а потом думать, прилично ли это для вменяемого современного монарха) наклонился и взял страдающую жрицу Нанали Розенкварц на руки. Она оказалась легкой и пока не такой холодной, как ее руки. - Не переживайте, здесь недалеко есть ванная комната, - доверительно сообщил он расстроенной девушке. – Пойдемте, госпожа Сирена. Вас не смутит, что этой ванной обычно пользуются работницы кухни?

Нанали: До Нанали только, когда её взяли на руки, дошло, что ей давали потрогать нового человека, а не элемент стены. И что к ним кто-то вообще подошёл. От прикосновения она сначала немного вздрогнула, но потом расслабилась. На руках её не носили уже довольно давно, с неделю. Замечательная возможность, наконец, отдохнуть. "И всё же... кто это?" Девушка, осмелев, протянула руку к незнакомцу с добрым голосом. Волосы. Пушистые, немного заросшие. Шея. Мочка уха. Складочка ушной раковины. Кончики ресниц, чуть дрогнувшие от прикосновения, брови, кончик носа, губы. Подбородок, шея. Нанали касалась Алмаза только кончиками пальцев, едва-едва, невесомо, привычно и быстро. По шее левая рука скользнула ниже, к воротнику: пуговицы. Крупные. Немного грубоватая ткань - это не рубашка. Тонкая рука легко скользнула между пуговицами под китель; там не было ничего непривычного принципиально, но всё же была незнакомая мужская грудь. -А нет какой-нибудь большой и настоящей ванной? - робким и тихим голосом задала расслабившаяся девушка вопрос, подходящий для в конец обнаглевшей принцессы, продолжая заниматься изучением заботливого незнакомца. По её представлениям, он был кем-то вроде слуги - раз так сразу бросился помогать...

Сирена: - С вами все в порядке? Сирена часто-часто закивала, но потом, кинув взгляд на Нанали, осеклась и замотала головой. Все-таки, похоже, для жрицы этого всего было чересчур. Впрочем, его величество, кажется, и сам это понял с первого взгляда. Провидица, удовлетворенно кивнув, почуяла легкий запах алкоголя и, ведомая им, описала сужающуюся спираль вокруг Алмаза. - А нет какой-нибудь большой и настоящей ванной? - спросила "осмотревшая" короля Нана. Сирена напомнила себе проверить, запоминает ли жрица людей наощупь. - Ну ты же можешь сделать ванну, - она обвила руки вокруг монаршьего живота, - Ну пожалуйста? И вообще. В конце концов. Я предсказываю приличную ванну! Зачастую это работало. Как однажды сказал Нефрит, волеизъявления корректируют реальность.

Алмаз: Минимально одетая жрица сразу удобно устроилась на руках - видно, это прелестное создание так и передвигалось, используя как транспорт подвернувшихся доброхотов. Алмаз понял, что девушка слепа, когда почувствовал легкие прикосновения к своему лицу. Ее глаза он увидел только потом, когда маленькая процессия вышла на свет. «Я даже не хочу думать, зачем эту бедную девочку тоже тащат с нами…» Судя по изодранной одежде, жрицы добирались до дворца долго и с приключениями. Варианты приходили в голову разные – от банальных разбойников до хищных терновых лабиринтов. Или стаи диких кошек, давно не точивших когти. Или роя светлячков-самоубийц – отчего-то же мерцали в темноте коленки Нанали и волосы Сирены! Алмаз понял, что думает чушь, и очнулся, когда ледяные пальчики скользнули за воротник. Лицо жрицы оставалось таким же спокойным и деловитым. - В этом замке очень приличные ванные, вам понравится, - успокоил король, поудобнее перехватывая девушку. – Я бы с удовольствием предложил вам свою, но у меня ее нет. Предсказательница была не такой капризной, как ее напарница, и не такой ослабевшей, что не могло не радовать. Двоих он не донес бы. Хоть Нанали и весила примерно как два Айса, а Сирена была немногим больше нее. Где-то в южном крыле сыпались искры мелкой, но неприятной магии – кто-то решил сделать «ленивую уборку», возле ворот один за другим загорались огоньки сторожевых чар. Тихо, на затухание светились лаборатории – самые гадостные участки с точки зрения побочных эффектов для щита. Почему-то от этой магии, превосходящей человеческие способности и где-то потихоньку подкапывающей устойчивость рассудка, замок стал ближе и роднее, чем раньше. В ванную.

