Форум » Королевский дворец. Общие помещения » Подземелья » Ответить

Подземелья

Каоринайт: Главное по своей значимости подземелье дворца. О нем не знал никто, кроме самой Каоринайт. Никто не интересовался нижними ярусами замка – все считали, что их просто невозможно расчистить от завалов грязи и мусора, но Каори сделала это и была невероятно удивлена некоторыми своими открытиями. В главном гроте находились три гранитные плиты. Не смотря на царивший вокруг холод, они всегда оставались теплыми и как будто излучали из себя энергетические потоки. Было похоже, что строительство этого древнего сооружения началось именно отсюда. Эти плиты много раз помогали Каоринайт вытаскивать фактически с того света тяжело раненых людей. Это были не только бытовые ранения, но и результаты неудачных магических экспериментов, дуэлей и серьезных бытовых травм. Девушка предпочитала, что бы о ее способностях знало как можно меньше людей и поэтому нередко применяла к своим пациентам различные сонные настои или просто выключала сознание с помощью болевых точек на теле человека. Каори положила Изумруд на одну из гранитных плит и бережно взяла за руку. Закрыв глаза, она сосредоточила все свои силы, попутно перехватывая от древних плит исходившую энергию и направляя ее на девушку. Поздно. Осколок растворился в ней. Но рану я затяну, а действие сильно ослаблю. И эти плиты помогут мне в этом. Две фигуры заволокло блеклое голубоватое сияние. Это продлилось несколько минут и как только сияние погасло Каори в изнеможении упала на холодный пол подземелья.

Ответов - 41, стр: 1 2 All

Изумруд: Изумруд слабо пошевелилась, открыла глаза и судорожно вздохнула. Голова была точно ватой набита, а тело залито свинцом. Где это я? Она огляделась и чуть приподнялась с каменного ложа. - Каори! Девушка увидела лежащую на полу Хранительницу и вскочила с плиты, бережно подняла ее с холодного мрамора и положила на место, где сама минуту назад валялась без сознания. - Каори, ты слышишь меня?! Вот черт! День не задался с самого начала. Рыжеволосая слабо пошевелилась. Ну хоть жива, и то хорошо.

Каоринайт: Каори открыла глаза и посмотрела на Изумруд. Кажется, они поменялись местами, и теперь она лежит на плитах, а зеленовласка над ней суетится. - Все… Все в порядке. Каоринайт приподнялась и села на камне. Однако я быстро восстанавливаюсь. По видимому мне не удалось полностью замкнуть цепь вокруг мелкого осколка. - Ты можешь идти. Теперь с тобой все будет в порядке. Рыжеволосая внимательно посмотрела на Изумруд. Ну я по крайней мере надеюсь на это.

Изумруд: Спорить с Каори было бессмысленно – если эта женщина что-то брала себе на ум, то этого из ее головы было уже не вышибить. Изумруд удивленно посмотрела на рыжеволосую, развернулась и пошла к лестнице в дальней части грота. Ее несколько шатало и голова странно кружилась, как после алкоголя. Нет, дойду до комнаты и напьюсь. Точно напьюсь. Почти дойдя до лестницы девушка обернулась. - Спасибо тебе… В коридоры

Каоринайт: Хранительница проводила взглядом Изумруд, а после вновь улеглась на теплой плите и свернулась калачиком. Мое одиночество слишком мне дорого. Мне совершенно не понятны ваши страсти и привязанности. Вы все когда-нибудь получали от них что-то, кроме боли и страданий? Взгляд девушки затуманился, и с этими мыслями она тихо уснула.

Каоринайт: Каоринайт проснулась резко, как от тяжелого страшного сна. По всей видимости, было уже время завтрака. Хранительница села на своем каменном ложе и осмотрелась. После минутных колебаний она отправилась в сторону лестницы, ведущей в дворцовые коридоры. Эх Изумруд… Тебе будет невероятно тяжело и мне жаль, что тут я тебе ничем помочь не смогу. Большой зал.

Каоринайт: центральный коридор Каори и поджигательница шли по подземельям, ключница впереди, Иллит - за спиной, шурша юбками. У хранительницы так эффектно идти не получалось, не очень-то и пошуршишь пантолонами. Факелы перемигивались, видимо чувствуя присутствие шалуньи, и Каори сердито поглядывала по сторонам - не дай Реальгар шутить вздумают. Многовато она из себя строит, неслышно пробурчала про себя Каори, - ну да что поделаешь, мала еще, обижена. Надо ей какое-нибудь полезное дело придумать, чтобы понравилось, авось и приободрится, и поджигать вокруг все меньше будет.

Реальгар: В подземельях замка температура и влажность всегда менялись самым непредсказуемым образом. Стоило поварам облюбовать какой-нибудь закоулок и оборудовать в нем кладовую, как завтра же стены обрастали плесенью, с потолка начинало капать, а на полу оставалиь четкие следы присутствия мышей. Выгребая испорченные продукты, повара клялись никогда больше не переступать черного кованого порога. И так - каждое поколение служителей кухни. Говорили, что на путаные коридоры и замысловатые развилки подземелий когда-то положил глаз Белый Доктор, которому всегда было что прятать. Но и он не смог справиться с другой любимой шуткой замка - обвалами. Любой проход мгновенно превращался в тупик, стоило профессору войти в подвалы с сумкой артефактов за плечом. По дороге наверх Томо хмурился и сыпал непонятными терминами. Реальгар самозванных "хозяев" не любил. Любой, кто мнил себя способным присвоить хоть пядь древней земли, еще хранившей следы сапог ненавистного Аделита, получал немедленный ответ. И чем упорнее был захватчик - тем страшнее последствия. Одного принца Сапфира, младшего в королевской семье, Реальгар опасался - не только из-за обманной магии, подаренной мальчишке смешным получеловеком, которого жители замка называли богом. Да, ревнивый и злопамятный Реальгар был любопытен так, как может быть только бессмертное и смертельно скучающее существо. ...по полу что-то мело. Сухой противный шорох разбудил древнего обитателя подземелий. Реальгар встрепенулся и потянулся на звук. Мимолетно скользнув по ауре Каоринайт ветерком, он наткнулся на...нет, это нельзя было оставить без внимания. Мгновенно перебрав облики и воплощения, коих только за последние века набралось несколько сотен, Реальгар остановился на одном из самых любимых. Это было красиво и страшно. Перед незванными гостями била крыльями золотая птица. Каждое перо горело - именно горело! Пламя обтекало тонкую шею, хвост сиял и извивался огненными языками, напоминающими перья лишь общими очертаниями. Птица подняла голову и пристально посмотрела - Я чувствую чужой запах, - низкий бархатный голос до странности подходил сияющему созданию. - Интересно...

Иллит: Это было предсказуемо. Не то что бы девушка ожидала увидеть именно золотую птицу...просто, как только порог подземелья был переступлен, Иллит не оставляло ощущуние того, что за ней и Каоринайт следят. Соответственно, факт появления чего-то третьего в узких стенах подземелья был расценен Иллит скорее как разоблачение, нежели неожиданность. "Мило.- подумала она, оценивающе разглядывая сияющее существо.- Ну хорошо хоть не гоблин...или ещё какая нечисть...оскорбляющая своим видом все эстетические соображения." Иллит вспомнила подвалы своего старого дома и невольно сжала кулачки от пробежавшей по телу дрожи. Там, пользуясь частым отсутсвием Рубеуса, преподаватель прикладной магии Чуркинс де Пуг, проводил свои, большей частью неудачные, эксперименты, вследствии чего, помещение предназначенное для хранения провизии, оказалось населено разнокалиберной нечистью, которая своими воплями мешала спать по ночам. Впрочем, плоды безобразий Чуркинса, как и он сам, просуществовали ровно до следующего длительного приезда хозяина. А вот воспоминания о полных ужаса бессоных ночах в обнимку с подушкой, ровно как и неприязнь ко всем "потусторонним" существам, остались в памяти Иллит навсегда. Потому Иллит вздохнула с облегчением при виде пусть и необычного, но совершенно не страшного создания, преградившего им путь. - Я чувствую чужой запах. Интересно... "Дай угадаю. Это от меня?" - с обостряющейся в экстренных ситуациях язвительностью подумала Иллит, и чуть было не сказала это вслух, но вовремя прикусила язык. Слишком насыщенный день, для того чтоб помимо всего прочего ещё и с птицами пререкаться. Пусть даже золотыми и огненными. "Каори разбирётся...в конце концов она меня сюда привела...пусть нюхают на пару и решают, кто из нас троих здесь "чужой". А я устала" - с этими мыслями Иллит скучающе сложила руки на груди и нарочно отвелпа взгляд от сияющего существа.