Petz: ==> Комната Асбеста Захваченный плащ был очень кстати. В главном коридоре дворца, не смотря на позднее время, было куда оживленнее, чем в закутках около комнат потенциальных жертв. Леди куталась в плащ, словно была вампиром, боящимся любого света по определению... и взглядом в том числе. Чувство того, что она сделала (и продолжает делать, но оно уже подходит к концу) что-то неимоверно неправильно, настолько неправильное, что даже титаны бы прогнулись под грузом этой неправильности, не покидало ее. Однако улыбка против ее отходящей от чая воли не покидала ее лицо, а глаза все еще блестели... Ну и мысли были им под стать. Вот только предчувствия и ощущения нерадостные. Но мысли еще с ними не ознакомились в полном объеме. Да и рациональная логика не проснулась, чтобы приступить к подробному анализу всех действий. Летящей походкой Петсайт следовала по коридору. Иногда леди замирала, иногда возвращалась назад. Она никак не могла вспомнить, что там твердил призрак про место встречи. - Скорбеть, но молчать... - бубнила леди себе под нос, припоминая призрачьи слова, - У себя я вас буду встречать... привечать... Не то. В гости буду вас звать... Да нет же! "Забыла... Ну, где могут обитать призраки... в нашем замке... в это время года?" Догадка была, но в правоте своей леди была не уверена. Просто ногам надоело бродить без цели, и они явно обрадовались появлению оной. Петсайт направилась в одну из башен замка. Печальная башня ==>

Время: Третий игровой день. Утро. В теме: никого.

Бертьерайт: Комната Бертьерайт --> Утром во дворце было тихо, как, впрочем, всегда в раннее время. Многие наверняка ещё спали, Бертьерайт же привыкла вставать как только взойдёт солнце, и по утрам либо гулять по саду, либо сидеть в библиотеке и проводить время до завтрака за какой-нибудь интересной книжкой. Чем девушка хотела заняться сейчас, она и сама не знала. Просто шла вдоль коридора, по которому эхом разносился стук её каблуков о пол. В руках крепко сжимала веер, подаренный ей призраком, и до сих пор не могла решить, что с ним делать дальше. В принципе, можно было бы просто избавиться от него, не проверяя магических возможностей этой вещицы, а с другой стороны, любопытство так и норовило взять верх над девушкой. Если уж призраки существуют, тогда и веер волшебный! - заключила Бертье и остановилась, с любопытсвом разглядывая его.