Каоринайт: Что-то зашуршало по коридорам, сквозняк слизал пыль с камней и швырнул под ноги девушкам. Реальгар шалил. Ему было любопытно и скучно. Но недавний пожар где-то между третьим и четвертым ребром разбудил духа. Вот детка и решил поиграть с виновницей. Ответно доброго утра пожелать, можно сказать. А характер у дракона прескверный. Еще бы - за столько столетий так и не вырасти! Дух замка упорно напоминал Каори ребенка - зловредного, любопытного, эгоистичного, и очень-очень много знающего. Это чтобы играть было интересно. Еще и выбрал красавец одну из самых зловредных своих форм - ехидничать собирается. Иллит рядом старательно изображала холодную невозмутимость. Как с этими детьми тяжело! Нет, чтобы слуг организовать на чистку нижних помещений, так нет, носятся вечно с какими то идеями: то профессоров по переходам гоняют, то комнаты от душевных расстройств поджигают, тысячелетних существ весьма нагло игнорируют, а работать кто будет? Кому всю эту кашу разгребать?! Каори подчеркнуто-уважительно склонилась перед фениксом. - Позвольте представить... Леди Иллит. Та девушка, что подбавила сегодня жара твоим перьям. Духа ключница представлять не стала. Очень неодобрительно не стала.

Реальгар: От Каоринайт, смешной служительницы и опоры, тянуло злостью. Реальгар мысленно дотронулся до нее, снимая усталость и недовольство, насильно умиротворяя. Негоже хранительнице ключей мучиться неправильным течением флюидов! Но Каори - привычное зрелище, она часто бродит по подземельям и беспрестанно ворчит, жалуется и возмущается. Забавный человечек... А вот девочка со странной магией... Птица вытянула шею и протяжно запела. Звук напоминал не пение пернатых, населяющих дворцовых сад, а скорее какой-то музыкальный инструмент. Как еще могла петь птица, каждое перышко которой было языком пламени? - Ты здесь одна, девочка? – голос шел со всех сторон сразу, из стен и низкого потолка. А пение, похожее на музыку, не умолкало, становясь все громче и беспокойнее...пока не дошло до ноты, которая могла бы стать неприятной человеческому уху, продлись она еще миг. Птица закрыла глаза, нервно отряхнулась и... вспыхнула фейерверком! Языки пламени лизнули стены и сложились в человеческий силуэт, окутанный мягким золотым свечением. - Я ждал тебя, девочка, - улыбнулся Реальгар. Золото плескалось в зрачках его миндалевидных глаз, золото падало локонами на его широкие плечи, золото же украшало позументы его камзола. Золото оттенка того, которым светились в полутьме волосы Иллит. Он был ослепительно красив – буквально, и взгляд его лучился теплом и пониманием. Ребенок, потерявшийся среди каменных стен и холода сердец, которые куда тверже гранита, беспомощная человеческая девочка, сердечко которой билось от испуга так быстро, что Реальгар его слышал…ее нельзя было оставить одну! – Но я не думал, что ты будешь так прелестна…девочка. Пойдем со мной, дочь Валоров, тебе не место рядом с этими людьми, - эти слова уже слышала только та, кому они предназначались. На стенах коридора зажглись свечи, превращая мрачный туннель в уютный холл.

Иллит: - Позвольте представить... Леди Иллит. Та девушка, что подбавила сегодня жара твоим перьям. -Это ещё не доказано... - вполголоса вставила Иллит, твёрдо решившая не давать себя в обиду. "Сейчас смолчи, а завтра в темницу отправят. Не дождётесь." Птице она кланяться не стала, учебник по этикету этого не предусматривал. А его-то девушка знала наизусть. При случае - перекручивая общеизвестные правила этикета так, чтоб обидеть того, кто ей не понравился. Птица вытянула шею и протяжно запела. В какой-то момент Иллит пожалела, что не изобразила хотя бы маленький книксен, может бы тогда не было бы этих странных, беспокойных, вылетающих из недр огненной птицы звуков, совершенно не похожих на традиционное пение птиц. - Ты здесь одна, девочка? - в веренице нот прозвучал чей-то льющийся со всех сторон голос. Иллит не поленилась оглянуться по сторонам, дабы убедится, что обращаются именно к ней. Но так как она была самой младшей из видимых присутствующих, не считая птицы, разумным было ответить. - Я здесь вот с этой барышней, - Иллит ткнула пальцем в Каоринайт. "Няня учила быть аккуратной со всем неизвестным." Пораскинув мозгами, Иллит решила, что это тот самый случай и наигранно улыбнулась...стенам...и полу с потолком. На всякий. Меж тем птица вскрикнула в последний раз и, вспыхнув, растеклась по стенам языками пламени. "Бедняжка...- нахмурившись, подумала Иллит - Вот если бы у тебя была няня, ты бы не стала петь так громко и осталась бы жива...." - Я ждал тебя, девочка Это был тот же голос, но теперь он звучал не со всех сторон, а...справа. Иллит не спеша отвела взгляд от того самого места, где ещё минуту назад надрывалась бедная птичка, и посмотрела на говорившего. Это был молодой человек с искрящимися миндалевидными глазами, утончёнными чертами лица и таким знакомым и редким в Королевстве цветом волос...Таким же, как у Иллит. -Меня? - наконец обретая дар речи вымолвила она, украдкой разглядывая совершенную внешность незнакомца. Таких красавцев можно было увидеть разве что на картинах или во сне. – Но я не думал, что ты будешь так прелестна…девочка. Пойдем со мной, дочь Валоров, тебе не место рядом с этими людьми, - губы таинственного незнакомца не дрогнули, но Иллит услышала его слова и, не раздумывая, сделала шаг на встречу. "Мне всё равно, что будет дальше...Я не нужна Алмазу. А мир без Алмаза не нужен мне. Я пойду с этим человеком, в глазах которого вижу своё отражение. Пойду…даже если потом он убьёт меня, как убил ту огненную птицу". Блики от настенных факелов играли в золоте волос замершей напротив друг друга пары и оживлённо перешептывались об их удивительном сходстве.

Реальгар: В янтарных глазах Реальгара плясали озорные, теплые огоньки. Он слышал ее мысли, чуствовал каждое тончайшее изменение ее настроения. Он прищурился, возвращая себе нормальное зрение: девочка сияла огненным цветком. Так похоже на любимый образ! Но странно - ее сияние было будто за стеклянной стеной. - Что с тобой сделали, девочка? - подхватывая руку гостьи, ласково спросил он. Ответа Реальгар не ждал. Он уже видел, что браслет на изящном запястье полыхает холодом, окутывает девочку своими безжизненными нитками. Очень знакомый почерк. Сейчас сетка, очень похожая на эту, навсила над замком. Он шутя порвал бы эту слабенькую преграду, если бы... Стены дрогнули и разошлись, давая достаточно места, чтобы двое могли пройти рядом, держась за руки. Но не очень далеко - Реальгар хотел чувствовать ее, такую нежную и свежую. Деовчка готова была заплакать, и он это слышал. - Не надо, милая. Теперь все будет хорошо. Эти жестокие мальчишки не обидят тебя. Я с тобой, хорошая....моя. Я так долго тебя ждал! Свободной рукой он провел по стене, и коридор пересекла перегородка - как будто всегда тут и была. - Пойдем. Теперь ты по-настоящему дома.