Алмаз: Из сада. В замке царило нездоровое оживление - можно было подумать, что все его многочисленные обитатели собираются в дорогу. Где-то шуршали юбки и в два раза чаще обычного стучали каблучки, сдержанные офицеры что-то вполголоса обсуждали. В вежливых поклонах чувствовалось нетерпеливое любопытство. Как будто придворные ждали, что скоро случится что-то неприятное, странное, но непреодолимо интересное. Алмаз торопливо кивал, отвечая на приветствия, и старался не обращать внимания на напряженные лица тех, кто открыто или негласно был противником союза с недавними врагами. Пусть терпят молча. "У них еще будет время раздумать, когда мы получим земли, освоить которые у ленивых, благополучных сильверцев не хватало смелости, а вечно с трудом выходящую в ноль казну польется золото. Они его копили поколениями неизвестно зачем, а толку... Сколько всего можно сделать!" Извините...можно вас буквально на мгновение отвлечь? Король разминулся с группкой клерков и повернул к лестнице. Доброе утро, Гелиотроп. Как ваша поездка? Доброе, ваше величество. Пока ничего выходящего за рамки моих ожиданий. Нашел одного интересного молодого педагога, у него совершенно революционная методика работы с малышами. Тут его не понимают, буду с собой забирать, как только он доучит теперешний класс. Где вы сейчас? О, под самым Ленцем. Мы быстро двигаемся, здесь хорошие дороги. Название города Алмазу почти ни о чем не говорило - так, непримечательная точка на карте. Но от начала маршрута действительно далековато. А при нелюбви Гелиотропа к телепортам и обычно черепашьей скорости его скурпулезных проверок, так и вообще невероятная скорость. Что там в деревенских школах? Есть недобор? Еще прячут детей? - сами необразованные, крестьяне еще лет пять назад категорически отказывались отдавать детей учиться хотя бы чтению и письму. И уж сколько ни бились Гелиотроп, Оливин и их люди, все равно в каждом поселке находилось хотя бы несколько семей, в которых младшее поколение учили только работать в поле и ходить за скотиной. Не больше, чем я предполагал, - осторожно успокоил министр. - И, увы, не меньше. Но я не по этому поводу вас побеспокоил. Помните, я вам говорил о неком университетском кружке? Поклонники стихов и трепетных барышень? Помню, конечно. И про сегодняшнюю комиссию тоже. Не переживайте. Ну, я на всякий случай напомнил, - с обаятельной бесцеремонностью учителя, знающего "как надо и как лучше", сказал Гелиотроп. - Пожалуйста, приглядитесь к этому юноше повнимательнее. Я тут думал, пока ехал... Они слишком серьезны и чересчур хорошо организованны. Как для литературного салона и для своего возраста. Обязательно. Посмотрим, что там за хитрый парень. Спокойной вам дороги. Благодарю. И вам доброй дороги. Как вернемся - и вы, и я - я вам такую книгу покажу! Учебник времен вашего пра-прадеда! Договорились, - Алмаз прервал нить разговора и...чуть не столкнулся с девушкой в нежно-голубом. Судя по ее задумчивости, общей нервозности она не поддалась. - Простите, леди Бертьерайт, - король покаянно наклонил голову. - Я вас не заметил.

Лазурит: Из комнаты Лазурита Лазурит мчался по коридору, увлекая за собой на полшага отстающую полусферу иллюзии, проскальзывая мимо встречных и ловко вписывась в занятые сонными людьми повороты. Он не мог сказать, что знал годами росший замок досконально, но все равно чувствовал себя здесь, как рыба в воде. Необходимость пробежаться неумытым, голым по пояс и нагруженным одеждой через толпы отвлеченных иллюзией людей была для него куда менее страшна, чем тет-а-тет с некоторыми людьми, мнению которых шпион придавал большое значение. Вот, например... Мелька притормозил и встал на цыпочки. Впереди стояла, хлопая пушстыми белыми ресницами, леди Бертьерайт, его вчерашняя спутница при кратком осмотре замка. Она бы мало чем отличалась от всех прочих (немногочисленных в этом часу) дам, встреченных Лазуритом, но в непосредственной близости от неё находился монарх. Монарх с первого дня знакомства заставлял Лазурита трепетать. В легкой апатичности Алмаза мальчишке чудился опасный подвох. Да и корона запросто может сделать из самого незаметного человека пугающую диковинку. Лазурит подобрался и прижался спиной к стене, закинув рубашку на плечо поудобнее - и тут король сделал небольшой шаг назад и безнадежно перекрыл проход. Мелька аж вздрогнул. Можно было бы подвинуть Бертьерайт - она барышня погруженная в себя, не заметит, тем более что сейчас занята тем, что сияет глазами на Алмаза. Но вдруг король обратит внимание? Лазурит сморщился и перемялся с ноги на ногу. Может, Алмаз скоро отойдет? Не отошел. И даже беседу начал. Шпион ел глазами небольшой просвет между монархом и стеной и выдумывал, что ему теперь с этим делать. В конце концов, прижав к сердцу ворох ткани и понадежнее сложив свернутые носки сверху, он осторожно, надеясь даже на то, что его реплика будет проигнорирована, начал: "Простите, пожалуйста?.."