Каоринайт: Каоринайт стояла, опираясь рукой о бедро, ворчащая и бурчащая про себя. Праведное возмущение, спутавшееся с нереализованным материнским инстинктом и где-то далеко-глубоко внутри - с одиночеством, чего уж там, так вот, вся эта смесь давала ей неиссякаемый источник энергии. Но если подумать, она же на самом деле была и слабым местом женщины. Чем Реальгар исправно пользовался. Засранец. Неуважительное обращение к покровителю в голове Каори промелькнуло и скрылось, уступив место зевоте. Раз, другой. "Доброжелательность" дракона успокаивала обитательницу подземелий, а если говорить проще - усыпляла. Глаза уже слипались... Каоринайт медленно сползала по стеночке. Но это же... нечестно.... - тихий сонный протест прервался смачным зевком. Всегда так, - даже не мысль, а ощущение, задержавшееся в голове ровно настолько, чтобы уснуть и с ним на устах встречать колдовской сон.

Иллит: - Что с тобой сделали, девочка? Иллит проследила за скользнувшим по браслету взглядом и без спроса сжавшей её ладонь рукой незнакомца. "Сделали.." - к горлу подступили слёзы. Перед глазами мелькало одинокое, изолированное от внешнего мира детство. Вдали от дома и друзей. Жизнь закованная в систему запретов и указаний промелькнула в блике ненавистного браслета и застыла в потемневших глазах Иллит. "Я терпела это ради Него, но он отверг меня...!" Непомерная жалость к себе смешалась с нахлынувшей злостью и пульсирующими ударами сосредоточилась в груди. - Не надо, милая. Теперь все будет хорошо. Эти жестокие мальчишки не обидят тебя. Я с тобой, хорошая....моя. Я так долго тебя ждал! - донеслись до неё слова золотоволосого мужчины, вырывая её сознания из омута воспоминаний и возвращая в реальность. Иллит не задумываясь кивнула и прошла вслед за таинственным незнакомцем. "Какая разница кто он?... Какая разница почему он зовёт меня "своей"...видно судьба у меня такая - вечно кому-то принадлежать без права голоса. Во всяком случае он красивый... И, возможно, когда-то увидев нас вместе, Алмаз пожалеет, что не оценил меня по достоинству!" - Пойдем. Теперь ты по-настоящему дома. -Дома? - эхом повторила Иллит с нескрываемым оттенком сарказма.

Реальгар: - Этот огромный замок - твой настоящий дом. Ты такая же наследница, как и эти несносные ребятишки, - мягко усмехнулся Реальгар. "И я снял бы с тебя эти кандалы тут же, если бы твой проклятый предок не оказался когда-то хитрее меня" Свечи не могли прогнать темноту из коридора окончательно - мрак, казалось, слишком плотно въелся в этим древние камни. И поэтому лицо, обращенное к девушке, оставалось в полумраке. Оно было чуть неясным, и приглядись она повнимательнее - увидела бы, как идеальные черты еле заметно меняются. С каждым шагом Реальгар невольно подстраивался к мечтам этого чудного маленького создания. В какой-то момент он понял, что сходство с Аделитовым отродьем ему уже не угрожает. - Разве ты не знала, кто ты такая? А ведь могла бы быть королевой. Если бы твой отец тогда выиграл свою войну, ты сейчас была бы хозяйкой этого дворца и сама распоряжалась бы своей судьбой. Продолжая смотреть в сторону, он как бы нечаянно умерил шаг на повороте, вынуждая девочку столкнуться с собой. Тепло ее тела будоражило, сводило с ума. - Иди сюда, - Реальгар постучал о краешек ничем не примечательного камня и стена исчезла. - Тебе нравится, девочка моя? Золото в сиянии свечей так шло к растерянности маленькой прелестницы. Убранная по-восточному, по-сильверски комната чаровала роскошью и удобством. Реальгар собственноручно раздвинул подушки, чтобы девочка могла сесть. Пользоваться человеческим телом было так странно и...забавно. Почти непривычно. Впервые за последний век Реальгар чувствовал настоящий азарт. Под грудами подушек, шелка и перин пульсировали плиты. Так, что слышал только он - печать напоминала о себе.

Иллит: Пока спутник увлечённо распылялся о доме и истинных наследниках, Иллит хранила бесстрастное молчание. Во-первых, она не любила, когда кто попало называл её "девочка моя". Поскольку это нарицательное имело для Иллит интимный оттенок и подразумевало её пассивную позицию относительно говорящего человека. Однако, пассивной и слабой она скорей выглядела, чем являлась таковой на самом деле. Идущий рядом, как-то внезапно затормозил и Иллит, не успев среагировать, здорово стукнулась о его мускулистую грудь. Обретя равновесия, она поспешно отшатнулась и отошла в сторону, меж тем замечая, как незнакомец несколько изменился в лице. "Хм...фокусы продолжаются?" - скептически предположила она, коснувшись подбородка и пристально посмотрев на мужчину из-под лобья. - Иди сюда, - словно не заметив её хмурого взгляда, позвал он, постучав о краешек ничем не примечательного камня и стена исчезла, явив покои. - Тебе нравится, девочка моя? "Опять" - мысленно съёжилась от приторного нарицательного Иллит, а в ответ делано улыбнулась: -Миленько.

Реальгар: Обида и злость окутали маленькую прелестницу ледяным коконом. Реальгар приспособил тело и его рефлексы для выражения своих эмоций и вздохнул. - Я думал, что тебе понравится, - слегка расстроенно заключил он. - Я старался сделать эту комнату уютной и красивой - ведь у тебя должно быть все самое лучшее. Без колебаний погрузив руки в колкий ледок, окружающий девушку, он взял ее ладони в свои и притянул к губам. - Если я чем-то обидел тебя - прости меня. Я так долго ждал тебя, что теперь не могу сдержать радости. Твое дыхание вскружило мне голову, милая. О том, как думают и как вопринимают мир человеческие подростки, Реальгар имел весьма приблизительное представление. Маленькие люди, не понимающие смысла красоты и не способные даже понять собственные слова и мысли, вызывали у него брезгливость. Особенно "наследники", часто - ходячий позор для трона бывшего друга. Девочка обладала взрослым, цветущим телом, но душой осталась тем же угнетенным ребенком. Ее бунтарство отозвалось в Реальгаре безграничной нежностью. Она не слышала его слов, не понимала того, что с ней происходит...но сколько было в ней жизни, сколько буйной энергии, способной разрушать и созидать, любить и убивать! Желание обнять, прикоснуться кипело в человеческой оболочке. Так тело переводило на свой язык рвущие нематериальную сущность эмоции. - Я очень хочу тебе помочь. Что я могу для тебя сделать? Я могу сделать тебя свободной, независимой, сильной...могу осуществить твои мечты и уничтожить твоих врагов. Все, что тебе необходимо. Реальгар огляделся еще раз. Если напыщенная роскошь не нравится девочке - он сменит ее. Все, что угодно - лишь бы увидеть ее улыбку. Плиты наливались теплом.

Иллит: Слова доносились до сознания Иллит лишь частично. Внешность незнакомца всё отчётливей напомнила ей Его. "Странно, но ведь изначально никакого сходства..." - мысленно удивилась она, - "Может ли это значить..." - Я очень хочу тебе помочь. Что я могу для тебя сделать? Я могу сделать тебя свободной, независимой, сильной...могу осуществить твои мечты и уничтожить твоих врагов. Все, что тебе необходимо. -Как тебя зовут? – бестактно перебила Иллит, пристально глядя на мужчину. В воздухе повисла напряжённая пауза и Иллит поразмыслив не стала дожидаться ответа. - Впрочем, это не имеет значения. - она эффектно продефилировала по покоям и присела на краешек кровати. - Ты хочешь мне помочь, не так ли? - невинно-коварно произнесла Иллит. В помещении становилось жарко, плиты словно наливались огнём. - Тогда иди сюда. - без обиняков предложила она, скользнув пальцами по застёжке своего платья...

Реальгар: - Ты уверена, что именно это тебе нужно, чтобы быть счастливой? - прищурился Реальгар. В его голосе появились новые, расслабленно-кошачьи интонации. Девочка решила поиграть с тем, чего даже не попыталась понять. Как неосмотрительно. Как...по-человечески. Так похоже на всех бесконечных мальчишек и девчонок, рождавшихся в стенах этой тюрьмы, которую они зовут замком. Будь он на ее месте, Реальгар ни за что не стал бы вести себя так непочтительно с могущественным и чужим существом, особенно - с тем, кто только что предложил свою помощь. Но тем и отличаются Валоры от остальных представителей рода человеческого - они лишены того внутреннего запрета, который не дает людям подвергать себя опасности. - Хорошо...- прошелестел хрипловатый голос. - Ты сама... Реальгар не мог себя больше сдерживать и улыбнулся. Так же тепло, как и там, в туннеле. Когда он уговаривал, тянулся, звал... Он прищелкнул пальцами, и уже невыносимо горячий пол расцвел сотней роскошных подушек. "Это оказалось слишком легко...даже странно" - Только не так, - спокойно сказал Реальгар, чувствуя, как дрожит печать, как горит фальшивое человеческое тело, как сильно бьется сердце девочки, выбравшей для игры не того партнера. Золото накопленной силы засияло в глазах, и он разом перестал быть похож на человека. - Не так. Он вытянул руку, поманил – и девочку швырнуло с кровати прямо ему под ноги, на гору подушек. Немного грубо, но энергия стала слишком сильной, чтобы быть управляемой. Не позволив ей опомниться и закричать (хотя кто услышал бы ее здесь?), Реальгар навалился на маленькую красавицу сверху, не давая шевельнуться, и зажал ей рот рукой. Людские условности вроде поцелуев были ему непонятны. - Ты хотела знать мое имя, девочка? – выдох обдал теплом нежное ушко. – Меня зовут Реальгар. Запомни это имя, девочка…он ведь тебя спросит… Он рванул застежки – так, что и ткань платья лопнула, разошлась – и провел свободной ладонью по шелковистой коже. Не лаская – проверяя, нет ли на девчонке следов чужих прикосновений. Но она была чиста, как в день своего рождения. - Он непременно захочет узнать, кто испортил такое чудо… - шепот перешел в рычание, рука скользнула вниз, задирая подол платья… Хоть одной из них он причинит боль!

Иллит: -Оу, - выдохнул Иллит, не без удивления для себя отмечая, что грубость партнёра не отпугивает её, а наоборот - привлекает. "Только, пожалуй, порванного платья жалко...а так" - Иллит самодовольно улыбнулась, чувствуя как по телу скользят волны возбуждения. "Что за день такой...сначала гобелены, теперь платье... - где-то на дне подсознания возмущалась врождённая бережливость... - А вот теперь...этот...это... - Иллит интенсивно проморгалась, заметив как некогда смазливое лицо мужчины перестаёт напоминать человеческое. "Плевать. Отныне для меня существует только ХОЧУ и никаких запретов." - мысленно отмахнулась Иллит, крепче обнимая необычайно страстное существо и отдаваясь непередаваемым ощущениям.

Рубеус: Совместный пост Рубеуса и Изумруд - ...пронзая мой персик стрелой! - вдохновенно закончила Изумруд, перепрыгивая через последнюю ступеньку. Шаги гулко отдавались по коридору, магические светильники слабо потрескивали и отбрасывали неверные тени на стены подземелья. - Так, прекрати пошлить, зелёная, - Рубеус старательно удерживая серьёзное выражение лица попытался поймать разбегающийся взгляд Изумруд. - Мы всё-таки к ребёнку идём. - Знаю я твоих детей, - фыркнув, махнула рукой леди. - К семнадцати годам они уже запросто ставят на уши сначала короля, потом принца крови, а затем, могу поспорить, и весь замок... - Рубеус отступил на шаг в сужающемся коридоре, пропуская её вперед, и Изумруд заулыбалась толкая тяжелую дверь. А потом улыбка у нее приобрела маньячно-отсутствующий оттенок: у её ног лежали вольно раскинутые по полу золотые кудри, обладательницу которых прижимал к вековым плитам стремительно теряющий человеческие черты мужик. - О. Боже, - произнесла леди, распахивая дверь так, как позволял коридор, - Мой. Одновременно со словом "мой" в меняющийся силуэт полетел один из Звёздных Близнецов Рубеуса. Алый барс на шее принца начал тихонько порыкивать ещё за дверью - рыжий привык доверять его чутью, не предаваясь ненужным размышлениям. Отброшенный к стене Реальгар взвыл и заметался. - Свали, чума! - Рубеус нервно дёрнул плечом, отряхивая вернувшийся полумесяц. Стоило немного задержаться в "Подстаканнике", и... Принц скосил глаза на медленно, и словно бы неохотно поднимавшуюся с пола воспитанницу. "Судя по тому, как сверкает глазами, тварь ей не повредила.". Реальгар зашипел в углу. Рубеус недоумённо перевёл взгляд с Реальгара на Иллит, а потом хлопнул себя по колену и расхохотался: - Вот это я понимаю! Из всех кавалеров дворца совратить п-п-подвальную неееечисть! Тренироваться на барабашкаааах... - рыжий согнулся пополам от неконтролируемого смеха. - реальгааашках.. Строила глазки духу замка, а мы мешаааем! Горжусь, моё воспитание! - Это при ней-то ты просил не пошлить? - Изумруд, шагнувшая было вперед, чтобы помочь девочке подняться, захохотала, закрывая рот рукой. - Не, рыжий, для неё, похоже, в пиндаровых виршах ничего нового не будет.

Иллит: -Что за вероломство!- недобро блеснув глазами, прошипела Иллит? смерив взглядом опекуна. - Вот это я понимаю! Из всех кавалеров дворца совратить п-п-подвальную неееечисть! Тренироваться на барабашкаааах... Иллит небрежно расправила остатки платья, не особо заморачиваясь на распоротое от груди до пупка. - Что ж поделаешь, дядя Рубеус, если все «великие мужи» в стенах этого замка настолько заняты самолюбованием и госудерсвенными интрижками, что время, желание и, главное, умение удовлетворить девушку осталось только у "подвальной нечисти". - она с явной благосклонностью окинула взглядом Реальгара. - Вы не находите сей факт прискорбным? - Это при ней-то ты просил не пошлить? Не, рыжий, для неё, похоже, в пиндаровых виршах ничего нового не будет. - очень не вовремя пошутила Изумруд, направляясь помочь подняться "беспомощной" девочке. - Стой там, где стоишь. - отчеканила Иллит, сверля зеленоволосую побагровевшим взглядом. Иллит не могла понять, почему кто-то постоянно пытается контролировать её жизнь, её действия, её постель, конец-концов! И клубы ненависти медленно, но уверенно образовывали смерч в её душе. - Вы ко мне по делу или так, ради забавы, кайф поломать? - грациозно поднимаясь на ноги и поправляя разметавшиеся по плечам волосы, поинтересовалась она, - Оставьте нас. Дорогу в свои покои я знаю, - не дожидаясь ответа, произнесла Иллит, направляясь к Реальгару. Не было у неё ни отвращения, ни жалости к "дворцовой нечисти". Была нежность и отчего-то засевшая в памяти фраза "я очень хочу тебе помочь". И даже если это окажется ложью, подобное в свой адрес Иллит слышала первый раз в жизни.