Бертьерайт: На вид ничего особенного в этой вещице не было: веер как веер. Да, красивый, только вот под платье он категорически не подходил и слишком уж с ним контрастировал, выделялся. Даже Бертье это заметила. Выходит, что она хоть немного, но разбирается в моде. Если я встречу Курои Бару, то всё-таки верну его ей... - размышляла девушка. И в этот момент совсем не заметила приближавшуюся фигуру короля, который с ней чуть не столкнулся. От неожиданности Бертьерайт выронила из рук свой веер и в тот же момент, подняв уже глаза на Алмаза, поспешно поклонилась. - Доброе утро, Ваше Величество. Я... я сама виновата, остановившись посреди дороги. - Тепло улыбнувшись, ответила девушка. На самом деле она волновалась. Как всегда, когда видела короля. Наверное, это было несколько глупо с её стороны, или даже очень глупо... хотя наверняка не она одна так себя ведёт. - Простите, пожалуйста?.. Кажется, чей-то знакомый голос. Бертье обернулась и бросила мимолётный взгляд в сторону Лазурита, поприветствовав его и желая "доброго утра".

Нанали: Из комнаты для гостей (Сирена, Нанали) Нанали успела понять только одно: её снова куда-то тащат. Судя по интонациям - то ли зажарить и съесть, то ли заколотить заживо в гроб. Двадцатидюймовыми гвоздями. По центру крышки. Жрица пыталась слегка отбиваться от энергичной ровидицы, но получалось так себе: "Никакая она не добрая! Я её терпеть не могу! Нефрит, ты скотина, потому что мне приходится её терпеть!" Нанали прислушалась на всякий пожарный: не слышно ли летящей сверху молнии. Слышно не было, опасность миновала. -Сирена, мы ведь не одеты, куда ты идёшь! - попыталась урезонить свою проводницу девушка, вцепилась в неё двумя руками - и, как могла, потянула назад - хотя направление "назад" после всего этого кружения у неё сбилось на сто восемьдесят градусов. - Как смогла открыть дверь, её же заперли снаружи, я слышала! Жрица теперь не была уверена, существуют ли для провидиц двери вообще. Как и стены.

Алмаз: - Ну что вы, - увидев растерянное лицо девушки, Алмаз взял вину на себя. - С вашей грацией, и говорить о неловкости... На самом деле, почти неудобно стало самому королю. Это хрупкое созданье в облаке небесного муслина, девушка с доверчивым личиком и изнеженными руками, казалась гостьей из старинного романа о временах тех предков, которых за давностью лет считали великими. Тогда все было так просто! Храбрые рыцари сражались на турнирах и изредка колотили какую-нибудь особо вредную нечисть. Их подвиги воспевали сладкоречивые поэты, хороводами кружившие вокруг трона. Стихам внимали вот такие же нежные барышни, как леди Бертьерайт, робко поглядывая на вышеупомянутых доблестных рыцарей. За всем этим великолепием благожелательно наблюдали его величество (непременно мудрый) и ее величество (так же обязательно прекрасная). Монархи воспитывали детей, женили рыцарей на дамах, щедро дарили менестрелям драгоценные подарки. Все существовало как-то само собой, и никто не задумывался о системах севооборота, сукновальных станках на водяном приводе и кровавых битвахз на ниве дипломатической казуистики. Им, великим, было проще. У них счастливые крестьяне платили оброк верным рыцарям, а уж те, потратив часть наличности на бриллианты для своих дам, честно и без утайки сдавали все в казну. Земля точно так же легко отдавала свои богатства, кормила всю эту компанию высокородных прожигателей жизни и никто даже не задумывался о том, что ее может не хватить всем желающим сеять и строить. Словом, процветающим монархам оставалось только жить до старости. А здесь что? Своенравные дворяне типа Альмы или Оливина, совершенно уверенные в том, что они все знают лучше, а на упоминание турнира или дуэли разве что покрутят пальцем у виска. Единственный приличный поэт - приведение, пользуется своей безнаказанностью и сочиняет такую похабщину, от которой краснеют даже стражники. Самая изысканная придворная дама бродит ночью по замку пьяная, вламывается в чужие комнаты и целуется с подворачивающимися под руку королями. И все это чепуха по сравнению с тем, что наследник всех этих патриархальных традиций даже жениться не может без того, чтобы не провернуть какой-то опасной аферы. Которая точно закончится чьей-то смертью. И вот - ясный взор леди Бертьерайт, похожей сразу на несколько древних портретов (почему-то только девушки с младенцами обладают такой невинностью и чистотой). - У вас интересный веер, - заметил Алмаз чтобы хоть что-то сказать и отвлечься от несвоевременных рассуждений. Игрушка и в самом деле была примечательная - таких не делали и не носили не только в Канаане, но и на материках. - Это, кажется, сильверский? "А ведь пора думать о том, что на рынок хлынут не только сильверские булаты и соболя, а и такие красивые и дорогие безделушки, и на них сразу начнется мода..." - Можно посмотреть? - уже совсем забыв о великих предках и связанных с ними моральных терзаниях, король протянул руку за импортной игрушкой. Сначала он не понял, что побудило тишайшего Мельку, любимого "ребенка" рыжего, подать голос и перебить даже ничего не значащий разговор. Потом Алмаз понял, и, не оборачиваясь, переступил с ноги на ногу, как бы случайно сдвигаясь в сторону: тоненькая Берьтерайт сама по себе много места не занимала, но вдвоем, встав по диагонали, они перекрыли коридор. Извини, Лазурит, - мысленно король вовсю улыбался, и не без доброжелательной насмешки. - Ты умываться? Заходи на кухню минут через двадцать, позавтракаем...и поговорим.