Реальгар: Что-то горячее, острое и тяжелое снарядом врезалось в сердцевину сущности, которая только что была почти человеком, сбило и впечатало в стену. Реальгар взвизгнул от боли - его защита не действовала. Его безупречная, хитрая защита, от которой шарахались когда-то самые страшные подземные твари - не действовала! Сквозь зеленую пелену перед глазами он видел два силуэта. Они полыхали тем светом, что и девочка, только гораздо ярче. И...ненависть, смешанная с восхищенным трепетом скрутила древнего духа, швырнула на пол расплывчатой желтой кляксой. Зачарованные плиты дрогнули, и роскошное убранство комнаты исчезло. Сейчас все силы его создателя были направлены на то, чтобы не поползти к ним, ужасающим и прекрасным, корчась от счастья, давясь восторгом, не прижаться побитой собакой к их сапогам. Чтобы не задохнуться от любви к ним и презрения к себе - рабу, цепному зверю. Прикованному в подвале ручному чудовищу, что до сих пор не может решить, ненавидит ли своего давно умершего мучителя. Или под властью неразрушимого заклинания, вызывающего беспрекословное, унизительное обожание всех, в ком течет та же кровь? "Убейте меня...вы же можете" - мысленно молил бессмертный дух, дрожа от нежности. - "Что вы все смеетесь? Избавьте меня от этого!" Страшнее всех заклятий, ужаснее всех запретов - гордыня сильного. Аделит все рассчитал. Будь он проклят.

Рубеус: Совместный пост Рубеуса и Изумруд Иллюзия рассеялась, в комнате стало в разы темнее. Изумруд сощурила глаза, вглядываясь в распластавшуюся по полу фигуру. - Стой там, где стоишь, - сказала Иллит, сверкая в полумраке оголенным животом. Изумруд осознала, что она, сама того не замечая, копирует интонации Рубеуса. Если бы не это, то леди, пожалуй, сочла своим долгом выдать Иллит отеческий подзатыльник - рука у неё была не менее тяжелая, чем у Рубеуса, так что на "материнское" педагогическое насилие в исполнении Изумруд не потянуло бы. - Эх ты, воспитатель, - она принялась расстегивать щегольские золотистые пуговицы на накинутой на плечи куртке. - Боюсь даже представить, что бы появилось на свет от столь противоестественного союза. Ты готов стать дедушкой выводку потусторонних карапузов? - Ну, не совсем дедушкой, - улыбнулся Рубеус, - Но на воображение не жалуюсь. Ладно, пока оно ещё маленькое. Будку на ножках можно втихаря в саду выгуливать, бантик ей на крышу повязать или шапочку там надеть, но ведь как вырастет... - перед мысленным взором принца чётко встала картина: радостно хлопая ставнями, на него нёсся громадный коттедж. Рыжий поёжился. - Реальгар - это же Замок и есть, понимаешь? Развлекается он так. - принц неприязненно взглянул на свернувшееся у стенки чудовище, уже лишь отдалённо напоминающее человека. - Не знаю, что ты ей наплёл о себе, но запомни. Ещё раз окажешься рядом с ней, и тебя не будет, даже если из-за этого рухнут стены. Реальгар вызывал у него практически неконтролируемое отвращение. Рубеус обернулся к Иллит. - Значит, так, "племянница". Я всё понимаю, ты взрослая, самостоятельная и ничего не боишься. Короче, как я в свои шестнадцать. Про шрамы мои через живот в курсе? Ну вот, это я тоже сам решал. И не будь Нефрита, бы бы мёртв. - не особенно церемонясь, рыжий запахнул платье на груди девушки получше, закутал её в куртку, подхватил на руки и направился к двери. - А Реальгар, видишь ли, имеет привычку гадить. Но гадит он тихо. Камнями кого-то завалит, то лестницу на голову свалит, запрёт в дальнем помещении и сгноит заживо, и всё под несчастные случаи маскирует. Открыто пакостить боится, тварь. Опоздай мы, и... сама понимаешь, - принц ногой толкнул дверь, - Так что прости, не до церемоний, - и тихо, очень искренне добавил. - Я переживал. В покои Иллит

Время: Третий игровой день. Утро. В теме: никого.

Сирена: Из центрального коридора Распахнув дверь, провидица заглянула в скупо освещенный коридор. - Силы небесные, - поразилась она. В ватной апельситновой пустоте, царящей у неё в голове, что-то неприятно шевельнулось. - Где мы? - Сирена повернула голову направо, налево, с любопытством разглядывая каменную кладку. Затем вернулась на пару шагов назад и критически оглядела лестницу. - Это я тебя сюда привела? Разум объявил, что складывает с себя всю ответственность, память мрачно молчала. - А тут холодно, - расстроилась провидица, наклоня голову и поджимая пальцы ног. - Ночная рубашка? Я что, ходила во сне? От рассеянного света звезд их теперь отделяли несколько слоев каменной кладки. Сирена, запустив пальцы в волосы, помассировала виски. Шевеление в голове достигло неприличных масштабов. - Почему Абель не проследил, чтобы меня причесали? - удивилсь она. Потом спохватилась, повернулась к Нанали и погладила её по плечу: - Прости, ради бога. Не помнишь, что я тут хотела сделать? Это иногда бывает важно.

Нанали: Их центрального коридора Здесь было холодно. Нанали не дрожала и не переминалась с ноги на ногу, но начала целенаправленно и непреклонно сначала бледнеть, а потом и синеть. Настроение тоже начало - сначала бледнеть, потом синеть. -Силы небесные. -Скорее преисподней. -Где мы? -Судя по холоду, где-то на девятом круге рая. -Ночная рубашка? Нанали ткнула пальчиком в Сирену, а потом в себя, добавив: -Пеньюар? -Я что, ходила во сне? -Нет. Спала на ходу. -Почему Абель не проследил, чтобы меня причесали? -Потому что у нас без всякого Абеля Абель, - пожала узкими плечиками жрица; ей, когда она поершилась на словах, почему-то стало смешно. -Прости, ради бога. -Ради него - ни за что не прощу, - вздохнула Нанали и обняла Сирену. И вовсе не из чувства нахлынувшей нежности, просто та была тёплой и мягкой, как плюшевая печка, а синеть дальше было совершенно невыносимо, такого и цвета-то в природе нет. -Не помнишь, что я тут хотела сделать? Жрица подумала. Она не очень поняла всего того потока сознания, что выдала провидица, но кое-какие ассоциации у неё были: -Да, ты сказала что-то... помнишь жреца, который покинул храм с месяц назад? Говорили ещё, что у него теперь никогда не будет детей? Вот у него был почти в точности такой же набор фраз. Нанали невольно вздрогнула. А хотела пошутить. Вот и пошутила - сама над собой...

Сирена: Сирена обняла прижавшуюся к ней слепую и рассеянно её погладила. Описание ситуации по Нане заставило её мысленно содрогнуться. - Полный Абель, говоришь? - спросила она, еще раз проводя ладонью по макушке жрицы. Подземелья были внушительные. От стен тянуло если не тысячелетиями, то уж черезвычайно насыщенными веками истории точно. Сирена с подозрением огляделась и свела лазурные брови. - Так мы еще и не в храме, да? - обреченно сказала она. Ситуация становилась все сложнее и сложнее. Это, конечно, не дотягивало до того момента, когда внезапное прояснение напало на неё на борту плывущего черте-куда рыболовного траулера без единого человека на борту, облепленного красными пупырчатыми щупальцами, да и тот день, когда она вдруг пришла в себя посреди заполненного людьми зала с факелом в одной руке и ледобуром в другой, был по всем параметрам похлеще. Но все равно было тяжко и холодно, и плюс полураздетая жрица на руках. Сирена снова нахмурилась. Быть здравомыслящим человеком было просто невыносимо. Прорезавшийся логический подход положительно мешал. - Пойдём дальше, - наконец решила провидица, - может, там все вернется в норму. Да и холодно... Сейчас же должно быть лето? Она повела Нану дальше в тускло освещенный коридор, обнимая за плечи. Нана была покрыта мурашками и печальна, и Сирене было ужасно жаль, что на ней сейчас нет вещей, с которыми можно расстаться в пользу жрицы.

Нанали: -Полный Абель, говоришь? -Ещё не полный, - вздохнула Нанали и честно попыталась улыбнуться. Всё-таки она была благодарна Сирене за заботу. Когда рядом последние сутки нет больше практически никого, кто за тобой ухаживает - неволей почувствуешь благодарность. А Сирена не просто причматривала, а делала это в самых экстремальных ситуациях, ещё ни разу Нанали не бросив. То, что она же и затащила жрицу в большую часть этих ситуаций, с определённой точки зрения было вопросом второстепенным. -Так мы еще и не в храме, да? Мурашки по спине: обречённо-депрессивная Сирена - это было нечто. Провидица была не вполне в своём уме, но была при этом чёртовым Нефритовым источником горячей жизнерадостности и энергии. Это раздражало, когда оно было, но когда этого не стало - вокруг сразу похолодало ещё в два раза, а земная ось, кажется, начала медленно переворачиваться на сто восемьдесят градусов. "Интересно, где-нибудь сейчас происходят ураганы и землетрясения? Пожары? Эпидемии неизлечимой смертельной болезни?.." -Всё будет хорошо, - Нанали вцепилась в Сирену покрепче и не очень ловко провела ладошкой по плечу провидицы. - Не переживай, пожалуйста, - красивое личико приняло несчастное и страдающее выражение. Сработали простейшие законы того, что некогда называлось электричеством: когда положительный полюс ушёл в отрицательном направлении, отрицательному ничего не осталось, как попытаться изо всех сил стать положительным и вытащить товарища-антагониста на законное место. Подобные перевороты были просто невыносимыми эмоционально. -Пойдём дальше. -Пойдём, - жрица, немного повеселев, слегка кивнула; может быть, если они будут что-нибудь делать - Сирена развеется (несмотря на холодный "подземный" воздух). - Иначе замёрзнем, - всё же, даже когда она хотела сделать оптимистичный тон, прогнозы у неё не всегда получались жизнерадостными. И ещё... она хотела ещё что-то рассказать. -Ты знаешь, когда меня привели в храм в первый раз, мне было гораздо хуже, чем сейчас. Поэтому всё просто обязано наладиться, - хотела гораздо длиннее и обстоятельнее. Поделиться? Может быть. Но как-то не получилось.

Нечисть: В сыром подземном воздухе, и так спертом и неприятном, потянуло кислым запахом. Раздался невнятный шорох, и по выпуклостям кладки стен побежали светлые ростки, тут же мгновенно покрывая камень трогательно белым пухом плесени. - Что-то человечьим духом тянет... - послышался вязкий, даже какой-то грязный женский голос. - Чудитсссся, тебе, Плесссенница, к-кому тууут что надо? - второй голос сылался, будто мука сквозь сито, изредка застрявая кусками мешковины и крупным сором. Будто веник бесполезно елозил в давно неметеном, поросшем паутиной углу. - Нет, не чудится, идут две. Во наглые пошли. Ни корочки хлеба с собой не взяли, ни овоща. Не уважают. Ростки изжелта-синеватой субстанции пробежались по полу и по потолку. Одновременно идущих сверху притрусило пылью. И тут, как будто всего этого было недостаточно, во тьме коридора загорелись два алых огонька. Они резко придвинулись, как будто то, что так жутко смотрело, прыгнуло ближе. Казалось, вот-вот покажется череп с черным провалом носа, оскалит неровные зубы... Но кроме глаз не было ничего. Только два бешено вращающихся шара, абсолютно идентичных выколотым у человека глазам. - И ты тут, - прогнусавила названная Плесенницей. Мохнатая растительность на стенах приветственно заколыхалась. - Шш-пшш-ффшшш? - раздалось от глаз. - Сссам сссмотри, - вместе с ответом с подземельного свода упал крупный комок пыли. - Аууу... кха-хххаааа... - вой прервался кашлем. Призрачный скелет недвольно пнул сколоьзкую стенку - Развели сырость! А что у меня второй век звенья расспаются, никого не волнует! Эгоисты проклятые. Доржавеет до конца цепь, чем греметь буду? - Много ты понимаешь в качественной сырости... - пробурчал Гнильщик. - Это целое искусство, не то что железками брякать. - Сгинь, не позорься, - Плесенница поплотнее укуталась в изъеденную шаль. - Цепи уже три тыщщи лет как моветон. Твои собратья давно по кладбищам порасползлись деревенским, а ты всё в замке да в замке... - Ссссовссти нет, сссамомнение... - Понты одни, и те вот-вот отвалятся! Скелет обиженно клацнул челюстью, роняя три или четыре зуба, и гордо придерживая цепи пошёл прочь.

Сирена: совместный пост Сирена, не останавливаясь, приобняла Нану за плечо и прибавила шагу. Стало потеплее. - В храме с непривычки в такооое можно влипнуть, - согласно протянула она. - Зато если освоиться, то все начинает идти на лад. - ...а ещё лет через десять всё начинает идти окончательно хорошо и человека выносят из храма вперёд ногами, - оптимизм Нанали был несовместим с оптимизмом Сирены. Быть положительно настроенной могла только одна. В нынешнем относительно здравомыслящем состоянии провидица не могла не замечать, что спутница её охотно замыкается в себе и грустит, а нечесанный сиреневый хвост волочется за ней, вбирая в себя разновозрастную пыль подземелий. - Или у нас принято как-нибудь по-другому - вниз головой, например? Я не знаю. Но ничего, скоро доведётся узнать на своём примере, - у девушки были нервы. Какие? Никакие. Её стремительно понесло куда-то если не в направлении истерики, то очень близко и параллельно оной. - Я уверена, - сделала еще одно усилие Сирена, - что со временем все становится лучше. Могу поспорить, - она прищелкнула пальцами свободной руки, увлеченная собстеным рассуждением. - Зуб даю на отсечение. - ...что буквально через пару метров у нас с тобой все наладится. Вот еще несколько шагов... - она сняла руку с плеча жрицы и порхнула вперед, мимо ползущей по стенке из темного угла им навстречу веточке кустистой плесени. - ...и мы окажемся в точности на другом краю пропасти?.. - короткая пауза. - Там кто-то разговаривал! - сменив интонацию с мрачной на обрадованную, как потерявшийся ребёнок, зовущий найденную, наконец, маму, - и Нанали, перехватив управление, потянула Сирену за собой. Это было крайне неосмотрительно, потому что Сирена хотя бы видела, куда идёт: через упомянутые несколько шагов они добрались до арки в конце коридора, и Нанали звучно, с размаха, вписалась лбом в угол: - У-у... - она даже не вскрикнула, только завыла тихонько и обиженно на весь мир за его несправедливость. Сирена по инерции пробежала подальше. - ...и все... - под босой ногой у провидицы хрустнул древний иссохший зуб, - ...станет... Сирена развернулась, взметнув вокруг себя водоворот из ночнушки и волос, - и встретилась взглядом с парой глаз. И взвизгнула так, что плесенные заросли по стенам пошли волнами, а Нанали мгновенно забыла о потенциальной шишке. - ...Сирена? Ты там жива?.. - жрица повела рукой в бывшем направлении движения, понемногу подползая в ту же сторону, осторожно, чтобы не врезаться никуда ещё раз. Стена. Помятый угол. Летающий глаз. "Какая занятная штука... интересно, что это такое? - штука, кажется, вращалась, и пытаться её удержать было забавно. - Никогда такого не встречала..."