Сирена: Сирена вальсировала по коридору. Она велела карме вести её в сухое темное прохладное место, чтобы соблюсти все условия хранения прелестей, и шла туда, куда её теперь несли ноги. Нанали кружилась за ней, тщетно пытась сопротивляться судьбе. - Нет, - горячо вещала ей на ухо провидица, сворачивая в ближайший коридор, - нет уж, я больше тебя никому не отдам. Для меня - для нас с тобой - теперь нет преград... Никакие двери... осторожно, сейчас будет ступенька! Много ступенек! За спиной у них ахнул мужской голос - Сирена, улышав это, припустила с удвоенной скоростью, то и дело переставляя Нану через несколько ступенек сразу. Запнись они по дороге, и дело бы кончилось разбитыми носами и коленями - и слезами, конечно. Но бог пока хранил их и от таких мелочей, так что вскоре провидица уже толкала бедром тяжелую дверь. => в подзмелья

Лазурит: Мелька почувствовал резкий приступ верноподданических чувств и просочился между монархом и стенкой с очень благодарным выражением лица. Чудом поймав и водрузив на место потерявшие равновесие носки, он остановился, несколько смущенно поклонился Бертьерайт - бабушка всегда говорила, что культурный человек культурен вне зависимости от того, видит его кто-нибудь или нет (тут, кстати, шпион заодно вспыхнул, вспомнив, что пересекает дворец по самому оживленному коридору в неприлично оголенном виде, и. если что, провал будет ну очень позорный). Алмаз с каменным выражением лица говорил даме галантные вещи. И точно так же отозвался на менталку. Пожалуй, в этом демократичном равнодушии и заключалась идея царственности в Даймонде. "Так точно", - коротко отозвался Лазурит, несколько напуганный паузой в конце фразы - и припустил по коридору, заложив лихую петлю вокруг медленно кланяющегося в сторону короля слуги. Поговорить. Вчера он чудно поговорил с Рубеусом. => в общественую ванную

Бертьерайт: Ох, как же Бертьерайт не хотелось, чтобы кто-то обратил внимание на эту волшебную штуку, веер, то бишь. Нужно было сразу спрятать его. Да, спрятать. Где-нибудь в шкафу, под кроватью или за картинами в комнате. Лишь бы никто не добрался. Она ведь так и думала, так и хотела сделать, но не сделала. А сейчас и не до этого было. На последовавший вопрос Берти и не знала, как ответить. Откуда он? От призрака? Так и сказать? Нельзя, нельзя. Её примут за сумасшедшую, а такого совсем не хотелось. Поэтому всё, что оставалось - что-нибудь придумать. Как всё сложно... Неправду говорить она никогда не любила. Благо, сейчас ей этого делать и не пришлось. - Посмотреть? Да... - не думая, выпалила она. Очевидно, мысли сейчас были где-то далеко-далеко в облаках, а вернулись только спустя некоторое время. Тем не менее, ничего больше Бертье делать не стала. А могла бы, но какое-то странное чувство помешало. В конце-то концов, не зря у неё есть этот веер? Пусть это будет всего лишь обман, сказка, сон, - хоть что. Но, главное, будет вообще.