Нефрит: Из обители Нефрит соткался как раз между Нанали и Сиреной, напротив летающих глаз призрака. - Ого, - поздоровался он. Вообще он приглядывал за своими верующими. Не то, чтоб сам лично являлся каждому, но слышал всех. И тем, кому считал достойными - посылал удачу. А некоторым неудачу, ибо нельзя просить у судьбы слишком многого - все надо брать самому. Но чаще всего Нефрит не вмешивался, потому что с Фортуной каждый договаривается сам. К жрецам Нефрит частенько являлся. Иногда в своем, иногда в чужом облике - поболтать, наставить, развлечь, воспитать. Хотя по совести говоря - ему больше нравилось являтся к хорошеньким жрицам. Впрочем, он всех своих жриц считал хорошенькими и очень их любил. - Ну что ты вот, - ласково сказал он, накрывая замерзшую ладошку Нанали одной рукой и другой вытаскивая и отбрасывая призрачный глаз. - Не трогай всякую гадость и вставай с пола... холодно же Бог практически поднял Нану, подтягивая ближе к себе - на самом деле поднятие с пола от холода не спасало. Вообще подземелья не самое лучшее место для прогулок босиком. Ну то есть ему-то все равно, но девочки же замерзли. Нефрит обернулся к Сирене - мимоходом пахнуло магией, и нечисти и след простыл, - протянул вторую руку. Та уверенность, с которой эти двое шли куда глаза глядят, раз за разом, вызывала гордость их пониманием сути культа и щемящую нежность их преданностью. Даже если они сами себя преданными не считали - Нанали, кажется, давно хотела ему что-то сказать.

Сирена: Сирена пережила пару мгновений леденящего душу ужаса. То, как бесстрашно Нана сжимала пальцами чьи-то живые и извивающиеся глаза с хвостиком нерва сзади, заставило её содрогнуться и отступить на пару шагов. Кто-то страшно шуршал в углу, и провидице казалось, что она слышит хриплый глумливый женский хохот... А потом вдруг как отпустило. Причем все и сразу. Началось с пустяка: Сирена глянула на подрагивающий в небольшой ладони жрицы глаз и нервно хихикнула, увидев, как у того бестолково дергаются зрачок с радужкой. Затем поколебалась. прижала ладонь к губам и хихикнула увереннее. А потом хлопнула в ладоши и развернулась на пятках, обметая волосами пол вокруг себя. Он прошел мимо, и Сирена было растроенно ахнула - но, увидев протяную руку, схватилась за неё и скользнула вплотную к божественому покровителю. - Ты, ты! - засмеялась она, снова хватая ладонь Нефрита и целуя холодные палцы бога, - Ты пришел! Нана, он пришел!

Нанали: "Человек", - не очень довольно решила Нанали. Она с одной Сиреной-то кое-как справлялась. А тут был не просто человек, а человек, который пытался её воспитывать - что трогать, а что нет. Нет, вы только посмотрите на него. Она сама кого хочешь воспитает! В конце концов, попробовал он побыть на её месте и при этом не трогать, в том числе, "всякую гадость". Она бы на него тогда погляде... пощупала. Как же все они любят давать бесполезные советы! Девушка едва открыла рот, чтобы сердито высказать всё это вслух, как - непроизвольно - немного расслабилась и даже начала получать от происходящего удовольствие. Незнакомец, хотя и не отличался проницательностью в плане доступных некоторым методов общения с миром, всё-таки, кажется, хотел помочь и согреть в этом холодном и, судя по воплям Сирены (а также по почти слышному шуршанию мурашек по коже провидицы), страшном месте. Может быть, даже вывести отсюда в иной, лучший мир. "Хотя в какой такой мир он может вывести..." -Ты, ты! Ты пришел! Нана, он пришел! Девушка слегка - непонимающе - свела брови - и, протянув ладошку, начала сосредоточенно иследовать бога. Она такого ещё не щупала. Хотя что-то неуловимо знакомое в нём, может быть, и было... хотя это вряд ли; показалось. Иначе бы она точно узнала. -Он - это кто? - уточнила жрица и вяло попыталась отпихнуть незнакомого мужчину, вспомнив, что подобные вещи могут плохо кончиться. Вяло - потому что большой силой она не отличалась, а царапаться и кусаться было бы пока что невежливо.

Нефрит: Нефрит осторожно вывернул руку и чуть наклонился к Сирене. чтобы и ее тоже обнять и прижать к себе - она, кажется, замерзла не меньше Нанали. - Знаете что, - начал он, подставляя рукам Наны лицо и на некоторое время делая черты лица ощутимыми и уловимыми, своими, появившимися на свет вместе с ним, - Этот коридор ведет к Заброшенной Малой Сокровищнице. Сокровищ-то и на королевское Хранилище нынче не хватает... Он поуютней прижал Сирену к себе и чуть отпустил вырывавшуюся Нанали - вот уж дратся он с ней точно не собирался, если ей не хотелось грется. - Как кто? - попутно возмутился Нефрит, - Он это я! - и продолжил, - Тут можно встретить плесень, сырость, духов дворца и меня - Нефрита можно встретить где угодно, он сам не может всегда точно сказать, где. Кроме того, раз они его встретили, значит, логично, что это возможно. - Меня уже встретили. Может, пора поискать где-нибудь еще? Зачем вы сюда пришли? Вообще-то Нефрит знал, что они пришли сюда именно чтобы столкнутся с ним. Иначе и быть не может. Но для людей Судьба - вещь странная и сложная, пусть уж сами решают.

Нанали: Нанали сосредоточенно пощупала предложенное лицо (не так же просто сам подставился) и покачала головой: -Нет. Не помню. Извините. Лично звёздного она никогда не встречала. Статуи, достаточно приближенные к оригиналу, в храме и городе были, но достаточно монументальные, чтобы пощупать их можно было только ниже пояса. А там они не были достаточно детализированы для идентификации. Нефрит тем временем наговорил много логичной, но бесполезной информации, которую, без сомнения, оценил бы математик, но для Нанали, для которой "кубический трёхчлен" казался названием какого-то невероятного извращения или врождённого порока, шутка (или не шутка?) осталась непонятной и показалась неловкой и глупой: "Он надо мной смеётся? Почему? Что смешного в том, что я не могу его видеть?.." -Зачем вы сюда пришли? Незнакомец сменил тему, когда жрица уже была готова прочитать ему длинную нотацию на темы предупредительности и уважения к ближнему своему. Это было, пожалуй, и к лучшему, иначе, чего доброго, она призвала бы ненароком призрака Абеля и пришлось бы ловить Сирену. -Понимаете, - сдержанно объяснила она, перенимая, однако же, часть интонаций ответа незнакомца. - Мы пришли Сюда, встретили Вас, а целью нашего пути было Это. А достигли ли мы Этого или нет - лучше спросите у Сирены, она у нас большой специалист по предсказаниям...

Сирена: - ...Мы пришли Сюда, встретили Вас, а целью нашего пути было Это. А достигли ли мы Этого или нет - лучше спросите у Сирены, она у нас большой специалист по предсказаниям... Сирена, млеющая в божественных объятиях, аки приласканый кошак, нахмурилась, подалась ближе к Нане и решительным жестом прикрыла ей рот ладонью. Затем глянула на Нефрита и вободной рукой сделала то же самое. Она положительно любила этих двоих, но при этом они нарушали создавшуюся было идиллию. - Нана, - торжественно сказала она, - это Нефрит. Нефрит, - сказала она еще торжественее, - это ты и сам знаешь. Затем, оторвав ладонь от нефритовых губ, слегка толкнула его в грудь. - Ты давно не приходил. Мне даже показалось, ты совсем забыл про меня... - сказала она. Затем с подозрением вгляделась в лицо бога, - Неужели я для тебя уже слишком старая?.. Ни один мускул на лице Нефрита не дрогнул. Все-таки опыта в общении с женщинами у него было, пожалуй, больше, чем у какого-либо другого существа на земле. Сирена еще раз внимательно посмотрела в лицо божеству и наконец неуверенно хлопнула ресницами. - ...или ты был занят? - с некоторой даже надеждой спросила она. Затем просияла и, разведя руки, как следует обняла и Нефрита, и Нану. - Я же говорила, - сказала она зажатой между ней и богом жрице, - что дальше точно будет что-то хорошее?..

Нефрит: -Нет. Не помню. Извините. - Теперь помнишь - с улыбкой в голосе (да и на лице), сообщил Нефрит, выпрямляясь, и послушно замолчал, уркадкой нежно целуя ладонь Сирены. Нана, - торжественно сказала она, - это Нефрит. Нефрит, - сказала она еще торжественее, - это ты и сам знаешь. - Спасибо, - ответил бог, обхватывая через Нану Сирену, впрочем, так, чтобы не придушить жрицу. "Вот тут-то и осознается нехватка рук в человеческом облике" - фыркнул он про себя. - Если ты старая, то тогда какой? Я пришел. - сложно сказать, был ли он занят. Он занят всегда. И всегда свободен. И нельзя сказать, чтобы сейчас он любил кого-то больше, чем Сирену. Мимоходом Нефрит снял чары с Валери - с наступлением нового дня пришли новые линии будущего и необхдимость в чарах отпала сама собой. - Раз так, то пора куда-нибудь, где теплее, - он поцеловал в лоб Нанали и потянулся мыслью к обители, наполняя водой ванный комплекс. - Сейчас будет плюх, - перед самой телепортацией предупредил он, решив, что девушкам надо быть готовым к нырку в теплую воду бассейна в обители. В обитель Нефрита вместе с Сиреной и Нанали

Калаверайт: Из комнаты Калаверайт - Наверняка она живёт где-то здесь... Нет, где-то там... - Калаверайт брела по подземельям, изредка оглядываясь по сторонам. Было страшно. Очень страшно. Ей чудилось, что кто-то жуткий выл в глубине коридора, но она была одержима идеей найти свои дорогие кружева, и никакая нечисть её бы не остановила... Нечисть? Здесь что-то ...водится? - Ааааа! - отпрыгнула она от факела. Над ним вились крылатые чудовища, готовые пожрать её в тот же миг. Чудовища плотоядны не были, и назывались всего лишь ночными бабочками, но они не были официально представлены Райти, а значит вполне могли оказаться кусачими. -Нееет! - она в ужасе закрыла уши. Что-то невыносимо прозудело около уха. - Мамаааа! Это мыыыышь! - Райти никогда не видела мышей, но все порядочные девушки должны были их бояться. Она, конечно, не знала, могут ли мыши зудеть около уха, но мало ли... Калаверайт понеслась по коридору, к счастью, абсолютно очищенному от нечисти временным присутствием Бога. Неожиданно, она обо что-то споткнулась, едва удержалась на ногах и присела на корточки. Это было тело с ярко-рыжими волосами, заметными даже при неровном свете факелов. Каоринайт была совсем мёртвая. То есть совсем-совсем: она лежала, не шевелилась и не храпела. - Ну вот, а кто теперь мне подскажет, где мои кружева? - печально пробормотала Райти. Потом снова посмотрела на труп. Как относиться к трупам она не знала, в светском этикете об этом нее было ни слова. Поразмышляв пару секунд, она пришла к выводу, что труп - он, конечно, не мышь, чтобы спасаться от него бегством и запрыгивать на стул, но всё же достаточно достойная причина для взвизга и обморока. Но пол был таким грязным, она же вся испачкается, если упадёт тут. Обморок откладывался до появления какого-нибудь сильного мужчины, а пока... Райти истошно завопила, не замечая, что тело уже шевелится, и даже более того, неодобрительно смотрит на неё.

Каоринайт: Каори спала. Долго, темно, путанно, пытаясь выкарабкаться из этой темноты и проснуться - ведь сколько можно, ведь сон этот наведенный, искусственный, ведь до этого она уже столько проспала, ведь неестесвенно это, тяжело, нездорово. Снилось что-то противное, мутное, на грани сна и яви, когда и спать не можешь, и проснуться не выходит, и ворочаешься, и глаза свинцовые, а мозг сам не знает, бодрствует он или бредит. отвратительное чувство. И ведь все это только для того, чтобы Реальгар мог всласть погулять и не обращать внимания на правильные, в общем-то, слова ее. Вот всегда так. Реальгар - воплощение эгоизма. Капризный, себялюбивый, и вообще похож на играющегося ребенка с кучей опыта и отсутсвием здравого смысла. Экспериментатор. А ей обидно. Она не хочет спать. Это нечестно. И вообще, он насильник.... Насильно усыпил, девочку там охмуряет... Бред вертелся, повторяясь снова и снова, пока его не прервал истошный визг. Каори очнулась, подскочила, красная под слоем сажи, в мокрой от пота обгорелой ночной рубашке, и увидела вопящую придворную даму. Калаверайт. Редкая дура, вспомнила ключница. Карьеристка, добавила она про себя. Отличное пробуждение. Специально, чтобы добить, лучше не придумаешь. Небось, ее сюда Реальгар тоже привел, пошутить захотел. А она ему еще ребра спасала... На глаза навернулись слезы, в горле застрял комок, и протолкнулся наружу тихим писком. И внезапно никого роднее и ближе, чем эта глупая курица Калаверайт, не стало для Каори, ведь эта дама разбудила ее, и вообще она рядом, она просто живая, и ей просто можно уткнуться в подол и выплакаться. И дура она, и не поймет ничего, и на том спасибо, как же здорово, что есть еще на свете дуры.... Каори разревелась, ткнувшись лбом в колено Калаверайт...

Калаверайт: Калаверайт прекратила визжать и внимательно посмотрела вниз. Потом нерешительно опустила руку на рыжую макушку и погладила по волосам. Ну да, платье будет мокрое, конечно. Вообще, будь они не в подвале, находись они в приличном обществе, она конечно поджала бы губы и сказала "фи!". А так... просто жалко почему-то. - Тише, тише... глаза потом красные будут, огурцовую маску надо будет делать, не плачь. Хочешь, кремом поделюсь, от мешков под глазами? Ну... даже рецепт дам. Райти подумала, и покрепче обняла плачущую женщину. В подвале, вся грязная.... что-то случилось наверное. - Тебя кто-то обидел? Стражник сюда затащил? Бросил кавалер? Ну... ну не надо так, мы ему придумаем как отомстить если что? Или сон плохой приснился? Во сне ведь всё наоборот! Мне вот приснилось что я на бал без белья пришла и мальчик-лакей заглянул под юбку? Представляешь, кошмар! А на следующее утро мне симпатичный граф подарил потрясающую брошь и букет чайных роз!!! Так что не отчаивайся!



полная версия страницы