Алмаз: Почему на фарфоровом личике леди промелькнуло такое отчаяние и что вызвало заминку с ответом, король понял только тогда, когда дотронулся до веера. Темное дерево ручки само по себе было гладким и теплым от ладони девушки, но показалось скользким от гнилостной сырости. И веяло от него неприятным холодом - не морозным, а каким-то могильным. Это странное ощущение от сильверского украшения было настолько неожиданным, что Алмаз прежде взял веер у девушки, и только потом понял, что с ним что-то не так. Наверняка опытный маг по одному взгляду на вещь опознал бы прицепленное заклинание, но не обладяющего нужной эрудицией короля хватило только на осторожный вывод "какая-то гадость". Впрочем, ничего враждебного на веере не было, единственным эффектом, который он вызывал, был слабый красноватый туман перед глазами. Но и он пропал почти сразу. "Что же это за штука?" - Алмаз покрутил веер в руках, не зная, как реагировать. С одной стороны - предмет явно негативно заряжен, и хозяйка об этом знает. И боится. С другой - но ведь отдала почти сразу, значит магия не наносит сильного вреда. Значит, это скорее секрет, чем оружие. Вернуть такую игрушку без комментариев - значит опозориться так, что словами не описать. А еще леди Бертьерайт смутилась и отдала веер только преодолев внутренее сопротивление. Получается, что заклинание работает помимо ее воли, и на случайно попавшегося на пути любопытного монарха оно должно было подействовать тоже. И вот тут вышеупомянутого осенило. Единственное, что на него действует так же слабо, как на Пиндара приличия, - "нападающая" ментальная магия. Единственное, что может скрывать девушка в таком возрасте - дела сердечные. "Да это прелестное создание занимается приворотами!" Алмаз открыл веер, благосклонно посмотрел на косую строчку древних символов, на птичек на ветке цветущего дерева, и так же доброжелательно улыбнулся незадачливой колдунье: - Не знал, что вас интересуют такие вещи, леди, - выделил "такие" голосом, король защелкнул веер и вернул его владелице. - Интересная вещь. Я бы даже сказал - хитрая... Но я не думаю, что вы в ней действительно нуждаетесь. Хорошего дня, леди Бертьерайт! Он все-таки не удержался и ввернул напоследок не очень складное нравоучение - только для того, чтобы у девушки появилось сомнение в том, что стоит пользоваться такими однозначно нехорошими игрушками там, где достаточно естественного женского очарования. В свою комнату.

Petz: ==> Комната Петсайт Неспешным прогулочным шагом леди двигалась в направлении большой залы. Вокруг сновали слуги и не только. Вот, кажется, впереди король и несколько придворных... Но ту внимание Петсайт привлекла картина со сценой охоты, у которой она вчера вечером (или уже ночью?) крутилась в попытках вспомнить, где же ее ждет призрак... "Святые Небеса! - мурашки пробежались по спине Петсайт. - А вдруг кто-нибудь сейчас... узнает... или уже знает... Зачем я вышла из комнаты? Надо было сказаться больной! Нет, умирающей!!! - перед глазами вставали все новые и новые сцены разоблачения, еще не случившееся унижение уже сейчас рвало Петс на куски. - О, Боги! Боги! Боги!!! Да хранят меня Звезды Нефрита! Сегодня просто необходимо зайти в храм!" Из водоворота воспоминаний и предчувствий чего-то ужасного, если не фатального, леди выдернул реальный мир. Какая-то служанка (или не служанка?) случайно задела придворную, вроде бы извинилась и сразу исчезла. "Ах да... К завтраку я еще успеваю? - возвращая былое самообладание, Петс продолжила свой шаг. Поравнявшись с Бертье: - Кажется это..." - Доброе утро, леди Бертьерайт.



полная версия страницы